Живчик Абулакян и вездесущий Флиндерс

Архив 201103/05/2011

“Армения” медленно, но верно подошла к пятому материку — Австралии. Точнее — к Мельбурну, где экипаж кругосветки встретила толпа воодушевленных армян. Далее курс пролегает к Сиднею, где надо быть непременно до 30 апреля. Почему так — рассказывает Зорий БАЛАЯН.

 

Нарушая свой принцип, расскажу о человеке, о котором, по логике вещей, можно было бы говорить только в Сиднее. Но, ей Богу, я вынужден пойти на нарушение. Не ахти какое, но все-таки. Итак, Акоп Абулакян. Родился в Алеппо в 1933 году. Живчик. Подвижный, шумный, многословный, ужасно деловой. По поводу и без повода напоминает, что родители из Айнтапа. Обязательно напомнит и о том, что окончил школу Заварян. Непременно добавит, что жизнь заставила его стать полиглотом. Рано женился на красавице Варсеник в Алеппо и имеет троих детей. Чем только не занимался. Чаще всего ремонтировал автомобили. По-нашему — “дзох-пчох”. С его энергией негде было развернуться в Сирии. Рост баскетболиста, руки длинные. В 1966 году взял в охапку жену и троих детей и подался в Париж, где вскоре выяснил для себя, что мужчины там безвольные, а женщинам дают слишком много воли. Прочитав объявление о том, что Австралии требуются разные специалисты, в том числе и строители, тотчас же отправился в посольство. На вопрос — что он может делать, он ответил: “Все”. И за счет посольства Акоп, жена и дети в 1971 году были отправлены на далекую планету пароходом. Более месяца продолжалось их плавание. О том, чего он добился и чего это ему стоило встать на ноги, поговорим, когда “Армения” прибудет в Сидней.
А теперь о том, почему я нарушил свой принцип. Дело в том, что Акопа я знаю давно — с того времени, когда двадцать лет назад в группе спикера Палаты лордов леди Керолайн Кокс в разгар арцахской войны я посетил несколько стран, в том числе и Австралию. Вот с тех пор у меня полно друзей, многие после той встречи оказывали и продолжают оказывать помощь Арцаху.
И вот на правах старого знакомого, если не сказать настоящего друга, Акоп звонит и умоляюще просит: “Если “Армения” не прибудет до тридцатого апреля, то мир перевернется”. И тут он заговорил о самом для меня дорогом. О детях. Мол, если мы прибудем не в субботу 30 апреля, а в воскресенье, 1 мая, то большинство детей, для которых, собственно, и проводят праздник встречи с “Арменией”, уедут с родителями на каникулы. Вот так. Прямо — под дых.
Срочно собрал я совет старейшин: хотя советоваться не о чем. Тридцатое апреля менять нельзя. Дети — это святое. Тут надо думать о мельбурнцах. Судя по всему, прибудем в порт 22 апреля. Это значит — у нас для встреч останется только один день — 23 апреля. 24-го — День памяти жертв геноцида, который в этом году совпал с Пасхой. А 25-го, кровь из носа, надо стартовать. Иначе всякое может случиться. Мы же не знаем, что нам уготовят метеорологи. Гайк положил на стол двухпудовый атлас природных и пассатных морских течений и ветров. Там сам черт ногу сломит: и туда течет, и сюда, и туда дует, и сюда. Вечно спокойный Арик считает, что все будет нормально.
Пишу эти строки в полдень (вчера передвинули стрелку часов еше на один час и сравнялись уже с Австралией) 19 апреля. Ветер слабый и встречный. И то хлеб. Придется работать, не покладая рук, день и ночь, день и ночь… Есть еще и надежда на Бога.

