“Я очень уважаю маргиналов, я их и считаю двигателями прогресса…”

Архив 200907/11/2009

Вчера в Доме Москвы состоялась презентация книги московской писательницы и журналистки Карины Аручеан “Полководец Соня, или В поисках Земли Обетованной”, недавно вышедшей в Москве в серии “Русский роман XXI века”.

Это роман-притча о вечных вопросах, которые наше бытие ставит перед человеком. Вот как оценил роман один из известнейших российских литературоведов, автор предисловия к книге Лев Аннинский: “Такой попытки все собрать, все объять и все объяснить еще не было в современной русской прозе… Попытки объять все — соединить перемешивающиеся части бытия в умопостигаемом целом. Запредельные бездны, загадки предбытия, добытия… цитаты из Библии, мудрецы Востока, суфии, даосы… И драмы эпохи, обрушившиеся на людей из астрально-мыслимой выси в цепенеющую повседневность…”
Об истории этой книги, о пути, приведшем к ее написанию, как и о многом другом, рассказывает автор нашумевшего романа-притчи наша соотечественница Карина Аручеан.

— Если начистоту, то это моя первая серьезная книга. Я до этого писала стихи — говорят, хорошие… Хотя к ним никогда серьезно не относилась. А идея написания романа родилась оттого, что я сама уже очень долго хотела прочитать что-либо подобное. Я даже зачастую в беседах с друзьями шутила, что, мол, придется в конце концов мне самой написать что-то, что будет интересно читать. Ну вот, как вы видите, шутка воплотилась в жизнь.
— Ни для кого не секрет, что в наше время книги не пользуются той популярностью, что раньше. Что должно произойти для того, чтобы интерес к книгам вновь возрос?
— Так, как, скажем, в 60-х прошлого столетия? Такого интереса не будет уже никогда! Появились новые технологии, интернет — вот почему мы с вами свидетели сейчас того, как живая книга изживает себя. Однако в то же время я уверена, что она не исчезнет бесследно, а станет всего лишь неким пристрастием для очень узкого круга людей — любителей именно “бумажной книги”.
— Но, как это ни парадоксально, интерес к чтению отнюдь не пропал — тому доказательством всевозможные электронные “читалки”, пользующиеся большой популярностью у современной молодежи, предпочитающей длинным произведениям анекдоты, афоризмы, миниатюры и т.д.
— Насчет чтения — абсолютно верно. Не будь этого, не пользовался бы успехом такой вид продвижения книг, как буккроссинг. Человек, прочитав книгу, оставляет ее в общественном месте (парк, кафе, поезд, станция метро), для того чтобы другой, случайный человек мог эту книгу найти и прочитать; тот в свою очередь должен повторить процесс. А слежение за “путешествием” книги осуществляется через специальные сайты в интернете. Бывает, конечно, что книги по разным причинам пропадают, однако, по последним статистическим данным, за последние шесть лет каждые шесть из десяти книг, занятых в этом эксперименте, продолжают удачно курсировать.
И я думаю, если в Армении также будет запущена эта система, будут созданы сайты, по которым возможно будет отслеживать движение книг, если этот процесс станет всеобщим занятием и множество людей будет вовлечено в эту игру (как, к примеру, сайтом “Одноклассники”), то, естественно, возросший интерес к книжной эстафете перенесется на саму книгу и на ее содержание.
Что же касается анекдотов, миниа
тюр и прочего, то это иной вид литературы, также имеющий право на существование. Людям свойственно, пресытившись одним, жаждать попробовать нечто иное. И я тоже в этом не составляю исключения — по натуре также будучи сторонницей миниатюры, я дошла в итоге до романа.
— Финал вашей 40-летней журналистской деятельности ознаменовал начало литературного восхождения. А как и когда вы пришли в журналистику?
— В 10-м классе. И, что характерно, уже с того возраста публикуясь в газетах “Молодежь Азербайджана” и “Вечерний Баку”, я была уверена в том, что непременно стану журналисткой. Я родилась в Баку, но болтало меня по всей стране. Мой папа был репрессирован. Его выпустили после десятилетней отсидки в 1945 году, а в 1946 родилась я. Так как в те годы вышедшим на свободу запрещалось жить в крупных городах и столицах, мы с мамой переехали к папе в Западную Украину, в город Борислав. А в 1949 папу снова посадили. Мне было тогда три годика. Я отчетливо помню, как папу забирали. Этот момент описан в моей книге. Этот эпизод явился началом моей осмысленной, я бы сказала, взрослой жизни. Мы с мамой поехали за отцом в Сибирь…
