В нефти по самые помидоры

Архив 201121/07/2011


Независимая республика экспортирует за рубеж “черное золото”, овощи-фрукты и… азербайджанцев!
Корр. “Аргументов и Фактов” делится своими впечатлениями от поездки в Баку. Как живут азербайджанцы? — вопрос, который интересен и нам. Ведь, что бы ни было, речь о соседях, которые в большинстве своем не имеют ничего общего с умопомрачительными доходами от апшеронской нефти и создаваемой в стране роскоши для узкого круга “избранных”. Поэтому отправимся и мы вслед за корр. “АиФ” в “сосущий нефть” Азербайджан, поскольку иного способа узнать, что представляет собой страна сплошной и тотальной “алиефикации” (термин, употребляемый автором публикации) у нас по известным причинам нет.

Ольга Костенко-Попова
“Куда ты едешь? В Баку? — Знакомые московские армяне вздрагивают. — Ты оттуда не вернешься, там злые люди, забыла Нагорный Карабах?!” “Куда ты едешь? В Баку? — Знакомые московские азербайджанцы тоже вздрагивают, как бы передразнивая армян. — Ты оттуда не вернешься, стоит тебе прогуляться по набережной, пообщаться с местными парнями, купить миндаль на Тезе Базар и почувствовать вкус нефти. Кстати, не открывай рот, когда в Каспии купаться будешь, — нефтяная пленка несколько недель не смывается, вкус специфический!”
“Мне кажется, что в самолете Москва — Баку я одна неазербайджанка. Впрочем, не только мне. “Вот вы, наша единственная в салоне по внешности москвичка, знаете, почему в Баку осталось еще несколько миллионов азербайджанцев? Чтобы уладить формальности перед отъездом в Москву! Шучу! — смеется мне в ухо сосед по авиаряду дедушка Ильхам и продолжает: — А что все азербайджанцы жалеют, что в паспорта вклеены фотографии лиц, а не других частей тела, вы в курсе? Снова шучу!” Тезка президента Азербайджана навещал в Москве внучку, родившуюся “сильно после распада Союза”. Летать туда-сюда дорого, пенсия у бывшего врача 3000 рублей на наши деньги. “Это ничего, три года назад была 2 тысячи, экономика развивается, — веселится Ильхам. И добавляет: — Знаете шутку: икра в Азербайджане есть в каждом доме, если это дома… начальника рыбнадзора!”
Бакинский аэропорт имени Гейдара Алиева похож на хоромы барские. Пальмы, стразы, реклама мобильных телефонов, которые стоят как подержанный автомобиль. Ряд таксистов искрится гостеприимством и золотыми зубами, сразу вспоминается анекдот: “На случай засухи азербайджанцы изобрели искусственные гвоздики, на случай кариеса — золотые коронки”. Ослепленная роскошью, бормочу себе: “Соберись, спецкор “АиФ”, — и гордо просовываю в обменник “русско-американскую банкноту” — 100 долларов. Взамен получаю не тугую пачку местной валюты, как это обычно случается в бывших республиках, а… три тощие бумажки! “Вы мне что-то недодали!” — кричу в обменное окошко. “Вы нас что-то недооценили, — отвечают мне со смехом, — 100 азербайджанских манатов — это 127 долларов. А? Приготовьтесь удивляться!”

“Плюс “алиефикация”!
Из аэропорта имени Гейдара Алиева меня везут по проспекту имени Гейдара Алиева, мимо музея имени Гейдара Алиева, в объезд памятника Гейдару Алиеву, который стоит на площади рядом с дворцом Гейдара Алиева, по проспекту имени мамы Гейдара Алиева — устала уже перечислять. Но меня не так поражает “алиефикация всей страны”, как мегамасштабы мегабогатства и мегастроительства. Центральные улицы Баку напоминают модные проспекты Милана и Вены, только в масштабе 1:3. Чувствую себя мухой, залетевшей в сундучок с драгоценностями. Модные бутики сменяют футуристические здания всех возможных цветов, размеров и изгибов: чудо-гостиницы, эпатирующие музеи, шокирующие дома-небоскребы. Париж плачет, Дубай отдыхает, Церетели кусает локти…
“А вы думали, что после распада Союза азербайджанцы начнут золотые зубы на хлеб менять? — гордится экономист Рустам Акаев. — На долю современного Азербайджана приходится 75% экономики Южного Кавказа. Объём стратегических валютных резервов страны приближается к 40 млрд долларов. К 1 марта 2011 г. объем вкладов физических лиц в банках Азербайджана составил 3 млрд 142,9 млн манатов, превышая прошлый год на 29,7%! Манат круче и крепче доллара! Когда 20 лет назад Союз распался, это бедные республики без ресурсов пострадали. А нам-то что? Нефть, питающая СССР до начала разработок в Тюмени, стала полностью нашей. Плюс газ. А что ещё надо для счастья? Вы знаете, что на азербайджанской нефти братья Нобели состояние сделали? Что мы всегда жили хорошо: ели шашлыки, когда Союз цеплялся за продуктовые карточки? Причем никого не обкрадывали — просто умели вести бизнес. А про проект “Зира айленд” вы слышали? Мы превратим остров Наргин в уникальный центр туризма, на котором будет использоваться исключительно энергия, вырабатываемая солнцем и ветром!”
“У нас в Нафталане можно реально в нефти искупаться, — хвастается Наталия Ибрагимова, директор одной из турфирм. — Там добывают нефть без горючих свойств, зато с лечебным эффектом. Ее и сверху намазывают от псориаза или лишая, и внутрь на тампонах засовывают, и в нос — но это экстремалы. …А про икорные туры знаете? Утром, днем и вечером — черная икра, прямо как в “Белом солнце пустыни”!” Икра, “Тиффани”, “Блекберри” — все это в первый день в Баку ошеломляет и придавливает прямо-таки к нефтеносной земле. Выхожу на набережную — в глазах золотится. Волны Каспия с радужными нефтяными разводами — как символ благополучия республики. Мегамоллы и супермаркеты как свидетельство достатка. Белые джипы — удавись, ОАЭ! Минимум два мобильника в одних руках, а как иначе, ведь ухо у человека не одно? Рай? Идеал? Самая выигрышная ветвь развития среди 15 республик-сестер? “Дэвушк, вы откуда приехал?” — “Из Москвы!” — “Какой город в Москва живешь?” Идеальная бакукартинка дает трещину. Она увеличивается, когда вечером я выбираюсь за пределы столицы. На обочинах трассы начинают попадаться усталые тетеньки в стираных халатах, продающие лимоны и апельсины. По три штуки за манат — сколько умещается в почерневших, как икра или нефть, руках…

