В деле убийства Гранта Динка появился свидетель-армянин

Архив 201011/02/2010

Возобновившийся восьмого февраля судебный процесс по делу убийства редактора стамбульской армянской газеты “Агос” Гранта Динка вновь был отложен.

И вновь с совершенно невнятной мотивацией. На этот раз полицейские якобы забыли обеспечить присутствие на заседании нового свидетеля. Очевидец убийства (имя его не разглашается), который до недавних пор не давал о себе знать, сейчас уже готов давать показания. Сведения, которыми он располагает, могут оказаться весьма важными.

О новом свидетеле, способном пролить свет на обстоятельства убийства Динка, мало что известно. По национальности он армянин и, судя по всему, не является гражданином Турции. Газета “Миллиет” располагает сведениями о том, что он плохо владеет турецким и показания дает с помощью переводчика. Свидетель лично видел, как расстреляли редактора. Его показания не во всем стыкуются с тем, что до сих пор было известно следователям. Согласно версии, изложенной в обвинительном заключении, в Динка стрелял несовершеннолетний Огюн Самаст, а Ясин Хаял и Эрхан Тунджел лишь координировали его действия. Загадочный армянин, который, судя по всему, в момент убийства выходил из редакции газеты “Агос”, готов под присягой подтвердить, что стреляли двое — Самаст, по его словам, выстрелил в упор и после него пулю в затылок Динка выпустил Хаял. Еще одна важная деталь: очевидец видел в толпе, собравшейся вокруг трупа, брата Ясина Хаяла Османа. В правоохранительных органах, надо понимать, не все заинтересованы в том, чтобы объявившийся в деле новый свидетель-армянин рассказал об увиденном. Освещавшая ход судебного заседания газета “Аксам” обращает внимание на тот факт, что полиция “забыла” пригласить не только самого свидетеля, но и переводчика с армянского. Совершенно очевидно, что именно полиция препятствует продуктивности судебного процесса, под разными предлогами вынуждая судью откладывать заседания. Об этом свидетельствует и ответ руководства департамента полиции Трабзона на запрос, направленный судьей Эрканом Чанаком. Судья просил правоохранителей предоставить отчеты о номерах телефонов сотрудников полиции, которые были в контакте с тайным осведомителем Эрханом Тунджелом, считающимся главным организатором убийства Динка. Запрос этот удовлетворен не был. Мотивация весьма странная — доступ суда к подобной информации, мол, может угрожать национальной безопасности.
За три года суд созывал всего 12 заседаний. Перерывы длятся порой по полгода. Когда будет созвано следующее заседание — неизвестно. Но, несмотря на целенаправленные попытки провалить судебное расследование, общественное внимание по-прежнему приковано к процессу. На этот раз, как и прежде, перед зданием суда у пристани Бешикташ на акцию протеста собрались сотни представителей армянской общины, правозащитных организаций и левых партий. В демонстрации участвовали члены новосозданного движения, получившего название “Глубинная семья”. Оно объединяет родственников жертв политических убийств. Название движения позволяет догадаться, что организатором всех этих убийств родственники считают так называемое “глубинное государство” — теневую силу, вот уже 80 лет контролирующую реальную власть. “Государство-убийца будет нести ответственность” — гласил один из транспарантов. От имени “Глубинной семьи” на митинге выступила дочь турецкого поэта Сабхаттина Али, убитого в 1948 году за осторожные попытки поставить под сомнение допустимость обожествления Мустафы Кемаля Ататюрка. Вместе с ней солидарность родственникам Гранта Динка пришли высказать члены семей убитых журналистов Угура Мумджу, Четина Эмеча, Метина Гоктепе, Абди Ипекчи, прокурора Догана Оза, писателей Турана Дурсуна, Оната Култара, Мусы Антера. Все они — турки, курды, алевиты — вместе скандировали: “Мы — армяне, мы — Гранты Динки”. Этот лозунг поддержал находившийся на площади депутат турецкого меджлиса правозащитник Уфук Урас, а также лидеры курдской парламентской партии “Мир и демократия”. Вдова Динка Ракель на митинге не выступила, но дала интервью журналистам, которое комментируют по-разному. Ракель Динк заявила, что “не будет никакого спасения, пока не будет признания, покаяния и извинений”. В призыве “признать и покаяться” турецкие журналисты усмотрели намек на тему геноцида.
Члены семьи Гранта Динка не очень рассчитывают на справедливость суда. Чего можно ожидать от судей, если даже прокуроры не проявляют последовательности. Их участие в процессе давно уже стало почти формальным. Адвокат семьи Динка Эрдал Доган заявил, что “для того чтобы убить время, прокуроры во время заседаний играют в компьютерные игры и не задают обвиняемым вопросов”. Между тем прибывшие специально для участия в судебном процессе представители Палаты адвокатов Парижа заверяют в том, что до конца будут оказывать своим коллегам помощь в выявлении истинных заказчиков преступления. “Убийство Гранта является политическим. Мы требуем, чтобы суд полностью раскрыл преступление”, — заявил член делегации европейских юристов Винсент Ниорн. А присутствовавшая на суде представитель руководства международной организации “Журналисты без границ” Элиз Видал отметила, что “есть все основания говорить о причастности к преступлению некоторых высокопоставленных государственных чиновников”.

