“Я не патриот — я армянин”

Архив 201029/04/2010

“Уходят лучшие друзья без расставаний, так тайком, как будто хлеб с чужих могил они уносят со стыдом”. Эти строчки известного армянского барда Рубена АХВЕРДЯНА, написанные им еще в 1999-м, не теряют актуальности, увы, и по сей день.

А недавно он сам сообщил, что никогда не намеревался покидать Армению, однако нынешняя ситуация заставляет его всерьез задуматься над этим. “Я не хочу, чтобы мои дети росли в этой атмосфере…” — сказал он в одном из интервью.

— Вы и впрямь считаете, что пора уезжать?
— Вопрос не в том, пора или нет, — вы посмотрите, до чего мы докатились. Ведь раньше люди уезжали из-за тяжелого материального положения: для кого-то это было приемлемо, для кого — нет. Сегодня же люди доведены до края — они деморализованы. Утеряна всякая надежда на… надежду. Тот, кто раньше осуждал уезжающих “из-за куска хлеба”, не будучи сам по сей день в силах прокормить свою семью, попросту перестает уважать себя. Он опускается в своих глазах, а заодно и в глазах своей семьи. А на этом фоне ежесекундно приумножающиеся свидетельства благосостояния нуворишей и власть имущих — приватизаторов некогда экспроприированного — окончательно добивают человека в решении уехать из страны, ныне весьма отдаленно напоминающей его любимую родину.
— …”Я Вас люблю” — три этих слова скажу тебе, мой Ереван. И стоит мир объехать снова, чтоб эту истину понять?” Кто же будет продолжать любить этот город?…
— Неизвестно, кто больше разочарован своей судьбой: сами горожане или же их любимый город. Ведь сегодняшний Ереван — это урод с большой головой! На смену коренным ереванцам пришли провинциалы. Не путайте с сельчанами, они генофонд нации. Если сельчане исчезнут, наше дело — табак. Так вот эти самые провинциалы по сей день не дают расслабиться городским “недобиткам”, подспудно способствуя их планомерному оттоку из города. Проникая и укрепляя свои позиции, они ласково величают себя “элитой”. Видимо, надеясь застолбить место для своих праправнуков, которых разве что и можно будет хоть отдаленно считать настоящими горожанами. Словом, городская культура искоренена!
Я же… купив домик, переехал в деревню Казах. Ведь все друзья, с кем я пил, погибли, а остальные так изменились… Словом, Ереван стал мне чужим.
— И как же должен сегодня вести себя современный интеллигент: ждать “великого полдня” или все же пытаться противостоять?
— Мы потеряли свою защитную ауру, у нас огромные черные дыры — наше общество больно интеллектуальным СПИДом. Все так называемые интеллигенты, выступающие по ТВ, делают это не потому, что их что-то реально волнует, а исключительно пользуясь удачным моментом…
Смею вас заверить, я не считаю себ
я одним из тех, кого стоило бы именовать представителем “современной интеллигенции”. Я человек свободный — я деньги зарабатываю за кордоном. Я тут никогда не зарабатывал, не делал концертов. Здесь я просто пою для людей. А заработанные мною деньги предпочитаю тратить на благотворительность, нежели на новые машины или квартиры за границей.
— …”Я не патриот и никогда им не был, потому что не понимаю смысла этого слова”…
— Да, я не патриот! Патриотами были Гитлер, Ленин, Ататюрк… Таковыми являются американцы, бомбившие Ирак и частенько пускающие патриотические слюни.
Я всего лишь люблю и охраняю свой родной язык — пишу стихи и песни. Мне даже не всегда понятно, почему мне аплодируют. Ведь если песня ушла в зал, полюбилась и стала собственностью зрителей, чего ж они тогда мне продолжают аплодировать? Зачастую этот мой комплекс неполноценности побуждает меня к написанию новых песен. Поэтому характеризовать все это как “патриотизм” — извините, увольте. В книге, подаренной мне поэтом Амо Сагияном, им сделана такая надпись: “Пограничному войску армянской песни!” Признаться, я очень дорожу этим титулом. Так что я не патриот — я армянин.
