“Я не бросаю балет…”

Архив 201131/03/2011

“Я не бросаю балет...”Неуемный, темпераментный, полный идей и замыслов — таким мы будем помнить Марка МНАЦАКАНЯНА, имя которого навсегда вписано в историю армянского балета.

Он родился в Ереване в 1932 году. Жизнь начинал в семье, которой жилось очень трудно, — отец погиб, когда Марку было всего 40 дней. Он всегда был благодарен матери — чтобы спасти сына от уличного влияния, она отдала его в балетное училище. Здесь он и обрел свое призвание. Рано повзрослев, решил строить свою жизнь сам, и 16-летним, почти без гроша в кармане, отправился в Москву. Этот дерзкий поступок стоил ему долгих мытарств, жизни впроголодь, но упорства ему было не занимать и вот он — ученик Балетного училища при Большом театре, после окончания которого с третьего раза поступает в ГИТИС. Здесь талантливого юношу замечает знаменитый Л.М.Лавровский и берет к себе в балетмейстерский класс. Эти первые ступени успеха определили весь его творческий путь, научили верить и добиваться, преодолевать препятствия и постоянно строить смелые планы. Он всегда говорил о том, что ему крупно повезло с учителями: в Ереванском хореографическом училище — это Борис Обухов, волею судеб оказавшийся в Армении, сын известного танцовщика Мариинского императорского театра, в Москве — это Леонид Лавровский, Ростислав Захаров, Юрий Григорович, потом Касьян Гойлезовский, в балетный стиль которого — импрессионистический — он был влюблен и привносил его в свои замечательные балетные миниатюры, которые ставил во множестве в училище при Большом театре и в Хореографическом училище Еревана. В последние два десятилетия он был очень увлечен преподаванием танца в Российском государственном институте кинематографии.
Триумфом своим Марк Мнацаканян считал постановку версии бессмертного балета А.Адана “Жизель” на сцене Ереванского театра, которая была осуществлена в 1959 году. Восторженная толпа зрителей провожала его в день премьеры с криками “браво!” и “кор-де-ба-лет!”, и эти воспоминания всегда грели его сердце. Вслед за “Жизелью” Марк Мнацаканян осуществляет вместе с дирижером Арамом Катаняном сценическую версию оратории Стравинского “Царь Эдип”, а вскоре получает приглашение на создание балета на музыку Эдгара Оганесяна “Вечный идол”, премьера которого состоялась на сцене Ереванского театра оперы и балета в 1966 году. Эта работа Марка Мнацаканяна определила новый рубеж в истории армянского балета. На сцене возродились давние, исконные традиции армянских народных танцев, в них воплотился сильный характер древнего народа, когда коренастые мужчины словно вбивали в землю дробный переменный ритм. Многое в этом балете стало национальной классикой… А дальше новые постановки — большой балетный цикл под названием “Перекресток”, в котором соединились остро психологические сцены на музыку Шостаковича, Бартока, Генделя и неизвестного испанского композитора. Вначале этот балетный цикл был поставлен на сцене музыкального театра Петрозаводска, который Марк Мнацаканян считал своей главной творческой лабораторией, а в 1972 году — на ереванской сцене.
“Лоркиана” из этой серии до сих пор сохранилась в репертуаре нашего театра и именно эта тема, связанная с Испанией и ее великим поэтом Фредериком Гарсиа Лоркой, впоследствии снова завладела Мнацаканяном и вылилась уже в совершенно уникальную постановку драмы Лорки “Дом Бернарды Альбы”, соединившей в себе принципы театра и балета. Этот спектакль был осуществлен на базе творческой мастерской Алексея Баталова в Институте кинематографии. Огромный успех спектакля сделал его достоянием московских театралов на протяжении двух лет — 1996-го и 1997-го. Спектакль шел на сцене знаменитого “Театра на Таганке” и в нем блистали молодые актеры, только вступившие в творческую жизнь. Эта удача была выстрадана Марком Мнацаканяном. Он намеревался серьезно повернуться в сторону театра. “Я не бросаю балет, но дальнейшие мои планы связаны с театром”, — говорил он в конце 90-х. Но постоянные приглашения из-за рубежа на постановку того или иного балета, да и многое другое отнимали у него время и силы. Следующей театральной постановки так и не состоялось, но главное — он жил этим, фантазировал, мечтал…
Кто сказал, что все мечты должны осуществляться в жизни? Неосуществленные, но выношенные умом и сердцем, они передаются как бы по наследству. Любя и чтя своих учителей, Марк Мнацаканян и сам стал прекрасным и щедрым учителем, он оставил много замыслов и идей и своим ученикам, и своим коллегам из разных городов и стран, от Петрозаводска, в музыкальном театре которого осуществил ряд блестящих спектаклей, до театров Египта, Польши, Канады и других стран.
Он жил, как живут многие наши соотечественники — не в Армении. И как все наши соотечественники, он думал только о ней.
Маргарита РУХКЯН