За классиков бедных замолвите слово!

Архив 201606/10/2016

«Правдивой страницы лишь тот боится,

 

кто вынужден правду скрывать».

Роберт Бернс

 

Президент Российской академии образования, зампред Общества русской словесности Людмила Вербицкая считает, что роман Льва Толстого «Война и мир», а также некоторые произведения Фёдора Достоевского «нужно убрать» из школьной программы. Взамен предлагается изучать в школах Библию.

Отмечу, что такие разговоры идут давно, но впервые об этом говорит не какой-то повернутый на православии маргинал консервативно-охранительного толка, а весьма видный специалист. Аргументация потрясает. Романы Толстого и Достоевского – «глубокие философские произведения, с серьёзными рассуждениями на разные темы. Не может ребёнок понять всей их глубины», – говорит Вербицкая. По её мнению, в школьный курс следует ввести «произведения духовной литературы», а также «книги русских и иностранных классиков, современных авторов, произведения, написанные в разных регионах России».

Несомненно, романы Толстого и Достоевского написаны не для подростков, школьникам они даются нелегко. И об этом, кстати, пишут очень многие пользователи соцсетей. Тем не менее разъяснения президента образования не выдерживают никакой критики.

Во-первых, Толстой и Достоевский – это, говоря современным языком, величайшие российские «бренды», такие же, как, скажем, Гагарин и Калашников (который автомат). Вот уже полтора века имидж России неразрывно связан с именами этих писателей. Если сейчас исключить их из школьной программы – очевидно, что читать их больше уже никто не будет. (Впрочем, тут есть вариант, о чем ниже). Великие творения очень быстро перейдут в разряд «мертвой литературы» — как, скажем, сочинения Гомера. Во-вторых, неужели же Библия, другие произведения духовного характера, сочинения русских и зарубежных классиков не глубоки, не поднимают серьезных вопросов «на разные темы»? Неужто Бунин, Чехов, Куприн – это чтение для детей, не говоря уже о Библии, в которой как раз и подняты все «вопросы» и «темы», вот уже две тысячи лет питающие мировую литературу многочисленными сюжетами? Неужели изучать (и воспринимать) Библию легче, нежели «Войну и мир»? Тем более что создавалась великая Книга очень давно и есть в ней немало такого, что абсолютно никак не вписывается в представления современного человека.

Далее, как быть с тем обстоятельством, что каждый четвертый школьник – мусульманин? Надо, значит, и Коран проходить, что, полагаю, в планы Вербицкой совершенно не входит. Получится как в бессмертном произведении Льва Кассиля «Кондуит и Швамбрания» (кстати, из разряда литературы для подростков). «На экзамене по русскому языку подошел священник, протянул мне книгу на церковнославянском языке. Учитель неуверенно сказал: Батюшка! А ведь это им не требуется, кажется?.. Вообще иных вероисповеданий… И почему-то очень смутился, как будто сказал что-то нехорошее. Я тоже покраснел. — Тем паче необходимо, — строго сказал батюшка. — Вот возьми и прочти. Прочти».

 

Конечно же, стремление избавиться от Толстого и Достоевского (а там, глядишь, и от других писателей-классиков) продиктовано вовсе не «сложностью» их сочинений. Об их сложности и глубине не сегодня стало известно. Просто они никак не вписываются в нынешний политический и идеологический тренд. Толстой, как известно, был «зеркалом русской революции», а нынче само слово «революция» — хуже, чем просто ругательное. Он резко выступал против официальной церкви (не против идеи Бога, подчеркну), за что был отлучен и предан анафеме. Ну, какой он может пример подавать?! Ясно, что очень нехороший пример! Не зря же его при жизни преследовали власти. Да и Достоевский, знаете ли… Масса сомнительных высказываний и мыслей… Опять же о революционерах пишет, хоть и в негативном ключе. Правда, лично я не знаю ни одного классика, хоть русского, хоть иностранного, который бы не описывал «свинцовые мерзости жизни». Скажем, тот же Чехов. Более мрачной картины жизни, чем та, которая показана в его как бы смешных рассказах, трудно представить.

Гадать, что же на самом деле происходит, не надо. Сам Лев Толстой уже все объяснил. «Сила правительства держится на невежестве народа, потому оно всегда будет бороться против просвещения», — писал он. Очень не хочется думать, что классик был в этом вопросе прав. Не хочется, но…

Впрочем, царская власть нашла в себе силы и мужество хотя бы посмертно отдать графу Толстому должное. «Душевно сожалею о кончине великого писателя, воплотившего во время расцвета своего дарования в творениях своих образы одной из славных годин русской жизни. Господь Бог да будет ему милосердный судья». (Николай II, российский император). «Славные годины русской жизни» — это ведь именно о «Войне и мире». Царь понял главное, то, чего не понимает г-жа Вербицкая – Толстой был великим патриотом.

 

…Боголепов, Павлович, Делянов… Имена этих людей, род их занятий никому, кроме очень узкого круга специалистов, неизвестны. Между тем они были видными деятелями своего времени, министрами народного просвещения России в годы, когда творил Лев Толстой. Но они канули в Лету, а автор «Войны и мира» остался. Думаю, имя и творения Толстого и Вербицкую переживут. И произойдет это в том числе и потому, что «запретный плод сладок», и постепенно юноши и девушки начнут задумываться над тем, почему великие русские писатели попали в разряд опальных. Любопытство – великая сила. Начнут помаленьку почитывать «запрещенку» — как когда-то их дедушки и бабушки читали «самиздат». Любой запрет, как известно – это самая лучшая реклама. Так что за Толстого с Достоевским я, в целом, спокоен. И, кстати, не я один, если судить по отзывам в соцсетях. Относительно же остального… Впрочем, это уже совсем другая история.