“Жаманакачап” просуществовал всего один день — потом его прикрыли, а декорации растащили…”

Архив 201215/05/2012

В Театре песни открылась выставка художника, работы которого известны многим — к примеру, посетителям того же Театра песни, не раз обращавших внимание на оригинальную подсветку в фойе, выполненную в виде больших фортепианных клавиш, а также зал театра, небольшую сцену, бар… Список его работ — как дизайнерских, так и живописных — довольно велик, не говоря уже о работе на ТВ — замечательно оформленных передачах телеканала “Айреник” и т.д. Об идее и “мессидже” выставки, творческих планах и многом другом беседуем непосредственно с художником Шамиром ШАИРЯНОМ

— Все очень просто. Никакого “мессиджа”. Просто мне исполнилось 50 и захотелось как-то отметить эту дату, подытожить пройденный путь.
— А когда ты впервые ощутил “гнетущее желание” стать художником?
— С детства… Мне просто хотелось рисовать, и я рисовал. Хотя когда у меня прорезался первый зуб и в семье по старому обычаю провели по этому поводу радостный ритуал (атамнаатик), из разложенных передо мной предметов я выбрал карандаш.
Чуть повзрослев, стал присматриваться к тому, что делает дядя — будущий художник Мартин Папоян. Вместе с ним мы ходили на практические занятия — в зоопарк, на природу, где воспитанники худучилища делали зарисовки.
— Говорят, ты частенько опаздывал на уроки из-за того, что засматривался на живописный вид, открывавшийся с ведущей к школе дороги…
— Да, еще в школьные годы я стал рисовать и частенько не спал по ночам. Отсыпаться приходилось на уроках за спинами полных одноклассниц. Потом стал посещать школу художественного воспитания, которая, кстати, впоследствии превратилась в Детский эстетический центр. Потом поступил в Пединститут на художественно-графический факультет, где мне повезло стать учеником таких мастеров, как Чубарян, Унанян, Зардарян и другие. На первом же курсе я совершенно законно мог перевестись в Театрально-художественный институт, но сопричастность к таким гигантам-педагогам заставила забыть все.
— Ты еще студентом выставлялся, а по окончании вуза получил приглашение в Армторгрекламу работать в качестве дизайнера…
— Да, выбора не было: тогда это было единственное предприятие, занимавшееся рекламой, оформлением витрин, вывесками. Меня вместе с коллегами отправляли на международные конкурсы по оформлению витрин в Вильнюс, Кишинев, Будапешт. И везде мы занимали призовые места, получали награды, в том числе Гран-при.
— Телеканал “Мир”, передача “Айастан-Карастан”, оформление праздничного концерта “Арцахская весна”, “Доброе утро” на телеканале H2, графический дизайн телеканала “Еркир Медиа” и “Тесанкюн” на H1. А все началось с того, что в 90-х композитор Артур Григорян пригласил тебя оформлять студию своего “Айо-шоу”…
— Да, и с этого момента началось мое погружение в телевидение, кино, театр. Этому есть объяснение, ведь я воспитывался в творческой семье (мама — актриса Эвелина Шаирян — прим. автора) и даже вместе с сестрой сыграл кода-то эпизодическую роль в фильме “Хаос”, в одном из телетеатров выступил в роли молодого О’Генри, в свое время занимался пантомимой и три года проработал в театре Генриха Маляна. Приглашение Григоряна было принято, и с этого момента для меня началась новая и интересная эпопея.
— Город, ТВ, театр — все меняется, а вместе с этим изменяются, а порой и исчезают твои дизайнерские работы. Какая из них наиболее памятна тебе?
— На ТВ был задуман цикл передач под названием “Жаманакачап”, декорации к которым было доверено делать мне. Уверен, это была одна из моих самых удавшихся работ. Была, потому что программа просуществовала недолго — всего один день, — потом ее прикрыли. А декорации пропали. Растащили, наверное…
— В Ереване много твоих витрин. Одну из них ереванцы, наверное, помнят — это магазин пластинок на Саят-Нова.
— Мы ходили по городу, смотрели на витрины и с гордостью сами себе говорили: “Это — мы”. Сейчас, к сожалению, внешний облик улиц не всегда эстетичен. В прозрачных витринах — стиральные машины, бытовая техника. Как-то банально…
— “Дизайнер — это в первую очередь человек со вкусом”, — было сказано на открытии выставки. На твой взгляд, какой отметки заслуживает Ереван “по вкусу”?
— Как это ни прискорбно, “двойки”. И это оценка не состояния города, а господствующей тенденции направить все в русло бизнеса и отталкиваться исключительно от торгашеских приоритетов. Отрицание человека-горожанина, отрицание красоты, отрицание зон отдыха (у нас это почему-то только кафе), отрицание брендовых знаков этого города, некогда существовавших, но ныне нагло стертых бизнес-волной. Всему этому не просто “двойка”, а…
— Как обстоит дело с молодыми дизайнерами — есть на кого рассчитывать?
— Некоторое время я преподавал… С бывшими учениками у меня прекрасные отношения, контактирую до сих пор: они приходят, советуются, я выслушиваю, направляю… В них много вложено мной, и я продолжаю это делать поныне в меру своих скромных возможностей. Я верю в них, и мне очень хотелось бы ответить положительно на твой вопрос — уверен, так оно и будет!
— И напоследок — чем собираешься удивить публику?
— Об этом я смогу сказать лишь завтра — и в шутку, и всерьез, — вот завтра проснусь и начну работать над… оформлением фестиваля пантомимы, который состоится в августе в Цахкадзоре.