В Сибири произошел и другой случай, также описанный мной в романе. В четыре года я пропала. Точнее, пошла освобождать мир от Кощея. Нашли меня через несколько дней в детском доме, куда я сама себя, при живых отце и матери, определила… Вот с тех пор я и продолжаю освобождать мир от “Кощея”. И эта книга тому пример.
— Можно ли назвать ваш роман “Полководец Соня, или В поисках Земли Обетованной” автобиографическим? Ведь, по сути, главной героиней являетесь вы сами.
— Действительно, книга написана на основе реальных событий. Своим романом я хотела озвучить, в общем-то, одну несложную мысль: от каждого из нас зависит, каким будет завтрашний день и будет ли он вообще. Ведь хотим мы того или нет, но на нас лежит ответственность за судьбы мира. Каждый из нас, уж коли он избран природой для появления на свет, является Избранным, любой — Назначенным. А кем и для чего — это уж дело всей его жизни: понять, сделать выбор, осуществить свое назначение.
Книга чем-то похожа на компьютерную игру-бродилку — на каждом “уровне” главная героиня романа Соня зарабатывает очки, ошибается, побеждает, находя ключи к пониманию себя и других, Природы Вещей и Замысла Создателя Большой Игры — Жизни. Ключи помогают перейти на следующий “уровень” — и все сначала: только проблемы сложнее, ловушки коварнее, но и друзья мудрее, как в любой жизни по мере ее проживания. Эти ключи — в отдельных фразах, в диалогах, в притчевых эпизодах, в самой композиции романа. Иногда — на поверхности, иногда — глубже.
— В книге приводятся исторические заметки со времен сталинского периода до наших дней: репрессии, террор, межнациональные конфликты, войны, развал СССР…
— Оставаясь убежденной оптимисткой, я вижу светлым будущее человечества! Как ни странно, с конца ХХ века, несмотря на войны и конфликты, происходило много обнадеживающего. Римский Папа публично покаялся за крестовые походы, инквизицию. Протестанты выступили за экуменизм — единение религий при сохранении “самости” каждой.
…Единение на основе Согласия при сохранении “самости” каждой национальной, конфессиональной и прочих групп продолжается. Коммунистический Китай мирно сосуществует с капиталистическим Гонконгом. Сняты блокпосты между греческой и турецкой частями Кипра. Белые австралийцы извинились перед аборигенами, американцы — перед индейцами. Очередь за армянами и турками. Но и армяне не должны переносить ненависть на весь турецкий народ, помня новозаветную заповедь “Не прощая грех, прощать грешника”.
— То есть цель вашей книги можно назвать в чем-то миротворческой?
— Скорее жизнесозидательной. Цель — постараться сделать так, чтобы “стыки” стали прочнее и меньше было бы “аварий” на них.
— Не обошли вы вниманием и новейшую историю. А как отреагировали на вашу книгу прочитавшие ее азербайджанцы?
— Азербайджанцы бывают разные, впрочем, так же как и армяне. Были азербайджанцы, которые, прочитав книгу, говорили мне: “Карина — молодец! Но армяне тебе будут бить морду”. Были и армяне, которые, прочитав книгу, высказали тот же восторг и аналогичное опасение, но уже относительно азербайджанцев. Дело в том, что я никогда не была “человеком команды”. Я не знаю, хорошо это или плохо, но как-то так сложилось, что я никогда не была ни за “красных”, ни за “белых”. Я была “мостом”! А, как известно, при любой военной ситуации первым делом уничтожают мосты. И я, естественно, нередко попадала под такую “пальбу”.
Я старалась в романе показать, как чувствует себя человек, находящийся на границе различных социальных групп — маргинал, в хорошем смысле этого слова. Я очень уважаю маргиналов, я их и считаю двигателями прогресса, ответственными по устроению “коммуникаций” и починке “стыков”. Это люди как минимум двух миров, причем как территориальных, так и конфессиональных, социальных и т.д.
Рубен ПАШИНЯН