— Как армянин и христианин, вы считаете допустимым возведение церкви на месте некогда увеселительного заведения?
— Я считаю это варварством. Более того, я категорически против восстановления церкви св.Погоса и Петроса на месте летнего кинотеатра “Москва”. Если хотят развивать туризм, пусть восстановят древние армянские церкви, являющиеся частью мирового культурного достояния. Стиль архитектуры кинотеатра “Москва” и атмосфера окружающей территории совершенно не подходят для возведения церкви. Рядом с культурно-развлекательным центром строить церковь по меньшей мере бессмысленно.
…Вы знаете, в советские времена я думал, что Бог есть на самом деле, а вот наши времена меня убеждают, что прав был Дарвин. Я вот только думаю, от какой породы обезьян мы произошли. От бабуинов, что ли?..
— Спасительный берег — есть ли он у вас?
— Спасительный берег — это когда ты можешь помочь другим, когда можешь оказать услугу людям. В противном случае его, то есть берега, нет… Вывести людей из состояния безнадеги, утешить, помочь… Мои песни часто удерживали людей от самоубийства, выводили из депрессии живущих на чужбине, их любят парни, которые воевали, — для меня это дорогого стоит!
— В чем сегодня больше всего нуждается молодежь?
— В хороших учителях! Я бы желал, чтобы у нашей молодежи были такие учителя, которые были у меня. Мой великий учитель — Высоцкий. И ерунда все это, что молодежь не хочет учиться. Хочет, просто негде и не у кого. Меня, например, никогда не приглашали читать лекции в университете или в театральном институте, а ведь я был хорошим режиссером.
— Чем вас можно удивить?
— После соревнований по дзюдо, прошедших в здании Ереванского театра оперы и балета, думаю, уже мало чем. Ну, наверное, грамотной речью какого-нибудь политика. Вот чтобы он вышел к трибуне и хотя бы полчаса сумел проговорить без ошибок и без бумажки. Чтобы говорил не “бхЭ№бхЭ»Й”, а “БЭ№бхЭ»Й” и не “бсЁС»пЁ”, а “бсбнС»пЁ”. Да какое удивление — это будет шок! И, уверен, не только у меня…
— Каким должен быть, на ваш взгляд, идеальный министр культуры?
— Моя самая больная мозоль. Министр культуры должен быть настолько умен… Помните, в советское время грузины очень много внимания уделяли кино? Почему? Да потому, что они побеждали именно этой культурой. Наше время — это война культур, образа жизни. В идеале у министра культуры должно быть прав намного больше, чем у других министров. Так, чтоб даже министр сельского хозяйства был обязан к нему прислушиваться! Пока все наоборот.
— “Вечер бессонный, кто-то нас вспомнил, он мне напомнил тех, что ушли, это надежда, та, что, как прежде, светом забрезжит в темной ночи”. Каким будет новый лучик от Рубена Ахвердяна? — пару слов о ваших творческих планах.
— Я готовлю к выпуску не один, а сразу три альбома. В первый войдут песни моих друзей — Давида Амаляна, Эдуарда Зорикяна, Армена Адамяна… Я люблю их песни — намного больше своих. От своих я, признаться, изрядно подустал. Вторым альбомом станет сборник моих самых удавшихся и самых популярных произведений. Ну а в третьем будут абсолютно новые, никому не известные песни.
— Вы упомянули об Амо Сагияне: “Ищите меня в песнях моих!” Если попытаться спроецировать эту мысль на вас…
— А зачем? Кто уверен в том, что знает, какими были в реальной жизни творцы прошлого? В чем смысл знать, что они были бабниками, пьяницами, наркоманами?
…Вообще-то мой любимый Франсуа Вийон говорил: я знаю все, знаю даже, как улыбаются свиньи, как мухи садятся на кошек, знаю множество всяких мелочей. Я знаю все, кроме самого себя.