Вальс в пальто

Архив 201222/03/2012

Ереванцы просят мэра Тарона Маргаряна прийти — важное ведь для города дело: застройка, хоть и временная, самого центра. Но он не приходит, отправляет спецпредставителя. Спецпредставитель уважаем, красив, но он не мэр.

Вначале сориентируемся на местности. Там, где сегодня стоят ереванские экологи, в шестидесятых годах прошлого столетия стояло: парикмахерская, павильон “Соки-воды”, овощная палатка, мастерская по ремонту струнных инструментов со стоянкой такси напротив, наискосок — букинистический магазин (в новом архитектурном прочтении стоит и поныне), хлебный магазин. Все это умещалось на пятачке, образуемом пересечением проспекта имени Сталина с улицами Спандаряна и Свердлова, то есть ровно на том самом месте, где сегодня очень хотят построить то, чего экологи не хотят, и тоже очень.
Осмотримся на местности еще раз. Все названные выше объекты находились на так называемой “красной линии” своих улиц, но сразу же за ними жил-поживал и долгое время процветал самый натуральный крысятник. Про партию “зеленых” тогда слыхом не слышали, а у родной коммунистической находились дела поважней, чем избавиться от трущоб.
В тех же шестидесятых с проспекта Сталина убрали трамвай, сменив его троллейбусом, осевую линию враз раздавшейся вширь магистрали обозначили утопленными в асфальт светильниками, подправили фасады домов. Стало жуть как красиво. (Хотя, по тем временам и вправду неплохо.) Далее, уже в период Демирчяна, задумали разбить то, что сейчас называют сквером Маштоца.
К тому, что из этого родилось, можно относиться по всякому. Автор, проживший на этом кусочке города пару десятков лет, склоняется к тому, что получилось не очень-то: ждали так нужную городу лесополосу, а увидели нечто, напоминающее мемориал. Зачем было заковывать землю в гранит и производные от него конфигурации, непонятно и по сей день. Но речь сейчас не об этом.
Речь о другом: на том самом месте, по которому автор ностальгировал чуть выше, собираются возвести нечто торгово-развлекательное. То есть снова положить камень на камень, кирпич на кирпич и окончательно забить робкую зелень чем-то серо-буро-малиновым.
Утверждать, будто на том отрезке сквера, который смотрит на окна ереванского роддома, когда-то шумел сурово “брянский лес”, нет, ничего подобного здесь не шумело, но что-то наподобие хилой прибольничной рощицы, правда, наблюдалось. Так что, если по большому счету, то и вырубать здесь особенно нечего: ни сыру вам, ни бору — одна видимость. Однако, и здесь автор не о том. Тогда о чем же он, ваш долгоиграющий автор? Он о новом витке любви ереванцев к своему городу и вечнозеленой мечте экологов всегда и во всем видеть город-сад.
Но вначале определимся с терминами. Всякое движение, во главе которого оказываются армянские “зеленые”, у автора ассоциируется с экологом-расстригой Хачиком Стамболцяном и его пылкими речами в пользу Армении без АЭС, Армении без “Наирита”, Армении без “Бентонита” и в конечном счете Армении без ничего. Потому, вглядываясь в ереванцев, несущих вахту в сквере имени Маштоца, автор боялся узнать героев того времени, но, к счастью — ничего подобного.
Далее, вслушиваясь в то, о чем говорят в парке переходного периода, автор сообразил: речь не столько о защите живой природы, сколько праве ереванцев участвовать в принятии решений, касающихся: своего дома, своей улицы, своего парка, своего города. Называется самоуправление. Способны ли на это рассерженные ереванцы? Безусловно. И по словам, и по манерам они не просто грамотны, но и образованны (в отличие от политических массовок, где одно с другим часто не сходится).
Способны ли городские власти понять своих горожан? Здесь вопрос. С новым мэром автор незнаком, но кого ни спроси, все одно: по предыдущей работе ставят пять с плюсом. По нынешней — пока не спешат, но повод для огорчений есть. Мэра просят прийти — не приходит, отправляет спецпредставителя. Спецпредставитель известен, уважаем, красив, но он не мэр. А тут тот особый случай, когда нужен городской голова собственной персоной, а не его благообразные заменители.
А случай-то, собственно, в чем? Особенность текущего момента, на взгляд автора, в том, что если тянуть резину и дальше, то вполне мирное людское количество из парка Маштоца перебазируется на площадь Свободы и обретет острое протестное качество. Но уже не экологическое, аполитическое. Мэрии это надо?

…А напоследок вам скажу. Вошел в интернет. Вышел на сайт, где все со всеми подробностями. Возникло желание перенестись в Ереван, постоять рядом с теми, кто в парке. Давно не видел таких светлых лиц и добрых глаз в одном замкнутом пространстве. Холодно. Кто сидит, прижавшись к соседу, кто стоит, завернувшись в одеяло. Молчат ли, говорят или смеются — все рядом, все вместе, все заодно. За одно близкое всем дело.
Мужчина в куртке, видимо, популярный бард, негромко поет под гитару. Людям нравится. Кавалер приглашает даму. Вальс в пальто. Холодно же. Полицейские топчутся рядом, ни во что не вмешиваются, смотрят на вальсирующих, кажется, слегка завидуя. Пришел главный полицейский Еревана. Разговор ровный, без нервных срывов, взаимоуважительный. Сразу видно: конфронтации никто не ищет. Полицмейстер обещает донести требования до градоначальника. Он это может.
Снова вопрос: а почему не может мэр: приехать, пообщаться, узнать, рассудить. (Говорят же: удобнее всего убеждать людей ушами — то есть выслушивая). Почему не скажет: “Ереванцы, дорогие мои горожане, пусть в данном случае вы правы не во всем, ну да ладно, будь по вашему! Стройку прекращаем, сквер приводим в порядок, выходные объявляем субботником: посадим деревья, озеленим округу…” Танцуют все! За небольшим исключением. Но пусть даже хозяева кафе и магазинов уйдут в минус (если ереванцы объявят им бойкот, плюса все равно не будет), ничего страшного не случится. А так и город, и мэр смогут пожать друг другу руки, рассчитывать на взаимопонимание и дальше. Один плюс!..