“В связи с резким изменением политической обстановки…”,

Архив 201207/06/2012

или Борьба с историей как признак неуверенности в себе

В Москве никак не утихнут отголоски декабрьских выборов в Госдуму России. Оппозиция продолжает протестовать, собирая многолюдные акции, власти вводят драконовские штрафы за несанкционированные митинги. 

Словом, страсти кипят. Во главе колонн протестующего электората бодро марширует новая звезда внесистемной российской оппозиции — Сергей Удальцов. Сложный, надо сказать, во всех отношениях парень, с некоторым национал-социалистическим оттенком, но популярный, этого не отнимешь. Отличный оратор, пламенный революционер. Пассионарная личность, однозначно. Кстати, насчет “однозначно”. Активность Удальцова вызвала к жизни комментарии Владимира Жириновского — личности, как известно, также вполне пассионарной. Такое впечатление, что ветеран российской политической жизни в глубине души завидует популярности молодого оппонента. Позавидовав, Жириновский попытался взглянуть на проблему диалектически и на корню пресечь конкуренцию. “Почему Сергей Удальцов гуляет по Москве? Потому что именем его прадедушки названа улица в столице, и он понимает: раз именем прадедушки названа улица, что же не пошуметь… Поэтому предлагаю убрать названия всех улиц и городов, названных в честь революционеров. Все! Убрать, однозначно!” — призвал Жириновский с думской трибуны. Чтобы, значит, правнукам неповадно было заниматься революцией. Действительно, есть в Москве улица им.Ивана Удальцова. Экономист по профессии, он был участником гражданской войны, с 1917 г. — функционер ленинской партии большевиков, агитатор и пропагандист (вот откуда ораторские способности Сергея!). В начале 20-х годов был направлен в МГУ комиссаром — для “революционной перестройки” работы университета. Словом, фигура видная, но не первого ряда. Далеко не Бухарин, не Котовский, не Чапаев… Память о нем, однако, сохранилась. И теперь вот Жириновский требует эту память стереть. И не только Жириновский. Министр культуры Владимир Мединский предложил властям Москвы задуматься о переименовании столичных улиц, носящих имена “террористов-революционеров”. Речь идет о Войкове, Халтурине, Желябове… По мнению министра культуры, именовать в их честь объекты — все равно что называть улицы именами террористов Хаттаба и Удугова. Все это напоминает анекдот времен горбачевской перестройки: “В связи с резким изменением политической обстановки в стране переименовать улицу Маркса и Энгельса в улицу марса и сникерса”. И ведь переименовали, правда, в малый Знаменский переулок, до сникерса все же не дошло…
Как бы смешно. На самом деле, нет ничего смешного в том, что таких чистых и благородных людей, как Халтурин и Желябов, сравнивают с мерзавцем Хаттабом. Эти вещи свидетельствуют лишь о внутренней неуверенности властей в собственной прочности. Причем не только российских властей. Мы ведь тоже все это проходили. Радостно был низвержен памятник Гукасу Гукасяну, на месте которого высится ныне изображение Виктора Амбарцумяна. То, что Амбарцумян достоин самого великолепного памятника — вне сомнений. Но, во-первых, скульптура топорная. А во-вторых — почему на месте Гукасяна? Это, если вдуматься, даже оскорбительно. Да и чем Гукасян провинился, в чем была вина Спандаряна, имя которого убрано из названия площади? Вряд ли потому, что их потомки разделяют подход Жириновского: коли в честь прадедушки названо, чего же не пошуметь! Не станем углубляться в дискуссию, и без того известно, что эти люди оказались в свое время правы — не установись в Армении советская власть, не сохранили бы мы и того огрызка своей территории, на котором ныне существуем. А если бы не расстреляли Гукасяна в мае 1920-го, если бы ушли по-хорошему тогдашние правители — и Карс, и Ардаган, и Игдыр (не говоря уже о Карабахе) были бы наши.
Перечислять все низвержения и переименования не приходится, они и так известны. Некоторые, кстати, понять можно. Например, переименовали ул. Фурманова. Это логично — не потому, что Фурманов был большевистским комиссаром, а потому что писатель он хреновый. Не за что лелеять память о нем. К счастью, устояли Шаумян и Мясникян. К счастью — потому что молодые поколения будут знать, что были в нашей истории такие крупные личности, политики далеко не узко-национального масштаба, которыми можно по праву гордиться.
Кстати, косвенно это подтверждается той ненавистью, которую до сих пор испытывают в отношении Шаумяна азербайджанские агитпропщики. Чего только о нем ни придумывают — и дашнак (!!!), мол, он был, и шпион немецкий, и “геноцид” устроил азербайджанским жителям Баку… И не расстреляли его вовсе англичане в закаспийской пустыне, а вывезли в Индию (непонятно, правда, зачем). Словом, невиданная чушь, а все оттого, что даже мертвый он страшен им. Шаумян погиб, потому что был предан. Хорошо, что мы его не предали вновь. И очень плохо, что под видом модной “борьбы с идеологией терроризма” великая страна готова предать своих выдающихся сынов и пусть не однозначные, но очень яркие страницы своей истории. Кстати, происходит все это на фоне того, что улица им.Ахмада Кадырова в Москве, заметим, есть. Того самого, который в первую чеченскую войну объявил России джихад, а потом переметнулся на сторону федералов. Большего оскорбления русскому народу придумать вряд ли возможно.