Холодная война. Точка zero

Архив 200908/10/2009

Долгие годы “холодная война” была страшилкой для советских людей. О ней писали, она зримо и незримо была обязательным компонентом советской жизни.

Предлагаем читателям статью генерала запаса СНБ Армении Давида ОГАНЯНА. Эта его публикация, как и другие в “НВ”, касается на первый взгляд известных фактов и событий. Но не все однозначно, считает автор. Все было несколько иначе. В частности, с холодной войной…
Одно из устойчивых заблуждений современной истории утверждает, что холодная война, то есть противостояние Запада и СССР, началась в марте 1946 года. Что западные страны, прежде всего США, вконец измученные политикой победивших в войне Советов, вынуждены были таким образом защитить западную цивилизацию. Примерно так тиражируется эта стереотипная версия уже не только на Западе, но и на постсоветском пространстве. Конкретно считается, что начало этой холодной войны продекларировал премьер-министр Великобритании сэр Уинстон Черчилль в своей знаменитой фултонской речи. Об этом написаны горы литературы. Но разве до этой самой речи взаимоотношения Запада с Советами были усыпаны розами, и к тому же без шипов? Есть многочисленные факты, позволяющие развеять это заблуждение и доказывающие, что холодная война началась до Фултона.
Еще в 1939 г. английской разведкой был разработан долговременный план развала СССР под названием “Меморандум N 5736G”. Документ датирован 28 октября 1939 г. На первой странице стояла пометка: “N 5736G закрыт для публикации до 2015 года”. План содержал программу действий британской разведки, направленную на дестабилизацию положения в республиках Средней Азии и Закавказья путем подогревания религиозных чувств, разжигания националистических и антирусских настроений. Вот где пригодился опыт английского — впрочем, не только английского — присутствия в этих регионах после Первой мировой войны.
За последние годы ФСБ РФ рассекретила тысячи архивных, в том числе трофейных, документов, в которых содержится весьма любопытная информация и в отношении Армении, Кавказа. Вот некоторые из них. Справка 2-го Бюро Генштаба французской армии (официальное название французской военной разведки и контрразведки — прим.автора), февраль 1938 г.: “В январе 1937 г. турецкое правительство предписало генштабу армии подготовиться к выполнению следующей задачи. В случае войны СССР с какой-либо другой большой державой и связанного с этим ухода всех или части войск, стоящих в Закавказье, или же падения правительства Сталина пересечь турецко-советскую границу и немедленно оккупировать:
1) в Грузии — район Батума и округа Ахалцихе и Ахалкалаки;
2) в Армении — город и округ Ленинакана (Александрополь);
3) Азербайджан полностью, расквартировав там гарнизоны и создав правительство, согласное признать Азербайджан протекторатом Турции.
Кроме того, турецкое правительство в феврале 1937 г. поручило политическому деятелю кавказскому эмигранту Хайдару Бамату проводить аналогичную пропаганду в кругах закавказской эмиграции и создать правительство, которое смогло бы взять власть в свои руки в момент вступления турецких войск на советскую территорию и которое согласилось бы признать свою территорию протекторатом Турции. Хайдар Бамат располагает большими суммами, предназначенными для пропаганды. Это обстоятельство позволяет полагать, что Турция действует с какой-то большой европейской державой”. Можно не сомневаться, что в случае вторжения турецкие войска не ограничились бы захватом лишь одного города и “округа” Армении. 16 мая 1940 г. Управление погранвойск сообщало, что по данным закордонной агентуры Англия и Франция продолжают снабжать Турцию вооружением, которое поступает не только в турецкие порты, но и греческие, в частности порт Пирей, где в последнее время скопилось большое количество вооружения для Турции. В порт Пирей также заходили американские пароходы с военными грузами… В сентябре 1940 г. агент советской разведки “Омери”, нелегально прибывший из Турции, информируя о своей связи с “59”, сообщал: “59” — активный член меньшевистской партии Грузии с 1918 г. …В 1924 г. эмигрировал во Францию, где с 1930 г. входил в состав загранбюро меньшевиков и с 1939 г. — в Грузинский национальный совет. В сентябре 1939 г. “59” по поручению загранбюро и лично Ноя Жордания (с 1918 г. — председатель правительства Грузии — прим. автора) вел переговоры в Париже с представителями французов, англичан и поляков.(!) После этого “59” в Бейруте встречается с генералом Вейганом (в это время уже главнокомандующим французскими вооруженными силами в восточном районе Средиземного моря — прим. автора), от которого получает предложение осесть в Стамбуле и вести работу по указаниям французского военного атташе в Турции Герго и его помощника в Стамбуле Леле. Там в октябре 1939 г. он по инициативе Вейгана был представлен турецкому маршалу Чакмаку Февзи (с октября 1920 г. по июль 1922 г. возглавлял правительство Турции. Примечательно, что по данным “Омери” маршал пользовался в народе уважением и авторитетом и считался настоящим хозяином Турции — прим. автора). Затем с “59” связывались — владелец военных заводов в Турции Нури-паша (печально известный палач армянского народа, бывший командующий турецкой армии, занявшей Баку в 1918 г., брат другого палача — Энвера-паши — прим. автора), член Главного турецкого штаба генерал Орбей (зять Нури-паши), руководитель разведки главного штаба генерал Сахид Окули, депутаты меджлиса…” Не будем утомлять читателя перечислением всех встреч — их было много, но для нас важнее то, что стервятники, с ног до головы облитые армянской кровью, вновь слетались в одну стаю. Упомянутые лица в беседах с “59”, стараясь привлечь его к сотрудничеству с турками, утверждали, “что турок и грузин связывает общая борьба с Россией и взаимная заинтересованность в создании на Кавказе буферного государства. Достижение своих целей турки считают возможным лишь в результате войны СССР с Германией или Англией”.
