Вертолет и десять детей

Архив 201404/10/2014

Владимир Мартиросян, многодетный житель российской глубинки, строит летательные аппараты

“Утечку” о самодельном вертолете, стоящем в огороде, допустил один из белгородских блогеров. Через социальные сети корр. портала “БелПресса” нашел хозяина этого вертолета — Владимира Мартиросяна, который вместе со своей семьей живет в селе Никольском Белгородского района.

 

Прямо в огороде

 

Вертолет действительно был. Прямо в огороде. С кабиной из фанеры и органического стекла. С хвостом и приборной панелью. С ручками, рычагами и педалями. Вертолет построили братья Владимир и Геннадий Мартиросяны. Младший — Владимир, хозяин усадьбы — принялся объяснять:

— Это — ручка управления. А это сцепление так организовано. Это педали, которые управляют винтом. Вертолет сделан по винтовой схеме. Легкие зарубежные аналоги с натяжкой можно назвать вертолетами. У них направление вперед, например, достигается за счет смещения центра тяжести. А в нашем случае все классическое — управляется ручкой.

— Винт наклоняется? — спрашиваю конструктора.

— Нет, — качает головой Владимир, — меняется угол атаки. Вертолет вперед идет, когда уменьшается угол атаки. И за счет этого тюльпан винта наклоняется. Не сам вертолет, а условно тюльпан наклоняется!

 

Уникальная модель

 

“Тюльпан винта” — это не цветок, а проекция, которую вычерчивают лопасти. Куда этот самый “тюльпан” наклоняется, туда и вертолет летит. Чтобы вертолет не крутился вокруг своей оси, на балке установлен хвостовой винт.

— А вот это, вверху, автомат перекоса. Это, в принципе, основная часть вертолета. Сюда цепляются лопасти. И именно благодаря этому механизму вертолет летает и управляется. И основная сложность как раз в автомате перекоса. Его всего несколько стран выпускает. Ну и мы с братом. Это не с какого-то вертолета снято. Это до последнего винтика сделали мы сами.

— Как сами? — удивился я.

— Вот так, — улыбается Владимир. — Рассчитывали все, заказывали детали фрезеровщикам и потом собирали.

Самое удивительное, что Владимир совсем не инженер. По первому своему образованию он учитель биологии и химии. Окончил педагогический институт имени Ольминского в Белгороде. Работал в научно-исследовательском институте педагогических наук. Чуть позже поступил в Ереванский политехнический институт и получил второе образование по специальности “программист”. Моделированием, правда, Мартиросян занимался с детства. Первую свою модель самолета построил еще в восемь лет. Но одно дело — модель, а другое — настоящий летательный аппарат.

— Откуда вы все знаете про вертолеты?

— Заходишь в интернет. Берешь книжки по проектированию вертолета. И читаешь полный курс: все, что проходят в авиационном институте.

 

Влюбленные в небо

 

Как оказалось, страсть к небу в братьях Владимире и Геннадии сидит с самого детства. Оба мечтали стать летчиками, но не поступили в летное училище. Однако желание покорить небо осталось. Но долгое время было не до этого. Учеба. Работа. Семья. Дети. Да и время выдалось не совсем спокойное.

“Когда СССР развалился, — вспоминает Владимир, — я жил в Армении. Там все бросил и перебрался в Белгород. Папа у меня армянин, а мама русская, уроженка села Кочегуры Чернянского района. Там и похоронена. Это моя вторая родина. Тети, дяди, бабушка тут жили. Брат тоже здесь — в Белгороде”.

Уже в зрелом возрасте братья все-таки решили осуществить свою мечту. И на вертолете Владимир и Геннадий не остановились.

Хозяин дома ведет меня в гараж, где стоит самый настоящий легкомоторный самолет! Только крылья его отдельно, в сторонке, да не все приборы навешены.

“Из-за тесноты гаража не можем крылья навесить. Скоро с братом сделаем гараж побольше, поставим крылья, и самолет будет готов! Вмещает два человека и еще 200 килограммов груза. Максимальная скорость будет 240 километров в час. Для разгона ему нужно всего 40 метров. И для посадки то же самое. Мы этот самолет спроектировали так, чтобы при посадке он летел всего 60 километров в час. Это позволит даже в случае неудачной посадки спасти и жизнь, и здоровье пилота. В следующем году, надеюсь, самолет полетит”…


Десять детей

 

Потом Владимир показал параплан, на котором часто летает. “У меня большая машина, ведь у нас с женой Ритой десять детей. Четверо своих и шесть приемных”, — рассказал Мартиросян, когда заговорили об автомобилях.

Старшему сыну Гургену 27 лет. Младшему Сереже — семь. Между ними Марат, которому 26. Потом 18-летние сестры-двойняшки Диана и Лиана. Потом 12-летние Максим и Илья. 11-летние Элеонора и Даша. И восьмилетний Артем.

— Как вы решились детей из детдома взять?

— У нас в Армении нет ни детских домов, ни домов престарелых (увы, есть — ред.). У нас не оставляют никого. Даже если семья погибла — найдутся родственники. Не будет родственников — соседи заберут. А здесь мы со знакомой нашей заговорили, и она сказала, что в Разуменском детском доме двое детей-армян. Мы себя почувствовали как-то неуютно. И поехали на них посмотреть. Они такие хорошие — это Элеонора и Илюша. Директор детского дома на наш вопрос, чем можем помочь, ответила: “Заберите их, и этим здорово поможете. Потому как ничто не заменит семью”. И мы их взяли. Летом взяли, а у Элеоноры осенью день рождения. Ей пять лет тогда исполнилось. Я ей сказал: “Элеонорочка, что ты хочешь на день рождения?” Она спрашивает: “А что можно?” Я ответил, что все можно. Что сразу не смогу — потом сделаю. Ребенок говорит: “У меня в детском доме подружка осталась, я скучаю. Можно подружку забрать?” Это была Даша. И мы с женой поехали и забрали подружку.

 

Человек

 

Все время, пока Мартиросян говорил, мы с фотографом Вадимом ошеломленно смотрели на него, увидев вдруг человека совершенно с другой стороны. Забыли о самолетах и вертолетах, задохнувшись от грандиозного в своей простоте человеколюбия. Даже наш водитель Сергей — шутник и балагур — как-то особенно молчал, а глаза странно блестели. А Владимир, чему-то улыбаясь, продолжал:

“Потом еще позвонили и говорят: “Есть ребенок-инвалид. Он здесь пропадет. Кто за ним здесь смотреть будет? Христом Богом просим — заберите!”. Ну мы с женой пошли и забрали. Так Максим у нас появился. А потом в доме малютки мы взяли Сережу с Артемом. Я детей очень люблю. Была бы возможность — всех бы забрал”.

После того как попрощались с Владимиром и поехали в редакцию, Вадим произнес: “Вот это человек…”

Мы с Сергеем промолчали. Потому что добавить к сказанному было абсолютно нечего.

 

Алексей Стопичев,

БелПресса.Ru, 29.09

 

(С сокращениями)