Жан-Пьер НШАНЯН: “Стал я актером или нет — судить зрителю”

Архив 200906/10/2009

Метаморфозы в жизни людей часто происходят тогда, когда они попадают в безвыходное положение.

Об этом, в частности, показанный недавно в кинотеатре “Москва” и успевший уже нашуметь на XIII форуме национальных кинематографий стран СНГ и Балтии фильм Сурена Бабаяна по одноименной повести Перча Зейтунцяна “Не смотри в зеркало”. Исполнитель главной роли — Жан-Пьер Ншанян — актер, режиссер и руководитель театральной группы “Вардан Аджемян”, проживающий ныне в США. Беседа с ним, однако, началась с более “общего” вопроса, касающегося выбора профессии.
— Я был еще очень маленьким, когда мы переехали на постоянное жительство из Египта в Армению. Тут я сразу же попал под влияние артистической среды: во-первых, мы жили в Доме композиторов, во-вторых, моя мать, Анна Ншанян, была оперной певицей и я практически сызмальства был вхож в театр. И уже с седьмого класса был твердо уверен, что стану актером. Стал я им или нет — судить зрителю.
В школе у меня было два вида оценок: “двойки” — по точным наукам и “пятерки” — по гуманитарным предметам. Получилось так, что я по неуспеваемости остался на второй год. И благодаря этому по окончании школы попал на курс Вардана Аджемяна, который он набирал именно в том памятном году. Словом, это один из тех редких случаев, когда незнание точных наук способствовало более чем точному “попаданию в цель”. …Быть учеником такого мэтра — дорогого стоит. Для меня армянский театр начинается и заканчивается Варданом Аджемяном.
— Правда ли, что у вас есть даже мини-музей этого великого человека?
— Многие, наверное, не знают, но Вардан Аджемян был классным художником, карикатуристом. Во время репетиций в институте он часто рисовал карикатуры на своих студентов, и на меня в том числе. Однажды я попросил его подарить мне рисунок с моим изображением, но он отказался: “Зачем тебе карикатура? Возьми лучше мои часы!” Поначалу я принял это за шутку, но Вардан Никитич, как оказалось, и не думал шутить. Через секунду я ощутил тяжесть в своей ладони — и… оцепенел. Такой подарок — личные карманные часы самого Вардана Аджемяна! Я был на седьмом небе от счастья. Однако радости пришел конец на следующий же день. Аджемян подошел ко мне на репетиции и спросил: “Как там часы?” Я ему ответил, что отнес их домой. “Завтра вернешь — Арус требует!”
Ушат холодной воды, вылитый на голову, думаю, произвел бы на меня значительно меньше впечатления. Это была трагедия, катастрофа! Я очень переживал… И только в 1997 году, когда я был в Ереване на гастролях, эти самые часы мне преподнес в дар внук великого Аджемяна, мой друг Вардан Аджемян. Кроме этих часов в моей коллекции есть также трубки Аджемяна, картина, некогда подаренная моей жене с надписью “Шаке, занимайся!”, и многое другое. Надеюсь, что когда-нибудь наше правительство, осознав огромный вклад Вардана Аджемяна в армянское искусство, примет наконец решение об открытии его дома-музея, и тогда я с удовольствием передам все собранные мной экспонаты, все реликвии в дар этому музею.
— Слушая вас, невольно вспомнился эпизод из фильма “Москва слезам не верит”, где главные герои пытаются спрогнозировать, какой из видов искусства через 20 лет останется, а какой отомрет. А как, на ваш взгляд, будет в Армении лет через 20?
— Думаю, незыблемыми через 20 лет останутся, конечно же, позиции телевидения и массовых видов искусств. Хотя… К примеру, в США миллионы людей ежедневно едят гамбургеры. Мало тех, кто предпочитает обедать на Беверли-Хиллз. Но это совсем не означает, что в Макдоналдсе кормят лучше. С этих же позиций можно подходить и к искусству. В частности, к нашей последней работе с Суреном Бабаяном. Кому-то фильм понравился, кому-то — нет. Уже нашлись люди, возмущающиеся и советующие что-то типа “а вот если б это было так, да то было бы иначе”…
Я всем парирую одним и тем же вопросом: “А вы можете назвать какой-нибудь другой фильм, снятый за последние 10 лет, равный этому как по глубине мысли, так и по качеству?”
— А как прошел показ фильма в Москве? Как его принял московский зритель?
— Меня, к сожалению, на этом показе не было — я лишь слышал рассказы очевидцев. Будет, наверное, некрасиво с моей стороны расхваливать фильм, однако говорят, что он был высоко оценен как общественностью, так и непосредственными организаторами XIII Форума национальных кинематографий стран СНГ и Балтии. Фильм был лично представлен председателем Конфедерации Союзов кинематографистов и организатором мероприятия Рустамом Ибрагимбековым. Возможно, многие сочтут это тонким политическим ходом — режиссер-азербайджанец представил армянскую картину… Но на финальном банкете, где не нужно было “делать политику”, Ибрагимбеков терпеливо дожидался прихода запоздавшей армянской делегации и предложил первый тост за своих коллег из Армении.
— Как произошло ваше непосредственное знакомство с Голливудом?
— Все началось с того, что я как-то вызвался сопровождать одного из своих знакомых на съемку фильма. Совершенно неожиданно ко мне подошли какие-то люди и предложили пройти фотопробы. Я согласился. А через некоторое время получил предложение от одного режиссера, который желал видеть меня в массовке своего фильма. Я наотрез отказался, заявив, что, если я им интересен, пусть предложат отдельный эпизод в картине. Условие было принято — так началась моя киноэпопея в США. Я был занят в фильмах таких режиссеров, как Эндрю Никкол, Майкл Зинберг, Пол Майкл Глейсер, с участием Джона Траволты, Умы Турман, Николаса Кейджа, Бенджамина Бретта. А в фильме “Оружейный барон” с Кейджем в главной роли снялись я и моя супруга — актриса Шаке Тухманян. Мы сыграли родителей главного героя. В то же время я снимался в “Симфонии молчания” Вигена Чалдраняна и “Жано” Сурена Бабаяна.
— Расскажите, пожалуйста, о вашей сегодняшней жизни в кино.
— В этом году я снялся в четырех фильмах в Армении: “Метаморфоза” Рубена Кочара, “30 лет и 3 дня” братьев Геворкянц, “Оползень” Микаела Довлатяна и, конечно же, фильм “Не смотрите в зеркало” Сурена Бабаяна. Работал и в двух новых спектаклях, поставленных Николаем Цатуряном, — “Напасть” и “От Гамлета до Гамлета”.
— Как вы отнеслись к решению сына также посвятить себя искусству — стать оперным певцом?
— Честно говоря, оно меня удивило, и не скрою, я был против того, чтобы мой сын пошел по этому пути, полному экспериментов и преград, падений и возвращений к исходной точке. Но это его выбор…
Рубен ПАШИНЯН