Впрочем, их связывала не только “общая борьба с Россией”. Генерал Деникин, отмечая полное единение Турции и Азербайджана в антиармянских действиях, писал: “…К нашему изумлению, какие-то тайные нити шли из Эрзерума и в Тифлис. По крайней мере армянское правительство и английское командование убежденно говорили о существовании переговоров и даже договора между Гегечкори и прибывшим в Тифлис видным деятелем энверовской партии Киазим-беем, которого англичане арестовали. Грузины и турки за счет армянского народа искали пути к взаимному соглашению…” Так что можно не сомневаться, что в подобном “буферном государстве” для армян было бы предусмотрено только одно место… Кстати, о неких “тайных нитях” из Эрзерума в Тифлис…

После ухода русских войск с Кавказского фронта 10 февраля 1917 г. началась турецкая интервенция в Закавказье. Как пишут историки, главнокомандующий объединенными силами генерал Одишелидзе отдал предательский приказ — отступить без боя. Не мог главком отдать такой приказ без высшей санкции, в данном случае лидеров Закавказского сейма, ибо за подобные проделки по законам военного времени расстреливают перед строем. Но дело не в этом. Имеется информация, дающая основания выдвинуть весьма серьезную версию о том, что Одишелидзе работал на турецкое командование. По этим данным, Одишелидзе направил турецкому главнокомандующему Вагибу-паше письмо, в котором говорил о “родственных узах, коими веками связаны грузинская и турецкая нации”, подчеркивая факт нахождения своей родной сестры, вышедшей замуж за турка — врача Махмуд бея, в Константинополе. В конце письма Одишелидзе завуалированно сообщает о скором оставлении русскими войсками Кавказского фронта. Письмо Одишелидзе переправляет через турецкого разведчика Мир Джафара Сеидова, состоявшего представителем доктора Султанова в… Эрзеруме! До этого генерал активно подогревал брожения по вопросу ухода русских войск, вплоть до участия в солдатских митингах! После перехода турецких войск в наступление на Эрзиджан и Калкит Одишелидзе приглашает к себе Президиум Армянского военного совета и предлагает им на случай оставления Эрзерума не уничтожать припасы, не взрывать склады, оставить их туркам, которые “сохранят все в целости и по заключению мира вернут все России”!!! Надо ли говорить, что армянские военные отвергли это. В подтверждение версии говорит и следующее. Генерал Андраник в письме генералу Багратуни отмечал: “2 марта (1918 г. — прим. автора) я отправился в Эрзерум, но, к сожалению, в воинских частях уже царил дух деморализации. В довершение всех бед генералом Одишелидзе были изъяты ключи от всех тяжелых пушек Эрзерумской крепости”! Есть еще много интересного в отношении Одишелидзе, и не только его. Отметим, что это пока версия, но автор этих строк сделает все от него зависящее, чтобы внести в данный вопрос полную ясность.
