“Я над афоризмами не размышляю, они у меня сами вылетают”

Архив 201004/11/2010

Скончался один из самых ярких политиков современной России Виктор Черномырдин

Утром 3 ноября не стало Виктора Черномырдина — харизматичного политика, возглавлявшего правительство РФ в самые сложные для современной России годы. Ему было 72. После ухода с должности российского посла в Украине Виктор Степанович был советником президента и его спецпредставителем по вопросам экономического сотрудничества со странами СНГ. В последнее время он сильно болел и тяжело переживал смерть супруги, с которой прожил почти полвека. Перед тем как стать премьером, он успел поработать в ЦК КПСС, министром нефтяной и газовой промышленности в союзном правительстве Николая Рыжкова и создать государственный концерн “Газпром”.

1992 год. Борис Ельцин, после отставки Егора Гайдара, предлагает на пост премьера компромиссную фигуру — мало кому известного тогда Черномырдина.
Черномырдин пообещал провести реформы “без шока” и был избран. Тогда он думал, что поработает не больше года, и не ожидал, что придется руководить правительством целых 6 лет. Это рекорд для постсоветской России.
В отличие от многих политиков тех лет, он никогда не боялся брать ответственность на себя. В июне 1995 года, когда чеченские террористы захватили Буденновск, на глазах у всей страны Черномырдин вел переговоры, чтобы спасти жизни заложников.
Каждый раз, когда премьер уходил в отпуск, ему предрекали отставку, но он возвращался. Когда отставка все-таки случилась, Черномырдин даже не задумывался об уходе на пенсию. Во время агрессии НАТО против Югославии он — главный российский переговорщик. Прилетел в горящий Белград, чтобы попытаться остановить кровопролитие. Затем дипломатическая работа в Украине.
В апреле 2008 года он отметил 70-летие. К юбилею вышла книга. Это интервью, фотографии и, конечно же, знаменитые черномырдинские афоризмы. Они давно разошлись на цитаты и обогатили современный русский язык:
“…У кого руки чешутся? У кого чешутся, чешите в другом месте”.
“Эта естественная монополия — хребет российской экономики, и этот хребет мы будем беречь”.
“Экономике нужен кислород. Как раз наоборот. Это не кислород: один раз дыхнешь, а потом только останется дрыгнуть ногами”.
Обаяние, чувство юмора, открытость. Редкие качества для политика. Виктор Черномырдин не боялся смеяться над собой и никогда публично не высказывал обиду. Сам он не раз повторял: “Я над афоризмами не размышляю, они у меня сами вылетают”. А потому процитируем еще:
— Хотели как лучше, а получилось как всегда.
— Здесь вам не тут.
— Что ни делаем, получается КПСС либо автомат Калашникова.
— Врачи и учителя хотят есть. Практически каждый день.
— Курс у нас один — правильный.
— Правительство — это не тот орган, где можно языком как попало.
— Я вообще далек от мысли.
— Вечно у нас в России стоит не то, что нужно.
— Надо же думать, что понимать.
— Мы до сих пор пытаемся доить тех, кто и так лежит.
— Есть еще время сохранить лицо. Потом придется сохранять другие части тела.
— Моя жизнь прошла в атмосфере нефти и газа.
— Раньше полстраны работало, а пол — не работало, а теперь… все наоборот.
— Много денег у народа в чулках или носках. Я не знаю где — зависит от количества.
— Мы помним, когда масло было вредно. Только сказали — масла не стало. Потом яйца нажали так, что их тоже не стало.
— У меня приблизительно два сына.
— Мы продолжаем то, что мы уже много наделали.
— Ну кто меня может заменить? Убью сразу… Извините.
— Мы надеемся, что у нас не будет запоров на границе.
— У меня к русскому языку вопросов нет.
— На ноги встанем — на другое ляжем.
— Я не думаю, что губернатор должен именно работать так, чтобы вредить.
— Россия со временем должна стать еврочленом.
— Что говорить о Черномырдине и обо мне?
— Вот Михаил Михайлович — новый министр финансов. Прошу любить и даже очень любить. Михаил Михайлович готов к любви. (О М.Задорнове).
— Нам никто не мешает перевыполнять наши законы.
— Надо контролировать кому давать, а кому не давать. Почему мы вдруг решили, что каждый может иметь?
— Я не тот человек, который живет удовлетворениями. Для меня день прожитый — это уже история. 
— Я готов пригласить в состав кабинета всех-всех… Но они на это только показывают язык и еще кое-что.
— Переживем трудности. Мы не такие в России россияне, чтобы не пережить.
— Мы выполнили все пункты: от А до Б.
— На любом языке я умею говорить со всеми, но этим инструментом стараюсь не пользоваться.
— Не надо сразу требовать невозможного, чтобы все говорили и писали.
— Я тоже нес большую нагрузку. У меня даже голос сел. А я ведь даже вчера не пил и другого ничего не делал. Я бы это с удовольствием сделал.
— Стоит Чубайсу рот открыть, ему тут же сразу насуют, будьте любезны.
— Если я еврей — чего я буду стесняться, что я еврей! Я, правда, не еврей.
— Чем мы провинились перед Богом, Аллахом и другими?
— Лучше водки хуже нет!
— Однако, потому что, что ж.
— Надо срочно ликвидировать жертвы катастрофы.
— Никогда не было, и вот опять.
— Все ваши поправки и замечания, уважаемые депутаты, мы соберем в одно место…
И наконец: “Много говорить не буду, а то опять чего-нибудь скажу…”