“Я терпела, и ты терпи!”

Архив 201224/04/2012

На днях сотрудники токсикологического центра РМЦ “Армения” были весьма удивлены — пациентка, поступившая к ним 19 апреля, отравилась жавелевым спиртом.

Вот только хлебнула этой гадости не по доброй воле, а с ее слов, по настоятельному требованию… свекрови. Попросту говоря, “вторая мама” заставила ее выпить эту гадость. Благо 17-летняя езидка сделала лишь пару-тройку глотков, не нанеся здоровью особого вреда. Со слов завотделением Микаэла Габриеляна, задержалась она в клинике не более суток. Нет опасений и на предмет дальнейших осложнений. Но поражает сам факт — если молодая девушка не фантазирует (а усомниться в этом позволяют многочисленные царапины на руках и теле, которые, со слов токсикологов, наличествовали при осмотре), — то речь идет об очередном случае насилия в семье. Явлении, которому в нашем обществе, казалось бы, не должно быть места. Однако оно, со слов психологов ряда организаций, борющихся с домашним насилием, хоть и не набирает обороты, но и не сбавляет его.
По словам Татевик Агабекян, психолога общественной организации Женский ресурсный центр, ежегодно к ним обращается (в том числе и по телефону горячей линии) до 200 представительниц слабого пола, желающих “поплакаться в жилетку”. Дабы не только услышать дельный совет, но и доброе слово. Многим оно бывает крайне необходимо. Ведь практически во всех случаях речь идет о чисто психологическом нажиме на невестку, часто и со стороны свекрови. Благо к физическим методам борьбы с непокорными женами сыновей “кисур майрик” прибегают реже. Оттого, возможно, такие случаи и получают широкий резонанс — один из примеров — страшная судьба Заруи Петросян, которую до смерти забили муж Янис и свекровь. А относительно недавно огласке был предан и иной случай: Марьям Геворгян, вышедшая замуж и переехавшая с новообретенной семьей в Россию, все же ретировалась на историческую родину. Правда, предварительно обзаведшись свидетельствами нежной любви супруга Давида Зирояна и его мамы (свекровь, в отношении коей возбуждено уголовное дело, впрочем, все отрицает) — следами от ударов вилкой и даже раскаленного утюга… Что же касается чисто психологического нажима на невесток, то тут свекрови, что называется, в авангарде!
Со слов психолога, многие звонящие сталкиваются с откровенным стремлением своих “кисур” спровоцировать конфликт между ними и мужем. Мол, как это ты разрешаешь жене то, как позволяешь это? В итоге все завершается рукоприкладством. Из порядка 200 обращений в Центр в течение года порядка 60% — случаи семейного насилия. Из них, со слов Агабекян, на совести свекрови лишь 20-30% подобных ЧП. К счастью, чаще провокаций, нежели личного участия в самосуде. Хотя если учесть, что большинство обращающихся к психологам женщин предпочитает особо о семейном конфликте не распространяться, можно предположить, что доля участия в семейных раздорах “вторых мам” все же значительно более весома. Что ужасно — неужели “кисур майрик” забыли, как сами ходили в невестках? Либо, наоборот, все в памяти, и ныне они просто “отыгрываются” на ни в чем неповинных невестках? Агабекян уверяет — если женщина дошла до их Центра, стало быть, доведена до ручки. И речь идет не просто о пощечине или тумаках, а о регулярных побоях, часто на протяжении долгих лет. На памяти психолога случай, имевший место в 2009-м. Одна из женщин уже будучи разведена обратилась к супругу за финансовой помощью — чтобы получить средства, пришла в дом к мужу. Что произошло в квартире, история умалчивает, но факт остается фактом: свекровь и экс-супруг набросились на нее с тумаками. Причем свекровь держала жертву за руки, чтобы сыну было удобнее наносить удары. В итоге бывшую невестку так отколошматили, что покинуть дом бывшего мужа она не могла физически, пролежав там два дня к ряду. Лишь на третьи сутки, оправившись, ушла к детям. Итогом злосчастного визита стала потеря слуха — она оглохла на одно ухо.
