“У меня на сцене — абсолютная демократия!”

Архив 201025/02/2010

В отечественном театральном мире появилось новое режиссерское имя — Лусине ЕРНДЖАКЯН. Она удостоена ежегодной театральной премии “Артавазд” в номинации “Лучший молодой постановщик” за спектакль “Требуется мужчина”. Ее работа вызывает живой интерес и аншлаги в Камерном театре.

— Ну и как же дышится молодым театральным людям?
— Мне кажется, неплохо. Начну с того, что несколько лет назад молодых театральных режиссеров не было. Сегодня же для них созданы определенные условия. Очень важно, что нас допустили к участию в конкурсах и фестивалях, добавили специальные номинации для начинающих постановщиков.
Но, думаю, не это самое главное. Главное, что нам дали творческую свободу. Кто-то ставит новую драму, кто-то — мюзикл, кто-то занимается пластическим театром, кто-то — классическим… Не все, правда, гладко, но, повторяю, есть движение — разностороннее и многоплановое. Будем надеяться, что количество перерастет в качество.
— Сегодня много говорят о конфликте репертуарного театра и антрепризного. Какова твоя позиция?
— Если честно, мне не совсем понятна суть этой “разборки”, равно как и причин, ее породивших. Подобный конфликт я считаю более чем абсурдным, особенно когда он происходит между людьми, представляющими одну сторону, а на деле отстаивающими абсолютно иные позиции.
Сегодня, думаю, не столь важно говорить о форме, сколько о содержании театрального продукта. Другое дело, что для самих актеров более благотворна среда репертуарного театра, так как именно тут он может находиться в постоянном тренинге.
— Поговорим о тебе. Камерный театр за годы существования реконструировался не раз. Теперь вот лепту внесла и ты, возведя на сцене “четвертую стену”, то есть твои спектакли проходят без конкретного контакта со зрителем.
— Что касается первого спектакля, то это было сделано с желанием представить нечто отличное от того, что делалось на этой сцене до меня. Если честно, я попросту не хотела, чтобы, просмотрев очередной спектакль, зритель решил, что пьесу поставил мой папа, а мое участие носит лишь символический характер. Потому я решила радикально поменять как подход к постановке, так и саму стилистику спектакля. Была выбрана пьеса канадки Кароль Фрешетт “Жан и Беатрис”, и через некоторое время родился спектакль “Требуется мужчина”, в котором сыграли Аршалуйс Арутюнян и Луиза Нерсисян. Вторую постановку я сделала, вдохновившись спектаклем, сделанным в России. Правда, там он шел под оригинальным названием “Эти свободные бабочки”, мой же спектакль называется “Какая разница с кем?”
…Относительно же “реконструкции” могу сказать, что какой-либо судьбоносной принципиальности нет. Другое дело, что зритель получил возможность смотреть разноплановые спектакли. И я очень рада, что смогла пополнить репертуар новыми гранями и новыми интонациями. Сейчас я занята постановкой небезызвестного спектакля “Господа, все рушится, но еще можно жить и веселиться!..”
— Его посмотрели, наверное, все армянские театралы. А что предполагает новая интерпретация?
— Ну, во-первых, в этом спектакле, естественно “стенка” убирается. Во-вторых, мне удалось убедить автора пьесы Ара Ернджакяна перевести эту пьесу, пестрящую идиоматическими оборотами, на армянский язык. Ну а в-третьих, в спектакле будут заняты не трое исполнителей, как раньше, а четверо: Рафаэл Ераносян, Андраник Арутюнян, Асмик Ераносян и Нона Григорян.
В своей постановке я постаралась по возможности отключиться от того, что было сделано до меня, и попытаться прочитать этот спектакль в новой манере, в свете новых явлений, как в театре, так и в нашей повседневной жизни.
— Вернемся к твоим предыдущим постановкам. Сложно работать с такими актерами, как Аршалуйс и Луиза?
— Начну с того, что между нами нет взаимоотношений типа “диктатор — подчиненные”. У меня на сцене, если хотите, царит абсолютная демократия. Каждый волен предлагать что-то свое, с той лишь оговоркой, что это должно быть оправданно и интересно.
В то же время нельзя сказать, что у нас все ровно и гладко. Однако как в поиске, так и в полемике все очень взвешенно и гармонично.
— Камерный театр имеет устоявшийся “костяк”. Но вот ты неожиданно решила пригласить со стороны Лилит Элбакян и Арсена Григоряна. Тебя не устроил актерский потенциал родного театра?
— Дело не в этом. Просто в каждой драматургической задаче есть типажи, что само собой предполагает наличие характерных исполнителей. Там требовалась эдакая маленькая и озорная девчушка-тинейджер, и Лилит Элбакян отлично с этой ролью справилась. То же самое произошло с Арсеном — он очень скоро стал органичной частью спектакля.
— В театре появилась вторая сцена, которая раньше использовалось для репетиций. Сегодня кроме спектаклей там проводят встречи арт-клуба культурного центра “Еркат”…
— Арт-клуб задумывался совместно с Министерством культуры как некий аналог известных с незапамятных времен встреч в Доме актера. В нашем случае это несколько модернизированный вариант посиделок а-ля “Театр+TV”. В Арт-клубе проводятся профессиональные тематические вечера — обсуждаются актуальные вопросы театра, поэзии, драматургии, хореографии, изобразительного искусства… Очередная встреча будет посвящена бардовской песне и вообще этому явлению в Армении. Встречи снимаются и транслируются по телевидению.
— Что может заставить тебя оставить театр?
— Не дождетесь! Как говорится, “эту песню не задушишь, не убьешь”! Ну а если серьезно, театр это не просто моя жизнь — это мой дом. Я не могу себе позволить, как другие режиссеры, не ходить в театр месяцами в перерыве между спектаклем и репетициями. Я постоянно должна быть в театре, должна быть все время в каком-то творческом процессе… Мои мысли постоянно на сцене — следовательно, и меня все время туда тянет. Я думаю, это нормально. Разве не так?..