Ваагн АЙРАПЕТЯН: “Шоу-бизнес проник своими гадкими щупальцами во все сферы искусства…”

Архив 201114/05/2011

Популярный джазмен Ваагн АЙРАПЕТЯН выпустил свой первый сольный альбом “Singin’ and Swingin’”. Диск стартовал однотысячным тиражом. После презентации, состоявшейся в столичном клубе “The Club”, музыкант с радостью поведал о “таинстве рождения” нового диска.

— Идея была давно, только руки не доходили. Kвартет, трио, группа “Катунер”, с которыми я играю, — все это занимает уйму времени. …Я недавно вернулся из турне по России с известным российским джазменом Даниилом Крамером (объехали 15 городов России, в основном — сибирских). А до этого был на вокальном конкурсе, где не сыграл ни одной ноты — только пел — выступал вместе с джаз-трио Нестеренко. Я-то для себя попевал давно, но вот, чтобы вот так — на серьезную публику, можно сказать, это было впервые. Что интересно, многим это дело понравилось — даже спрашивали, рассматривая мои диски, есть ли на них мой вокал. И получилось, что некогда зародившаяся у меня идея сама по себе стала обретать более чем конкретные очертания. Хотя… родилось все довольно спонтанно. В один прекрасный день я попросту позвонил на студию “VEM”, договорился, поехал туда и за два часа все записал. И, что немаловажно, писали мы не на “цифру”, а на пленку — на бобины! Думаю, истинным ценителям музыки не стоит объяснять, как велика разница в звучании в этом случае. Я очень хотел, чтоб диск был живой — чтоб он дышал! Мы не использовали компьютерной обработки, и при записи я чувствовал большую ответственность, ведь слышны были только мой голос и звучание инструмента.
— Ты упомянул о концертах в Сибири. Каково там джазу?
— Если говорить о джаз-пропаганде, то тут, увы, и сравнивать не стоит. Сравнение не в нашу пользу. Хотя справедливости ради надо сказать, что в последнее время и в Ереване открываются новые заведения, в которых имеют возможность выступать не только джазовые музыканты, но и представители различных музыкальных направлений. Думаю, именно в такой атмосфере смешения различных течений может быть придумано что-то новое и оригинальное. Если же сравнивать непосредственно исполнение — преподношение — джазовой культуры, то у них “равнинный”, а у нас “горный” джаз…
— В смысле, небо и земля?..
— Я имел в виду темперамент. Как известно, одной из основ джаза является блюз. Не думаю, что найдется хоть один армянин, которому не был близок блюз — его теплота, нежность… Эти чувства, это понимание, эта энергетика — все это наши горы. Не случайно же мой нью-йоркский товарищ (саксофонист) частенько приезжает сюда и месяцами остается и работает с нами. Видимо, что-то родное в нашем джазе он все же чувствует… Игру армянского джазмена можно определить с первых нот, равно как и исполнение российского музыканта. Однако ограничений для джаза — как стилистических, так и географических — не существует. Теплоту музыке обеспечивает самозабвенная любовь к ней, и ничего больше. Для меня лично джаз — это особая философия, и если в нее погрузиться, то она будет сопровождать тебя всю жизнь…
— Кстати, обо всей жизни. Ты находишься в вечном поиске формата. Вот и сольник тому подтверждение. Помню, на “джазовой заре” ты брался даже и за саксофон…
— Да, и после этого в нашем доме почему-то резко упали цены на квартиры… А если серьезно, я считаю что творчество без постоянного поиска нового формата обречено на смерть. Нельзя пытаться говорить что-то новое, используя для этого одни и те же слова, одни и те же мысли, одни и те же способы общения с людьми. Надо быть честным в творчестве, и тогда желание искать что-то новое станет нормальным перманентным явлением.
— Увы, не все так думают — даже слово “джаз”, став новомодным, превратилось сегодня в некую фишку…
— Ну что ж, некоторым это слово нравится, а некоторым — нет. Обращусь к тем, кто не воспринимает это явление всего лишь как слово. Факт остается фактом, что сегодня под маркой “джаза” преподносится зачастую далеко не то, что даже отдаленно можно считать таковым, равно как и вообще музыкой, несущей хоть какой-то положительный импульс слушателю. С грустью приходится констатировать, что слово “джаз” породило некий стереотип восприятия, эдакий “устав обязательной атрибутики” — саксофон, контрабас, ударные… Друзья, не все так просто и в то же время сложно, как вы представляете! Нельзя джазовую музыку заключать в какие-то примитивные и обыденные рамки.
— Сегодня у нас есть залы, есть клубы — словом, есть все, чтобы так называемый джазовый процесс пошел. Почему же он протекает так, мягко говоря, вяло?..
— Согласен, в стране есть много талантливых молодых джаз-исполнителей и довольно многочисленная аудитория слушателей. Но, на мой взгляд, всему этому мешает шоу-бизнес, который проник своими гадкими щупальцами практически во все сферы искусства. Он везде — в театре, в живописи, в музыке, в литературе… Вот где корень зла, по-моему! Плотно обосновавшись в умах и душах многих “творцов”, шоу-бизнес сводит на нет все их, пускай даже “самые оригинальные”, творческие потуги. В результате, вместо высокого искусства получаются низкопробные зрелища.
…Если б мне кто-то сказал, что спустя много лет я буду зарабатывать, играя джаз, я бы ему точно не поверил. Я даже представить себе не мог, что эти две абсолютно разные плоскости — деньги и джаз — когда-то могут быть спроецированы одна на другую.
…Для нас джаз был таинством — мечтой. Мы были одержимы им, и готовы были отдать все за новые записи, ноты, инструменты. Нам никогда не пришло бы в голову начать торги о гонораре, если б нас куда-то пригласили сыграть. А что мы видим сегодня? Молодые музыканты, которые еще толком-то двух аккордов связать не могут, первым делом заводят разговор об оплате. Согласен, адекватная оплата в какой-то мере укрепляет веру в будущее, но у них такового — во всяком случае, в джазе — увы, не будет, коль скоро их джазовый дух, их кураж, их энтузиазм сломлены “рублем”, который тянет назад и не дает возможности самосовершенствоваться!
В то же самое время не хочется выглядеть эдаким ментором — я сам некогда прошел через те же “жернова”. Мой первый заработок был 15 рублей — колоссальная сумма по тем временам (во всяком случае, для человека вовсе не ожидавшего никакой). Я четко помню, как что-то изменилось, что-то щелкнуло во мне от мысли, что я смогу прокормить себя своим искусством… И, слава Богу, что это произошло не в начале моего увлечения джазом, а в довольно зрелом “джазовом” возрасте! Иначе — кто его знает — все мы люди…
— Интересно получается: не было хлеба — было искусство, жить стало легче — и искусство “полегчало”?..
— Не знаю, я все же настроен оптимистично — не может так дальше продолжаться — должно что-то “взорваться”! Этот монотонный цикл, в котором все как будто застыли в одной поднаторевшей всем тональности, должен когда-то закончиться. И, я надеюсь, это произойдет в ближайшем будущем…
Главное, чтобы каждый из нас не отчаивался и продолжал заниматься своим делом.