Впрочем, со слов собеседницы, и без маминой помощи сильный пол в “борьбе” с женами заметно преуспел. Причем вопреки стереотипу давят на жен далеко не только в семьях, где с интеллектом откровенный напряг. Высокообразованные клиентки Центра порой доходят до того, что, звоня по горячей линии, задаются вопросом: “А может я схожу с ума?” Поводом для подобных подозрений у одной из посетительниц организации явилось недовольство мужа тем, что супруга спустя долгие годы работы решила посвятить себя ребенку. В итоге семья переехала в другой город, оставшись на его иждивении. И уже спустя год сильная половина семейства принялась предъявлять претензии, заявляя, что жена никчемная и ни на что не способная особа. В иных ячейках общества катализатором ссоры часто становится просто плохое настроение супруга. Накопившееся за день зло мужья срывают на том, кто рядом. Тем более что жена сносит все довольно безропотно. По вполне понятным причинам: страшно остаться один на один с жизнью, не имея ни профессии, ни работы, а часто и жилья. Еще один весомый довод: нежелание позориться самой, а главное, позорить детей. Ну и наконец, уговоры родителей. “Я терпела, и ты терпи”, — нередко уверяют мамы невесток. Как итог, многие сносят тумаки на протяжении 10, а то и 20 лет. Фемины не только предпочитают не разводиться, но и не находят в себе мужества хотя бы приструнить благоверного, обратившись к правоохранителям. Со слов Агабекян, в 90% случаев от услуг юриста их Центра женщины предпочитают отказаться. Точнее, советы выслушивают, но до полиции так никто и не доходит. Кстати, сын женщины, потерявшей слух, так матери и заявлял: “Не ходи в полицию — ты меня опозоришь!” Как видно, тот факт, что отец периодически дубасил мать, являлся для 20-летнего парня менее постыдным?!
Дабы хоть как-то справиться с ситуацией, в Женском ресурсном центре организуют курсы английского языка или компьютерные. Чтобы женщины, все же отважившиеся на уход из семьи, но не имеющие образования, нашли бы себя в этой жизни. А вот с приютом тут помочь не могут. Создание убежища для женщин (shelter) пока лишь рассматривается. Нет особой альтернативы и у других подобных организаций. Если несколько лет назад в стране функционировало несколько таких “приютов” для женщин, то ныне на плаву остается лишь один.
Да и тот, будучи негосударственным, работает с перебоями из-за отсутствия регулярного финансирования. К тому же рассчитан на малое число людей. Меж тем жаждущих крова над головой “притесненных” женщин немало. Нередко в Женском ресурсном центре раздаются звонки, и отважившиеся на уход от мужа с детьми говорят о том, что на пару дней их приняла у себя подруга, как же быть дальше, они не представляют. О том, что shelter необходимы, свидетельствует и то, что в Центр прав женщин, чьим детищем и является единственное на сегодня убежище, ежегодно обращается аж до 1000 униженных и оскорбленных женщин. Разрешить ситуацию, со слов психолога, могут разве что государственные shelter. Но о создании таковых без принятия закона “О домашнем насилии” не может идти и речи. Благо проект последнего уже готов и пребывает на обсуждении в комиссиях НС. Как надеется собеседница и ее коллеги, документ удастся принять уже будущем летом. И тогда государство наверняка изыщет механизмы реализации его постулатов. В том числе и в виде создания убежищ, финансируемых за счет госказны, то бишь регулярно. Ну а пока нашим женщинам придется набраться терпения. Впрочем, его им и не занимать. Порой в семьях сосуществуют не только психологическое и физическое, но и сексуальное насилие. Речь не об изнасиловании в чистом виде, а о том, что многие делят постель с давно уже ненавистным супругом-тираном. Но в беседе с психологом на это особо не жалуются — вероятно, полагая, что исполнять супружеский долг все же обязаны. А, может, в ком-то все же жива уверенность — бьет, значит, любит?!