На арене и другой палач — доктор Хосров-бек Султанов, турецкий агент, которого англичане в 1919 г. назначили генерал-губернатором Карабаха и на чьей совести смерть тысяч и тысяч армян, уничтожение многих армянских населенных пунктов. “59” получает из Парижа от председателя “Совета конфедерации Кавказа” (создан в Бельгии в 1935 г. — прим. автора) Акакия Чхенкели письмо с предложением совместно с Султановым создать в Стамбуле филиал этой организации, которая “по указанию англичан пользуется покровительством турецких властей”! С “59” встречался также и бывший военный министр, член турецкого парламента генерал Киязим Озал, от которого стало известно, что в борьбе с советской властью турки поддерживали троцкистов. Не тот ли вышеупомянутый Киязим-бей, с кем сотрудничал Гегечкори? Генерал заявил: “Новая Турция многим обязана Троцкому и другим его сподвижникам, которые впоследствии оказались оппозиционерами. Троцкий и они единственные сделали для Турции все, что они получили от Советов как в смысле вооружения, так и политической поддержки”. А вот о Сталине Озал очень отрицательного мнения: “Сталин был даже против уступок туркам Карса, Ардагана и других провинций, отошедших к Турции по Карсскому договору, а эти уступки были сделаны Троцким. Поэтому турецкое правительство всегда поддерживало Троцкого и других оппозиционеров и в будущем их будет поддерживать, так как ничего хорошего они от Сталина и его приверженцев не ожидают, кроме зла”. Конечно, эту информацию не следует воспринимать как истину в последней инстанции, но то, что она заслуживает серьезного внимания в плане осмысления перипетий заключения Карсского договора, особенно с учетом того, что Троцкий управлялся из США, вне сомнений.

19 января 1940 г. премьер-министр Франции Даладье направил генералу Гамелену (заместитель председателя Высшего военного совета, затем главком сухопутных войск) и адмиралу Дарлану (главком ВМС) записку следующего содержания: “Просить генерала Гамелена и адмирала Дарлана подготовить свои соображения о предполагаемой операции по вторжению в Россию с целью уничтожения нефтяных источников”. Кроме перехвата танкеров в Черном море в записке предлагались следующие направления: “2-ая гипотеза — прямое вторжение на Кавказ, 3-ья гипотеза — минуя прямые военные действия против России, действовать путем поддержки освободительного движения мусульманских народов на Кавказе”. 22 марта 1940 г. генерал Гамелен в докладной записке Даладье сообщал, что наиболее целесообразным признано уничтожение нефтяных источников с воздуха, например — “Баку одновременно является центром добычи, хранения и вывоза нефти, и бомбардировкой его можно уничтожить или поджечь”. В конце делается вывод: “Военные действия против нефтяных районов Кавказа либо приобретут политический характер, имея целью вызов политических волнений мусульманских народностей на Кавказе, либо явятся просто военной операцией, направленной против наиболее важных центров русской нефтяной промышленности”. Сколько погибнет людей при “вызове волнений мусульманских народностей”, понятно, значения не имело. Весной 1940 г. уже был разработан соответствующий план “Rip”. Аналогичный план — “МА-6” — был составлен в том же году и английским командованием. При этом англичане отводили на уничтожение Баку 15 дней, Грозного — 12, Батума — 1,5 дня. А ведь это планы не маниакального Гитлера, а прогрессивных Франции и Англии, к тому же находящихся в состоянии войны с Германией, а не с СССР! Неужели перепутали направление фронта? 11 марта 1941 г. руководству СССР разведкой было доложено, что посол Англии Криппс в Москве пригласил несколько английских и американских корреспондентов и, предупредив, что информация не подлежит использованию для печати, сказал им: “…С другой стороны, если Гитлер убедится, что он не сумеет победить Англию до того, как Америка сможет оказать ей помощь, он попытается заключить мир с Англией на следующих условиях: восстановление Франции, Бельгии и Голландии и захват СССР. Эти условия мира имеют хорошие шансы на то, чтобы они были приняты Англией, потому что как в Англии, так и в Америке имеются влиятельные группы, которые хотят видеть СССР уничтоженным, и, если положение Англии ухудшится, они сумеют принудить правительство принять гитлеровские условия мира. В этом случае Гитлер очень быстро совершит нападение на СССР”.
Такое отношение к СССР сохранилось и после формирования антигитлеровской коалиции. Более того, союзники активизировали разведдеятельность против СССР практически по всему миру. Так, уже 4 июля 1941 г. лондонская резидентура советской разведки сообщала, что МИД Англии намерен поставить перед правительством СССР вопрос незамедлительного открытия своих консульств в ряде городов — Владивостоке, Баку, Тбилиси, Астрахани, Новосибирске и др. Кроме ведения разведки перед консульствами планировалось поставить задачу по “организации уничтожения всех объектов, которые могут быть использованы немцами в случае возникновения опасности”! Потрясающе — находясь перед угрозой немецкого вторжения на свои острова, Англия вместо усилий по открытию второго фронта озабочена уничтожением объектов в СССР вплоть до Дальнего Востока. При этом право определить, когда “опасность возникла”, естественно, остается за ней. О таком подарке Гитлер и мечтать не мог. 20 августа 1941 г. в директиве НКВД об агентурно-оперативных мероприятиях по пресечению подрывной деятельности английской разведки на территории СССР отмечалось: “Установлено, что английские разведывательные органы, используя существующие отношения между СССР и Англией, намерены развернуть в СССР работу по созданию шпионской сети и диверсионных групп в важнейших центрах страны под предлогом необходимости продолжения борьбы с немцами в случае военного поражения СССР. Для этой задачи в состав прибывшей в СССР английской военно-экономической миссии введены специалисты по разведке и диверсии… С этой же целью английская разведка сформировала на Ближнем Востоке разведывательное бюро для координации активной работы против СССР…. Также дала задание своим представителям в СССР изыскать возможность для получения разведывательных материалов по Дальнему Востоку и организации диверсионной агентуры на Транссибирской железной дороге.” Английская разведка, создавая резидентуры на территории СССР, широко использовала в своей деятельности сотрудников дипломатических представительств и других государств.
