В броне из черствости

Архив 200926/09/2009

Какая семья в Армении считается многодетной — ответа на этот вопрос мы так и не получили
В молодой ереванской растут четверо детей (На снимке. Родители категорически отказались фотографироваться). Старшей, Кнарик, — 10 лет, Мариам — 9, а близняшкам — Нареку и Эрику — по 8. Очаровательные ребятишки, ученики соответственно 6, 5 и 2 классов, они все учатся на “отлично”, держатся вежливо, приветливо. Только вот детство у них не столь радостное, как может кому-то показаться с первого взгляда. Нет, они не обделены родительской любовью, вниманием, лаской — и отец, и мать уделяют им все свое время, занимаются с ними, читают. Однако, не имея постоянной работы, они не в силах обеспечить им безбедное в смысле достатка детство.
Мать — физик по специальности, окончив Ереванский госуниверситет, какое-то время преподавала физику в школе, но с рождением близняшек вынуждена была оставить работу. Два жизнерадостных сорванца и две дочери-погодки требовали постоянного внимания и именно потому, что находились в центре любви и заботы, и выросли такими хорошими. Но одной любви, чтобы одеть и прокормить детей, мало. У отца нет постоянного заработка, нет и высшего образования, чтобы он мог претендовать на работу “белого воротничка” в государственных структурах или клерка в офисе. Он берется за любую черную работу, но худой, интеллигентного вида мужчина не особенно впечатляет работодателей — они ищут помассивнее, посильнее. Так что работает Вартан периодами, а того, что зарабатывает, хватает лишь на сведение концов с концами и то при условии весьма скудного семейного питания. Зачастую это пустой суп, плов из вермишели и хлеб. Кондиционного, как сейчас говорят, полноценного питания семья обеспечить детям не в силах..
Живут Мелконяны в общежитии, перебрались сюда еще до рождения близнецов, купив комнату у беженцев. Оставаться в однокомнатной квартире родителей, где живет еще и семья брата, было невозможно. Спать приходилось чуть ли не по очереди, поэтому все вместе и собрали смешную по нынешним понятиям сумму денег, которую просили за обшарпанное, в принципе, нежилое помещение. Вартан отремонтировал его собственноручно, но хоть в нем сегодня светло и чисто, бедность вопиет со всех углов. Деньги, которые Вартан заработал нынешним летом, ушли на экипировку детей для школы — одежда, обувь, учебники, тетради — удовольствие дорогое, даже если один ребенок в семье, а тут сразу четверо.
Люди они скромные, тихие, о том, как тяжело им живется, знают немногие, самые близкие. По государственным инстанциям Мелконяны не бегают, пороги социальных служб и благотворительных фондов не обивают. Обожглись как-то раз на социальных работниках Арабкирского тахапетарана и с тех пор справляются со своими лишениями сами. А обратились они туда по совету соседей, посчитавших, что четверо несовершеннолетних — это уже многодетная семья. Но в тахапетаране Карине с Вартаном высмеяли — поддержка, сказали они, оказывается лишь семьям с пятью детьми. Мы тоже решили в свою очередь выяснить, сколько должно быть в семье детей, чтобы ее признали многодетной. Однако получить ответ на этот, казалось бы, простой вопрос так и не сумели. Нас, как принято говорить в таких случаях, отфутболивали друг к другу: из отдела соцобеспечения — в Министерство по труду и социальным вопросам, из министерства — в “Парос”, а оттуда — обратно в министерство. Круг замкнулся, окружив непроницаемой завесой вроде бы совсем несложный вопрос.
Неоднократно рассказывая о нуждающихся семьях, мы систематически “лягаем” благотворительные фонды, компании, обязанные уже по своему названию помогать многодетным семьям. Реакции, как правило, никакой. Как показывает опыт общения, не только четверо, но и одиннадцать и даже семнадцать детей не в состоянии пробить бронированные черствостью сердца и души наших социальных служак. Но сегодня вопрос в другом — неужели государство так и не определилось с армянским статусом многодетной семьи, предоставив тем самым возможность каждому деятелю социальной сферы решать его по-своему?!
Мелконяны — коренные ереванцы, причем не в первом поколении. Люди бедные, не пробивные, но достойные. Они не борцы по натуре и отнюдь не стремятся требовать к себе особого отношения, привлекать внимание. Они просто любят свою семью, своих детей и надеются вырастить их тоже людьми достойными. Хочется верить, что им это удастся даже при полном пренебрежении государственных и благотворительных структур.
Нора КАНАНОВА