 Окна без света
“Да, у нас огромное количество вычурных новостроек, созданных по эскизам ведущих западных архитекторов, но пройдитесь вечером и загляните в окна: они не светятся! — объясняет мне Самир Керимов, независимый экономический эксперт. — Одни люди, которые богатые, вкладывают в строительство деньги, нажитые на тупой продаже нефти и газа (частные инвесторы у нас составляют 99%), а другие люди, которые бедные и их большинство, даже окно в таких домах купить не могут! Ну вот вам цифра: однокомнатная квартира в центре Баку стоит 80 тысяч долларов, пенсия моей мамы — 85 манатов (107 долларов), это при минимальном прожиточном уровне 150 манатов! Ничего принципиально нового после развала Союза у нас не запускается, страна “сосет” нефть и не развивает конкурентное производство. Цифры, которые говорят о растущих доходах населения или возрастающей занятости, — фикция. У нас народ трудоустроен на сезонных или временных работах: асфальтировании дорог или строительстве высоток. Растущий ВВП — да, впечатляет. Но он обусловлен увеличением экспорта углеводородного сырья, ставшего возможным благодаря запуску в 2005 г. нефтепровода Баку — Тбилиси — Джейхан. При этом у нас, в Богом благословенной по климатическим условиям стране, только 10% продуктов в магазинах и на рынках свои, остальное — привозное. Вы поразились чудовищному русскому языку, на котором с вами разговаривали на набережной? Так ведь 2 миллиона азербайджанцев выехали из страны за рубеж, многие — из Баку, а на их место приехали “парни из провинции”, еле-еле говорящие по-русски.

“Провинция России?”
“Тот, кто жалеет о распаде СССР, не имеет головы, кто не жалеет, не имеет сердца, — считает Зульфугар Фарзалиев, главный редактор газеты Управления мусульман Кавказа “Свет истины”. — Европа удачно переняла наш “недокрученный” советский опыт: единая валюта, единые таможенные границы, но при этом в каждой стране — свой президент, своя Конституция и пр. Что касается позитивных последствий распада СССР — Азербайджан теперь знают в мире не как “запчасть” Союза”.
“Я в свое время выступал за реформу Союза, который считал уникальным образованием, — говорит Зардушт Ализаде, азербайджанский политолог, основатель “Народного фронта”. — До сих пор уверен: если бы вместо Горбачёва его возглавил Гейдар Алиев, единственный на то время вождь ленинского типа, он бы не распался. Но к чему сейчас эти “если”? Азербайджан продолжает оставаться провинцией России. Вон Грузия и Украина попытались быть независимыми от “большого брата”, чем это закончилось? Мы привязаны к Москве Нагорным Карабахом, решение кровоточащей проблемы с которым — в русских руках”. При слове “Карабах” в Баку забывают сразу и обо всем: мировосприятие сжимается до маленького размера большого конфликта. Вместе с кулаками…
Сложно “склеить” представление о 20 годах независимой жизни страны за 3 дня. Легко описать личные впечатления без геополитического масштаба. Мне было в Баку и окрестностях комфортно, вкусно и спокойно. Все везде и всегда очень старались ответить мне по-русски, а если не могли объяснить дорогу, молча провожали до точки назначения — такое я встречала только в Японии. Симпатичные и умные люди — резерв нации — эмоционально рассказывали про азербайджанский джаз, ежепятничное плавание в бассейнах и незримое единение с Россией (россиянками?). О Москве отзывались с романтичным придыханием, незло матеря разве что наших “господ полицейских”. Так хочется, чтобы азербайджанцы не воевали. Ни с армянами, ни с коррупционерами, ни с московскими полицейскими”…
(Печатается с сокращениями)