“Я хочу, чтобы моя страна была более справедливой, более развитой, более богатой и более безопасной”

Архив 201625/10/2016

Премьер-министр Карен Карапетян дал интервью ряду телекомпаний

Журналисты спрашивали премьера о первоочередных проблемах, борьбе с коррупцией и монополиями, его видении будущего Армении, об ожиданиях общества в связи с его назначением, о мотивации, побудившей его занять пост главы правительства.

 

 

«Что больше всего вызывает недовольство – это несправедливость»

Отвечая на вопрос о первоочередных проблемах и вызовах нашей экономики, премьер, в частности, сказал:

«Полагаю, что при управлении правительством, при управлении городом все проблемы являются первоочередными. Но я, наверное, придал бы очень большую важность необходимости того, чтобы была создана взаимная связь между правительством и обществом, образовалось определенное доверие. Это, конечно, в первую очередь зависит от нас, какие действия мы предпримем, потому что проблема перемен в стране является задачей не только правительства, но и каждого гражданина. Я не хочу сбросить с нас ответственность. Но, наверное, одна из самых важных задач – приобрести это доверие, сформировать эту взаимную связь, чтобы гражданин был уверен, что, активно проявив свою гражданскую позицию, он принесет пользу этому делу».

Касаясь борьбы с коррупцией, премьер выразил убежденность, что в борьбе с коррупцией необходимо максимально ликвидировать ту среду, которая создает эту возможность, потому что, борясь с коррупцией и создавая еще одну структуру против коррупции, коррупция не исчезает, если среда не меняется. «По-нашему мнению, мы детально написали, какие действия мы будем осуществлять, чтобы эту возможность свести к минимуму и в налоговом, и в таможенном поле, и в поле постановлений правительства, и в поле закупок, и в поле иностранного финансирования, и в поле создания равных и понятных условий для бизнеса», — сказал он.

Отвечая на вопрос о борьбе с монополиями, Карен Карапетян подчеркнул, что если в борьбе с коррупцией главным инструментом станет закон, то в случае с монополиями главное — это создание справедливых, равных условий.

«Что в основном больше всего в семье, компании, городе, на улице, в стране вызывает недовольство – это несправедливость. В этом плане, полагаю, наш народ имеет свойство восставать против несправедливости. Малость рынка так или иначе приведет к тому, что в некоторых сферах, в некоторых секторах у нас будет доминирующий бизнесмен, потому что он более эффективно работает, и так далее, и так далее. Весь вопрос в том, как он становится доминирующим: если становится административными рычагами, тебе позволяют, а Араму не позволяют, в этом случае возникает несправедливость. Если в естественном конкурентном поле — все равно опять так будут комментировать те, кто не является этим доминирующим, какие в этом случае проблемы у государства: наша антимонопольная служба сдержит аппетит доминирующего, но должны ли мы обязательно его, если он стал таким в справедливом конкурентном поле, притеснять? Конечно, нет. Смотрите: у нас даже есть проблема, малость страны приводит к этому, условно говорю, поставки нефтепродуктов. Если нефтепродукты покупают оптом, цена другая, при перевозке на судне можешь арендовать судно полностью или при малом количестве ждать, когда будет это судно, тогда расход другой. Но это означает, что должен быть обязательно крупный поставщик? Нет, просто так или иначе с течением времени я, ты можем начать этот бизнес. Один из нас на объективных условиях станет доминирующим, не говорю во всех сферах, но сферы будут. В этом случае чувство по отношению к несправедливости будет не таким подчеркнутым, как сегодня. Речь об этом. Поэтому борьба с монополией или противодействие ей состоит в создании равного, справедливого поля, а как будем бороться с коррупцией, я сказал, что мы должны изменить среду, чтобы и принятие решения сделать более прозрачным, понятным для общества, если будут факты, нужно использовать и применять тот закон, который, вы говорите, существует, чтобы противодействовать», — сказал премьер. На уточняющий вопрос, означает ли это, что каждый человек сегодня может импортировать любой товар, премьер ответил утвердительно. «Очень правильно услышали, без каких-либо проблем. Когда узнаете, что есть подобное препятствие, звоните лично мне», — добавил он.

 

«Если мы с кем-то дружим, ведь необязательно, что дружим против кого-то»

Каким государством вы хотите видеть Армению через пять, десять, пятнадцать лет — европейским, российским, центристским?

«Через пять, десять, пятнадцать лет вижу нашу страну армянской. Нет какой-либо формулы идеального управления, которую можно взять от одной страны и адаптировать в другой стране, вернее, адаптировать можешь, но копировать – нет. Именно по этой причине касательно ЕАЭС мы, армяне, очень интересная и талантливая нация, но во многих случаях нам не хватает прагматизма. В ЕАЭС нужно было вступать или нет? Убежден, что да, скажу почему, потому что мы становимся членами клуба, в котором рынок увеличивается и где максимально возможно распределить наши потенциальные возможности… Представим: мы не были бы на рынке ЕАЭС, также наш товар в основном был бы предоставлен или направлен на эти рынки и что бы было, если бы мы не были членом ЕАЭС? Этой аналитики нет. Во-вторых, будучи на рынке ЕАЭС, мы исключаем работу на других рынках? Нет. У нас есть большой потенциал, чтобы занять другие рынки и каким-то образом ЕАЭС нам мешает? Конечно, нет. Именно по этой причине в основном от нас зависит, можем ли мы пользоваться членством в ЕАЭС. Если мы не очень пользуемся, сваливать вину на других, полагаю, неправильно. Если мы с кем-то дружим, ведь необязательно, что дружим против кого-то, и дружба с другими не исключается», — сказал премьер.