Австралия — одна из первых стран, признавших независимую Армению и утвердившая с ней в 1991 году дипломатические отношения. Первые армяне приехали в Австралию в середине XIX века из Индии, Сингапура, Юго-Восточной Азии и, конечно, Западной Армении. Одним из инициаторов переселения в Австралию был журналист, главный редактор сингапурского армянского вестника “Усумнасер” Григор Галстян, который вместе с купцом Мелкумом Манук Норджугаци стал первым армянским гражданином Австралии. Поистине, с подачи Бога, история любит первых, поэтому хранит их имена. Медленно, но верно росло число соотечественников. Вскоре создали группу благотворителей, чтобы помочь прибывающим беженцам-армянам, число которых резко возросло к началу двадцатых годов XX века.
Сохранились имена большой группы благотворителей, легендой стал знаменитый профессор Мельбурнского университета Арсен Карагезян. Сохранились списки армян, живущих не только в Сиднее и Мельбурне, но и в Канберре, Брисбене, Аделаиде. У меня даже есть имена последних армянских жителей на острове Тасмания: Мкртич и Мано Карагуланяны. Недавно они перебрались в Мельбурн.
Конечно, по прибытии в Мельбурн я сделаю репортаж, снимем здесь не только церковь, хачкары, но и черные мраморные плиты на стенах олимпийского стадиона с именами Альберта Азаряна и Владимира Енгибаряна. Посетим школы, музеи. Проведем вместе с нашими соотечественниками встречи 24 апреля. Подумаем вместе и о завтрашнем дне. А пока об Австралии.
Население — двадцать миллионов. Цифру эту отметили совсем недавно. Пятьдесят вторая в мире по численности населения. А вот по территории занимает элитарное шестое место. Если читатель помнит, в репортажах о каждой стране, где причаливалась “Армения”, я приводил интересный показатель: процент поверхности питьевой воды по отношению к площади страны. (В Армении этот показатель один из высоких — 4,7 процента.) Самая низкая плотность населения — 2,6 человека на один квадратный километр. Для сравнения отмечу: в России — на каждый километр приходится 8,4 человека; в Китае — 134,8; Армении — 103,6; Японии — 349,1. Как видим, теснее всех на земле живется японцам. Правда, если продолжить эту тему с цифрами в руках, то тут есть о чем подумать. Сделаем абсолютно не лирическое отступление. Средняя высота Армении (нынешней Республики Армения) с территорией в 29 тысяч квадратных километров составляет 1800 метров. На такой высоте, крестьяне хорошо знают, ничего толком не растет и не произрастает. Около десяти процентов территории — лес или, как у нас шутят, полулес. До тридцатых годов мы имели всего четыре, с натяжкой — пять процентов плодородных земель. Надо честно признаться и сказать, что за время советской власти цифру удвоили (даже чуть больше) благодаря окультуриванию каменистых земель. Это значит — надо было миллионы тонн камней поднимать и перевозить. Так что три четверти, если не четыре пятых населения живет в мегаполисе Ереване с его бесчисленными сателлитами и на освобожденных от камней и солончаков землях в основном Араратской долины. Остальные разбросаны в горах. Вот и получилось, что плотность населения на земле, на которой мы живем и растим детей, составляет около пятисот человек на квадратный километр. Печальный мировой рекорд. Да, все-таки статистика — это не только цифры.
* * *
Двадцать лет назад в Сиднее я узнал, что среди молодежи проводили опрос о том, кто для них является настоящим героем, и большинство назвало имя Мэтью Флиндерса. Я тогда знал, что Флиндерс — мореплаватель, и что совершал он открытия вокруг да около Австралии. Правда, это не Кук, не Тасман. Но вот вдруг замечаю, что на каждом шагу встречаю имя Флиндерса. Не Кука, не Тасмана, а именно Флиндерса. Мало того, его изображения можно встретить на денежных купюрах. Я поражался такой популярности. Да, он открывал много островов. Исследовал, описывал, чертил карты. Но я понимал, что это все равно, повторяю, не Тасман, не Кук. И вдруг, знакомясь подробнее с Австралией, узнаю, что именем Мэтью Флиндерса там названы города, улицы, железнодорожные станции, учебные заведения, бухты, мысы, рифы, острова, заповедники, горные цепи, корабли, самолеты, поезда, маяки. Обо всем этом я читаю в “Ста великих мореплавателях”. Я расскажу об этом, когда мы будем в Мельбурне, и Бабас с Гайком сделают хороший снимок памятника Мэтью Флиндерсу, который стоит на носу шлюпки и левой рукой крепко сжимает эфес шпаги.
…Пока неизвестно, доберемся ли мы до Мельбурна к двадцать второму апреля. Есть ведь еще один фактор для нас, точнее, для нашей “Армении”. Чтобы войти в порт Мельбурна, надо будет войти в воды Индийского океана.
Тихий океан