В ожидании мыса Горн

Архив 201004/12/2010

На целый год была прервана кругосветная экспедиция яхты “Армения”. Жизнь внесла в планы начальника экспедиции Зория Балаяна суровые изменения: умер один из членов экипажа — кок Самвел Саргсян. В течение его долгой болезни экипаж был рядом со своим другом. Все это время “Армения” находилась в Буэнос-Айресе под приглядом соотечественников.
На днях “Армения” вновь пустилась в путь. Предлагаем читателям “НВ” первый репортаж Зория БАЛАЯНА.
Путешествие — это всегда, кроме всего прочего, и план тоже. Хотя особенно в морском плавании трудно соблюдать его. Погода — в первую очередь штиль. Поломки. Даже очереди, как это было во время перехода от Атлантики в Тихий океан через Панамский канал. И у нас вроде было все по плану, который в нашем случае прямо-таки контрастно отличается от любого другого похода, перехода, экспедиции. Не раз отмечалось, что мы, как пленники, зависим от географии спюрка. Не можем позволить себе выбирать оптимальный, если не сказать традиционный маршрут. Речь идет об относительно кратчайшем пути, о том, чтобы обойти стороной естественные морские течения и пассатные ветры, которые, конечно, куда лучше, если бывают попутными.
Практика показала, что из-за специфики нашего маршрута приходится преодолевать двойной путь. Не случайно “Литературная газета” один из моих репортажей озаглавила довольно реалистично “Армянская кругосветка в два экватора”. Тогда расчеты показали, что где-то на восточном побережье Южной Америки мы зафиксируем первые сорок тысяч километров, то бишь первый экватор. Так оно и получилось. Где-то между Бразилией и Аргентиной. Если быть географически точнее — в Уругвае. И именно оттуда мы должны были не просто продолжить маршрут в рамках “второго экватора”, но и остановиться на некоторое время, чтобы подготовиться к встрече, как говорил великий “кругосветник” сэр Френсис Чичестер, с “Эверестом” на пути моряков — трагически знаменитым мысом Горн.
О мысе Горн потом. А пока о нашем настоящем горе. Именно в Бразилии случилась беда с экипажем “Армении”. Об этом, наверное, многие уже знают. О смертельной болезни нашего кока, нашего Самвела Саргсяна. Все произошло неожиданно, скоропостижно и скоротечно. На фоне, казалось, мощного здоровья. Предметом частых шуток на борту был всегда бешеный аппетит кока. Накануне старта все прошли медицинский осмотр. И если бы не сломанные четыре ребра во время сильного шторма сразу после пересечения линии экватора, мы могли бы не узнать о фатальном диагнозе. В ближайшем бразильском порту Форталеза провели эхоскопию. Рак. Метастазы чуть ли не во всех органах. Драму, конечно, могли спровоцировать и ускорить ультрафиолетовые лучи, особенно во время длительного пребывания в тропиках.
В одном из репортажей я рассказал о том, как отправили кока домой. И о том, что через несколько дней директор Онкологического центра член-корреспондент Национальной Академии наук профессор Айро Галстян сообщил мне о трагедии, которая нас ожидает.
Никто на борту “Армении” не сомневался, что я как начальник экспедиции незамедлительно приму решение всему экипажу вернуться домой, чтобы всем быть рядом с нашим другом.

Это был декабрь 2009 года. Вовсе не случайно, что именно к концу года, когда в Южном полушарии начинается лето, “Армения” по плану должна была попытаться обойти южную оконечность Южной Америки, Тот самый мыс Горн, о котором с трепетом говорят все моряки мира. Только “южным летом” можно обойти, обогнуть его. Хотя ураганы, морские течения, пассатные ветры, “ревущие сороковые” в одном и том же направлении бывают здесь круглый год. Мы знали, что, хотим того или нет, вернемся только через год. Вернемся к началу лета в Южном полушарии.
И почти год мы находились рядом с Самвелом, умирал он мучительно долго. Все происходило на наших глазах. Отметили пятого сентября шестидесятичетырехлетие у него дома. Только после смерти нашего друга мы объявили своеобразный конкурс и выявили замену ему. 21 ноября отметили сорокадневку. А на следующий день отравились в Буэнос-Айрес уже с новым коком — Саркисом Кузаняном, о котором подробнее расскажу потом. А пока в двух словах. Сако отслужил в армии, выпускник нашего Политехнического института. “Пережил” соответствующий тест на тренажере по проверке вестибулярного аппарата. Прошел в самые последние дни курсы кулинаров в войсковой части, где готовят поваров для нашей армии.
Справедливости ради надо признаться, что мы были совершенно спокойны за нашу “Армению”. Расставание длилось почти год, И тем не менее в душах наших сохранилось спокойствие от сознания того, что судьба “Армении” на чужбине находится в надежных руках. В руках Каро Арсланяна. Это тот самый Каро, который на своей собственной яхте прибыл из Буэнос-Айреса в Монтевидео, чтобы сопровождать “Армению” из Уругвая в столицу Аргентины. Весь путь мы прошли вместе на двух армянских судах под двумя армянскими флагами.
Целый год Каро и его друзья Артуро Карагезян, Киркор Синасироглу, Эдуардо Карамян регулярно навещали “Армению”, проветривали судно, заряжали аккумуляторы, запускали дизель-генератор, основной двигатель, следили за помпами, протирали пыль. Словом, Каро лелеял, как он это делал бы со своей “Патагонией”. Полюбил “Армению”. Не знал куда деть себя от счастья, когда узнал, что в Панаме готовятся к юбилейным торжествам в связи с миллионным по счету судном, прошедшим через канал со дня окончания его строительства. Узнал о том, что среди миллиона судов была крохотная яхта “Армения” с армянским флагом. Именно тут, по словам Каро, возникла идея пройти с нами до самой южной оконечности американского материка и, конечно, чтобы обогнуть мыс Горн. Думаю, если Каро и впрямь пожелает пройти с нами часть маршрута, то скажу не без радости, что он вдвойне заслужил наше согласие. Во-первых, уже породнился с экипажем тем, что прошел с нами часть пути. Во-вторых, на целый год вместе со своими друзьями взял под опеку судно. И, наконец, третий аргумент. Как мы знаем из прошлогоднего репортажа, Каро является блестящим яхтсменом, безмерно влюбленным в свой океан, свою “Патагонию”. Правда, я не очень верю, что Каро примет участие в маршруте. Признается, что едва выкроил время даже для организации свадьбы собственного сына. На “Патагонии” плавает урывками. Бизнес крадет слишком много времени. Словом, поживем — увидим. Пока он, опять же урывками, помогает нам в подготовке к старту второго этапа экспедиции имени Месропа Маштоца. А готовиться надо нам с особым чувством особой ответственности. “Армения” уже раз перебиралась из вод Атлантики в воды Тихого океана. Напомню, что она прошла по Панамскому каналу, превратившись в моторную лодку со спущенными парусами. Таково требование службы канала. Сейчас наш парусник ждет мыс Горн, об истории, географии, о нравах которого расскажем в ближайших репортажах.
Когда завершил эти заметки, так уж совпало, мощный многотонный кран медленно поднимал нашу “Армению”. Как-никак уже прошли на ней целый экватор и как-никак, да поможет Бог, должны пройти еще целый экватор. И мы должны тщательно осмотреть судно, проверить и готовиться к встрече не только с Горном.
Отсюда и чувство ответственности.