На вопрос, как он видит решение проблемы с конкурентоспособностью отечественных товаров, премьер пояснил:

«Прежде всего не факт, что произвольный товар, который здесь производится, должен быть конкурентоспособным. Задача бизнеса – определить те товары, исходя из нашей сложной транспортной логистики и той объективной ситуации, которая есть, чтобы они были конкурентоспособными. Во-вторых, полагаю, что, например, для работы на российском рынке многие наши бизнесмены должны были попытаться, чтобы кредитные программы и средства были в российских рублях. Если ты работаешь в том же валютном поле, риски резко снижаются, и если вы заметили, мы в процессе стимулирования нашего экспорта написали, что будем использовать новый инструментарий, чтобы снизить валютные риски. Бизнес должен сориентироваться. В чем состоит задача государства? Максимально содействовать ему, но, говоря, что цена на газ высокая … что должно сделать государство, если доставка газа сюда дорого обходится? Он должен выбрать те виды товаров, те сферы, для которых цена на газ не делает его неконкурентоспособным».

 

«Мы действительно настроены очень честно и искренне работать с обществом»

Как вы относитесь к этой ответственности по отношению к простому гражданину, который, может быть, верит вашему правительству? – в ответе на этот вопрос премьер отметил:

«Мы в этом плане не находимся в плену каких-либо иллюзий, к чему это приводит – чисто к росту нашей ответственности. Мы попытались в нашей программе, снова скажу это слово, максимально прагматично, рационально отметить те шаги, которые мы будем делать. Например, во многих случаях звучит, что программа правительства – это тосты, это обещания. Я, откровенно говоря, не вижу здесь тостов и обещаний, кроме того, что мы говорим, что будем работать в этом направлении. Мы попытались максимально конкретизировать, где возможно по срокам, и в моем представлении, поставили достаточно высокую планку, которая требует регулярной, каждодневной работы. Что мы сказали: если будем нормально работать в этой сфере, то у нас будут перемены, как будем измерять перемены – покажет время, потому что мы сказали, что должны проанализировать, переосмыслить, диагностировать, понять статистические данные, чтобы завтра или послезавтра, объявляя цифры, мы взяли бы на себя эти цифры и эту ответственность. Мы действительно настроены очень честно и искренне работать с обществом, разъяснять, если что-то и не получилось, по какой причине не получилось. Именно по этой причине, понимая, что через шесть, семь месяцев придет время давать отчет, мы попытались максимально написать то, что возможно сделать. Но, искренне говоря, в нашей команде были члены, которые сказали: с такой штангой можем грыжу получить. Сейчас написали бы меньше этого, чтобы через шесть, семь месяцев пришел момент и мы сказали бы, что мы перевыполнили, если поставим планку, горизонт, до которого немного не дотягиваешься, но тебя мотивирует его достижение. Мы выбрали второй вариант.

 

«Менеджер тоже несет ответственность. Я не перекладываю с себя ответственность»

На вопрос, чувствует ли Карен Карапетян политическую ответственность за правительственную программу или же он просто «менеджер, который пришел работать, получится – здорово, а нет – так извините, не вышло, прощайте».

В ответ глава правительства сказал: «Отвечаю ли я за свои слова? Являюсь менеджером или нет? Менеджер тоже несет ответственность. Занять эту должность меня пригласили президент Серж Саргсян и Республиканская партия Армении. Следовательно, я, конечно, несу ответственность и не хочу перекладывать часть своей ответственности на РПА. Они ответственны вместе со мной, и я не перекладываю с себя ответственность».

В ответе на вопрос о привлечении инвестиций Карен Карапетян сказал:

«Мы хотим открыть инвестиционное поле не только для наших армян из диаспоры, правда, мы заинтересованы, чтобы армяне из диаспоры пришли, но эти правила игры будут и для армян из диаспоры, и для китайцев, и для других. Чтобы они чувствовали себя защищенными, мы обеспечим взаимную связь в лице нашего Министерства экономического развития и инвестиций, которое, грубо говоря, назвали омбудсменом, защитником, примирителем бизнеса, предпринимателя, и произвольный бизнесмен, когда встречает какое-либо препятствие, идет в это министерство и, держа за руку министра, если этого будет недостаточно, мы в ближайшие дни объявим и напечатаем всех тех ответственных, которые будут выходить непосредственно на меня. Мы зафиксировали также декриминализацию бизнеса и зафиксировали там, что к законопослушным будем относиться так, к незаконопослушным иначе, но даже незаконопослушному сказали, что не должно быть какого-либо превышения полномочий. И мы обязательно коснемся правоохранительных органов, если будут подобные случаи превышения полномочий. Это работающий механизм, да, мы будем последовательными, да, будет результат – увидим».

И наконец, последний вопрос о мотивации, побудившей его занять пост премьер-министра.

«Какова моя мотивация? «Я хочу, чтобы моя страна была более справедливой, более развитой, более богатой и более безопасной. Если я могу в данном вопросе принести пользу, я готов прилагать усилия до конца. Как только почувствую, что не принесу пользы, не останусь более ни дня. Вижу ли на данный момент в себе силы, желание? Да. Про драйв говорить не стану», – ответил глава правительства.