Продолжающееся параллельно с судебным процессом расследование ряда дел, прямо или косвенно связанных с убийством, тоже не дает поводов для оптимизма. Как известно, Контрольная комиссия при аппарате премьер-министра Турции поручила Министерству внутренних дел разобраться с 19-ю офицерами полиции, которые обвинялись в халатности, повлекшей за собой убийство Гранта Динка. (Они были осведомлены о готовящемся покушении, но ничего не предприняли для его предотвращения.) Так вот, отчитавшись перед людьми премьера, руководство МВД заявило, что никакой халатности не было и офицеры ни в чем не виновны. Нечто подобное происходит и в случае с начальником разведывательной службы полиции Рамазаном Акюреком, который был смещен с должности за невнимательность, проявленную в отношении рапортов, свидетельствующих о готовящемся убийстве армянского журналиста. Акюрек обжаловал решение о своем смещении, и все идет к тому, что суд восстановит его в прежней должности. Два месяца назад суд оправдал автора выложенного в интернете видеоклипа на песню, восхваляющую убийц Гранта Динка. А в ноябре 2008-го судьи оправдали двух офицеров полиции, которые прославились тем, что в тюрьме фотографировались на память в обнимку с убийцей Динка как с героем.
Сами убийцы в застенках чувствуют себя очень неплохо. За три года, проведенных в камере тюрьмы Кандыра, Огюн Самаст поправился аж на 30 килограммов. Второго февраля он женился. Супругой его стала Сельма Шахин, с которой он обручился шесть месяцев назад. На воле он с ней знаком не был. Девушка стала писать ему письма в тюрьму, так как была восхищена его “геройским поступком”. По сведениям турецких газет, организатором бракосочетания явился член некой националистической группировки Мелют Акдениз, который и выступил в роли посаженого отца. В роли свидетелей были тюремные надзиратели. На торжества по случаю вступления убийцы в законный брак в тюрьму Кандыра приехали родственники жениха. Не жалуется на скуку и Эрхан Тунджел. Не так давно он подал заявление для участия в конкурсе на получение работы в Государственной охранной службе. (Поскольку Тунджел еще не признан виновным, он имеет на это формальное право.) По сведениям турецкой газеты “Радикал”, его под охраной доставили на собеседование. Если результаты собеседования будут удачными и если Тунджел будет оправдан судом, он может стать надзирателем в той самой тюрьме, в которой сейчас сидит. Похоже, у подследственного, считающегося главным организатором преступления, есть достаточно оснований для оптимизма. Он не верит в то, что судья засадит его на 48 лет. Именно этого срока потребовало обвинительное заключение.

На фоне всех этих абсурдных событий совершенно безнравственной выглядит активность министра образования Турции Нимета Чубукчу, который заявил, что хотел бы назвать именем Гранта Динка одну из общеобразовательных школ Стамбула. “Было бы очень хорошо, если бы какая-нибудь школа носила имя Гранта. Я очень любил Гранта. Для меня его смерть очень большая потеря. Это также большая утрата для Турции”, — сказал министр. С трудом верится в то, что признавшийся Динку в любви член правительства искренен в своем намерении увековечить память армянского журналиста. Если бы у турецкого правительства действительно была бы в этом вопросе добрая воля, оно бы поддержало инициативу муниципального собрания стамбульского округа Шишли. Предложение касалось возможности назвать именем Гранта Динка улицу, на которой произошло убийство. Но городская мэрия не дала на это санкцию. Похоже, турецкие правители в действительности заинтересованы в том, чтобы имя Гранта Динка было бы вытравлено из памяти турок. И чем раньше, тем лучше.