“У нас все всамделишное, настоящее…”

Архив 201029/06/2010

В минувшие выходные практически все жители небольшой карабахской деревни Бадара собрались в доме отца 11 детей, 53-летнего Ачо Симоняна. Хозяин дома заколол двух баранов, выставил на длинном столе во дворе целую батарею тутовки. Повод для пиршества имелся: через три года пребывания на чужбине бадариец вернулся в родные пенаты.
Ачо оказался в Бостоне по настоянию двоюродного брата Аркаши. Тот постоянно твердил по телефону — приезжай, устрою на работу, будут деньги. Ачо поддался искушению. Аркаша, как и обещал, устроил его на работу в пекарню. Благо еще в детстве Ачо научился месить тесто, готовить чурек и лаваш. В доме у брата жил на полном пансионе, а ежемесячный заработок — две с половиной тысячи баксов — почти полностью складывал в аккуратную стопочку. Казалось, все складывается как нельзя лучше. Но примерно месяц назад приснился Ачо кошмарный сон — будто его дети, все одиннадцать, собравшись в круг, грозят пальцем. Наутро, проснувшись, Ачо принялся паковать чемоданы. На уговоры братца повременить упрямый карабахци отвечал: домой пора. На мой провокационный вопрос, чем не угодил Бостон, Ачо отвечает: “Что я там потерял? Почти три года дети росли без меня, жена с ними сбилась с ног, — говорит Ачо и добавляет: — Старший сын Карен, воспользовавшись моим отсутствием, подался в Россию, говорит, не вернусь, не ждите. Так он пока молод, ветер в поле. А я шестой десяток разменял, не к лицу скитаться в чужих краях. Не для того я воевал, защищал родину, был ранен, чтобы прохлаждаться в бостонах. И потом, — хитро щурит он глаз, — такого чистого воздуха, как у нас, нет нигде в мире. Нет такой чистой ключевой воды, такого ядреного лука и тутовки. У нас все всамделишное, настоящее. А там даже улыбка — подделка, липа…”