“Яростный рев Анкары” делает ее очень уязвимой,

Архив 201231/01/2012

или “Турцию постепенно загоняют в угол стыда”
Французский закон о криминализации отрицания геноцидов продолжает вызывать бурную и совершенно неадекватную реакцию Анкары. Становится ясно, что турецкая дипломатия еще весьма далека от того, чтобы считаться высокопрофессиональной. Ведь сила дипломатии — способность в любой ситуации контролировать эмоции, а происходит нечто совершенно обратное. 

 

Глава турецкого МИД Ахмед Давутоглу категорически потребовал исключить Францию из числа сопредседателей Минской группы ОБСЕ по Карабаху в связи с “предвзятой позицией” Парижа, а Турцию, натурально, включить туда. Причем потребовал в более чем воинственных выражениях: “Либо Турция станет сопредседателем МГ ОБСЕ, либо Франция им не будет!” Трудно сказать, на кого это рассчитано. Как заметил в этой связи Эдвард Налбандян, “не Турции решать, кому остаться в Минской группе, а кому нет”. Действительно, без согласия самих сторон конфликта изменить состав сопредседателей невозможно. Баку, конечно, уже всецело турецкое предложение одобрил и поддержал, но этого мало — надо, чтобы и Армения поддержала. Чего, понятно, ни при какой погоде не случится. То есть шуму очень много, а реального смысла — нет. Кстати, Налбандян вновь подчеркнул, что если Анкара и вправду желает помочь карабахскому урегулированию, то самое лучшее, что она может для этого сделать — держаться подальше от данного процесса. Увы, “Турцию выставляешь через дверь, а она в окно лезет”. Может, такой акробатический номер и может со стороны кому-то показаться красивым и ловким, но ведь Давутоглу — не цирковой акробат, а солидный профессор, книжек всяких понаписал — пропасть, ему и вести бы себя соответственно, а он легковесные кульбиты совершает…
Так не только мы думаем, с этим уже и в Турции многие согласны — солиднее надо быть, как пишет в Today’s Zaman аналитик Явуз Байдар, “конечно, яростный рев Анкары делает ее открытой для всякого рода спекуляций на международной арене”. При этом и Байдар, и некоторые его коллеги по экспертному сообществу сходятся во мнении, что “голосование в Париже еще раз показало важность инициативы по открытию границы с Арменией, поскольку “Армения, пожалуй, является наименее проблематичным соседом Турции, которая сейчас борется за “ноль проблем с соседями, которые имеют огромные проблемы”.
Даже в арабском мире, коему Анкара желает послужить примером демократии в исламском исполнении, Турцию, которая “не готова решать вопросы своего прошлого”, в качестве образца воспринимать не торопятся.
Французский закон естественным образом вновь актуализировал в Турции дискуссию относительно необходимости нормализации взаимоотношений с Арменией. Комментаторы пишут, что, ратифицируй Анкара Цюрихские протоколы, французская сторона никаких законов принимать не стала бы. А теперь очередь за США, Германией, другими государствами. Начинается цепная реакция, и к 2015 году ситуация на международной арене для Турции в этом смысле может сложиться весьма незавидная. Выход один — ратифицировать Цюрихские протоколы, как бы это ни звучало удивительно на фоне нынешнего “турецкого рева”. Ведь если из-за капризов Азербайджана документы будут по-прежнему пребывать в “долгом ящике”, то этот “недостаток смелости” (а мы добавим — и рассудительности) “превратит Турцию в уязвимую страну и окончательно испортит отношения с Арменией, ЕС и в конечном итоге с НАТО. Даже если отношения с США на данный момент хорошие, Россия в последнее время приближает свои отношения с Кипром и Грецией к стратегическому партнерству, постепенно сужая место Турции на Кавказе”.
В этом контексте Эдвард Налбандян еще раз напомнил, что “мяч находится на турецкой половине поля”. Но Анкара так и не сумеет оказаться от неуместных предусловий, ничего не получится. Однако есть уверенность, что рано или поздно документы будут ратифицированы, ибо “самoe важное в международных отношениях — сдержать данное слово, и договоры должны соблюдаться”. Конечно же, дело тут не в том, что Турция попыталась обмануть Армению. Проблема в другом: с государством, отказывающимся от своей подписи, никто дел иметь не станет, всерьез его не будет воспринимать. Поэтому есть впечатление, что “турецкий тигр”, устав рычать и поняв, что никому от этого не страшно, постепенно снизит накал своей риторики и тихо, без помпы и рекламы, займется серьезными делами. Выбор-то невелик: либо они ратифицируют протоколы, либо процесс международного признания геноцида приобретает обвальный характер. Как сказал тот же Байдар, “Турцию постепенно загоняют в угол стыда”.