“Уровень жизни в Армении ниже, чем в той же Швеции, но это не мешает мне улыбаться”

Архив 201402/10/2014

Улф ХАРБОРГ — не совсем типичный репатриант, и его история не похожа на многие другие, повествующие о судьбах наших соотечественников. Он переехал в Ереван из Стокгольма в далеком 1972-м, зная об этой стране очень мало. Так получилось: приехал на несколько дней и остался. Рассказывая о себе в repatarmenia.org, Улф мысленно возвращается в самое начало — в детство. Видимо, так он хочет показать путь, который прошел, попытаться связать прошлое с настоящим.

 

“Я живу в Армении давно, и тут меня знают как доброго, оптимистичного и позитивного человека. Я не богатый европеец, живу как многие из вас, но у меня большое сердце, которое любит Армению. Я пенсионер и, думаю, мое самое большое вложение в эту страну — мой оптимизм. Я знаю об истории этой страны больше, чем многие армяне. Меня расстраивают неудачи Армении, радуют ее успехи. Я мог бы жить в Швеции или в какой-нибудь другой стране, но я тут, в Ереване, и не хочу никуда уезжать”, — говорит он. Улф Харборг родился в небольшой деревне на юге Швеции с населением 700 человек. Улф говорит, что чем-то она напоминает армянскую: все друг друга знали, дружили домами, двери которых никогда не закрывались… Потом он переехал в Мальмо, где ходил в школу. Отслужил в армии, устроился инструктором по полетам в Университет Стокгольма, потом перебрался работать в аэропорт Стокгольма. Ему всегда нравилось преподавать, потому, когда он вновь получил предложение, с радостью согласился. Компания Swedavia в то время проводила тренинги для диспетчеров на Кавказе, но Улф тогда мало что знал о странах СССР. Надо было выбрать между Грузией, Азербайджаном и Арменией. “О Грузии я знал только то, что там родился Сталин, об Азербайджане и того меньше — нефть, нефть, нефть… А вот об Армении вычитал, что это первая страна, принявшая христианство в качестве государственной религии. Узнал, что когда-то она простиралась от Черного моря до Каспийского, вспомнил про балет Арама Хачатуряна “Спартак”… Словом, выбрал Армению”, — рассказывает Улф.

Будучи иностранцем, Улф чувствует себя в некотором смысле привилегированным, хотя тогда, в новой, так отличающейся от Швеции стране, ему очень нужна была помощь. Сегодня он весьма недурно изъясняется на армянском и вообще ведет себя не как иностранец. “Я приехал сюда учить, и на первом же уроке нас попросили подождать переводчицу, — продолжает повествование Улф. — Тогда я понял, что опаздывать на Кавказе — обычная практика. А еще, когда пришла переводчица, я понял, что ожидание было не напрасным. Мы поговорили, она сказала, что у нее двое детей и я подумал “о, черт!”

Но когда она сказала, что вдова, я почувствовал огромное облегчение. Мои коллеги говорили, что я не мог сконцентрироваться на занятиях — все внимание было обращено на нее. Изначально я приезжал всего на пять дней, но я все еще здесь — наслаждаюсь жизнью и мне нравится то, что я чувствую в Армении… Должен признать, армянские женщины не похожи на шведок: чтобы добиться ее сердца, пришлось приложить усилия. К счастью, мне это удалось. Я вернулся в Швецию, но потом опять приехал в Армению, потом еще и еще. Так не могло больше продолжаться и мы поженились в церкви Святого Ованнеса. Оба были немолоды, но свадьбу решили сыграть по всем канонам. Получилось весело. После женитьбы Улфу прдложили работу в Грузии, затем были позиции в Англии и в Омане, но всякий раз он возвращался в Армению, а потом и вовсе устроился в аэропорт “Звартноц”, где проработал несколько лет.

Многие удивляются тому, что Улф решил поселиться в Армении и сам он признает, что Швеция прекрасная страна, в которой люди живут богато и спокойно. “Но мне этого недостаточно. Я не типичный швед, — признается он. — Они холодные, практичные, серьезные, у них свои неписаные правила и они никогда не смеются громко, не используют в разговоре жесты. Мне легче в Армении. Даже в самые тяжелые времена армяне продолжают жить. Шведы так не смогли бы. У них есть все, что можно только пожелать, но они запирают двери в десять вечера и идут спать. Даже в новогоднюю ночь никто не имеет права потревожить шведа — тебе не позвонят в час ночи, чтобы поздравить с наступившим. А я люблю своих соседей, друзей, я принял все традиции — хорошие и не очень… Бывает, пересекаюсь с представителями армянской диаспоры, которые жалуются на все, говорю им: “Я швед и смог жить тут, а вы армяне, но живете где-то еще. Не жалуйтесь на свою страну, улучшайте ее… Не скучаю по Швеции, наверное, во многом потому, что моя жена живет здесь. Услышал не то по BBC, не то CNN, что Швеция самая счастливая страна. Думаете, там танцуют и поют весь день? Конечно, нет. Счастье для меня никогда не было чем-то материальным. Для меня это, когда ребенок в коляске улыбается и говорит привет. Счастье, когда моя жена улыбается, а я сижу на скамейке у площади Республики и тоже улыбаюсь прохожим. И хотя уровень жизни в Армении ниже, чем в той же Швеции — это не мешает мне улыбаться, и я все еще счастлив тут”.