24 сентября 1941. шанхайская резидентура сообщала, что английское посольство запретило своим сотрудникам противодействовать немецкой пропаганде среди украинских и других сепаратистских групп, т.к. “не в интересах Англии противодействовать этой пропаганде, и что Англия не заинтересована в будущем в единении СССР”. Турецкий консул в Тавризе Рамазаноглу (агент английской разведки), сообщая о встрече со вновь назначенным в апреле 1942 г. консулом США Кунихолмом, отмечал, что, по словам последнего, “в Америке очень довольны политикой, которую ведет Турция, и что в деле послевоенной организации мира на Турцию возлагаются большие надежды”. В другом сообщении в МИД Турции консул пишет: “Только что посетивший меня американский консул передал мне, что час назад от американского атташе в Тегеране он получил срочную телеграмму, где говорится, что русские ведут важнейшие подготовительные работы на нашей границе… Консул посоветовал мне, чтобы мы были бдительны, и сказал, что “эти глупые действия русских переворачивают вверх дном английские и американские интересы и что они совершенно нежелательны для нас”. А ведь именно в апреле 1942 г. советская разведка сообщала: “Командование турецкой армии приступило к переброске войск из всех районов Анатолии на восточную границу. Воинские части, расположенные в районе г.Битлис, спешно перебрасываются в г.Карс. Высший командный состав турецкой армии настроен пронемецки и склонен вступить в войну на стороне Германии”. Но американцев это не только не смущало, но, похоже, устраивало. Какая судьба была бы уготована армянам — в большой политике не имело значение. Вот такие союзнические отношения! И подобных примеров множество.
Уже на одиннадцатый день своего президентства в апреле 1945 г. Трумэн заявил, что если русские не будут готовы сотрудничать с США в вопросах, касающихся Восточной Европы (понятно, что речь идет об уступках США), то они могут идти к чертям. Американский историк Г.Алпровиц отмечал, что именно в этот период у руководства США окончательно сформировалась мысль, что с Россией нужно говорить с позиции силы. Эту мысль Трумэн многократно повторял в своих мемуарах. 19 мая 1945 г. заместитель госсекретаря США Дж.Грю писал: “…Если что-либо может быть вполне определенным в этом мире, так это будущая война между СССР и США”. Другой американский историк Сидней Ленс в книге “Тщетный крестовый поход” писал: “Корни крестового похода лежали в попытках Черчилля и Клемансо (добавим, и Вильсона — прим. автора) задушить русскую революцию силой оружия с 1918 по 1920 гг. …С 1917 г. коммунизм представлял “великую угрозу” в жизни Америки”. Известно, что атомные бомбардировки Нагасаки и Хиросимы с военной точки зрения были необоснованны и сотни тысяч мирных японцев поплатились жизнью только ради устрашения СССР — союзника по антигитлеровской коалиции. Это ли не кровавый акт холодной войны?
Объединенный комитет военного планирования в своей директиве от 14 декабря 1945 г. предусматривал нанесение решающего удара по СССР с использованием 196 (!) атомных бомб. Ряд западных исследователей сходились в мнении, что США совершили три радикальные ошибки: не задушили советскую власть в годы гражданской войны и иностранной интервенции; не помогли фашистской Германии в войне против СССР; не применили против СССР атомного оружия.
Как при наличии этих и подобных фактов можно утверждать, что холодная война началась в марте 1946 г.?
Для нас это не просто история далеких лет. Важно понять, какое место занимал Кавказ в большой политике. Ибо прошли годы и все вернулось на круги своя — Кавказ снова в огне. Азербайджан — политический клон Турции — размахивает ятаганом, пользуясь безоговорочной турецкой поддержкой. Грузия содрогается в антироссийском экстазе, причем настолько натурально, что американский сенатор Маккейн тут же записался в грузины и… проиграл выборы. Армения вновь ждет решения сильных мира сего по армянскому вопросу…