Творческая траектория Ахтанака Шаумяна

Архив 201402/10/2014

В последний день сентября в Доме художника открылась выставка замечательного мастера Ахтанака Шаумяна. Не простая — юбилейная, не так давно ему исполнилось 70… Вернисаж почтил вниманием спикер НС Овик Абрамян.

В искусстве Ахтанак со школьных лет — посещал кружок рисования. Он вылепил скульптуру, посвященную героическому Конго, боровшегося с колонизаторами. Вещицу послали на конкурс в Америку. Первый зарубежный “блин” не оказался комом и он получил приз — роскошный художественный альбом. Сегодня у Ахтанака много зарубежных выставок, в том числе в Штатах, Франции, Австралии, Норвегии — великолепный список.
“В самом начале хотел стать архитектором. В доме у нас были две трофейные книги об архитектуре и скульптуре. Я очень любил их рассматривать. Хотел строить города, копировал и лепил скульптуры. Потом записался в кружок Дома пионеров. Повадился ходить к Ара Саркисяну…” — с удовольствием вспоминает Ахтанак. Потом все рассыпалось как стеклышки в калейдоскопе.
Живописцем Ахтанак стал, по его словам, случайно. (Но случайно ли?) Подавал на скульптуру, но — надо же — в тот год приема не было, всех перекинули на монументальную живопись. Через год прием был, но обратно он не вернулся. Поворот в судьбе. Став живописцем, Ахтанак время от времени все вспоминает первую “музу” и весьма успешно. Несколько интереснейших скульптур он включил в эту экспозицию. Каждая из них — овеществленный парадокс, обретший реальную форму, как правило, остро актуального звучания. Например, “Армянский вопрос”: три яйца цвета нашего триколора, заключенные в ажурный шар, сотканный из гвоздей. Или орех под солдатским каблуком. Что это? — вопрос открытый. “Любое произведение искусства дает пищу для ума”, — говорит он.
Ахтанак Шаумян представил весь срез своего зрелого творчества, во всем его разнообразии. От лирических ню и натюрмортов до последних весьма публицистических вещей. И хотя заметно в пространстве выставки, как менялось его искусство во времени. Его искусство цельно — это все Ахтанак. В каждой работе ощущаются его чувства, его нерв, его бунтарская натура. А ведь часто персональная выставка даже очень успешного художника смотрится как выставка групповая — настолько отличаются “этапы большого пути” не только по форме и содержанию, но, главное, по духу. Ахтанак — “твердый орешек”, человек с твердым характером, с крепким стержнем. “Я не делю себя на этапы и не люблю монотонной жизни”, — говорит художник. Это и так видно. Каждая работа — живопись или графика — кипит энергичными страстями. Подчас клокочет, как свежая лава, только что извергнутая вулканом. (Кстати, одна из его картин называется “Харнаран”, то есть “Жерло”.) Если не каждая, то многие. В любом случае Ахтанак себя ни в чем не сдерживает — ни в цвете, ни в форме. Даты, коими отмечены работы, интересны разве что критикам да искусствоведам. Потому что он свободно может сегодня вернуться к тому, что делал вчера. Он может сегодня нарисовать полевые цветы так, как двадцать лет назад. Почти так. И при этом сделать актуальный триптих к столетию геноцида. Поэтому натюрморт с рыбой 72 года смотрится, как будто закончен только что. Ахтанак каждую свою работу эмоционально насыщает сверх меры. И так как он не любит монотонной жизни, соответственно, и работы его начисто лишены благостности спокойствия, хотя практически все созданы под звуки музыки, прежде всего классической. Удивительно, вроде бы его работы, не считая портретов, вне конкретного времени и часто конкретного пространства, но при этом они совершенно своевременны и современны. И привязаны к армянской земле.
…Как-то каталог Ахтанака попал в руки матерого каталонского искусствоведа Джозепа Кадены, дружившего с Миро, Пикассо и другими художниками, и писал о них. Армянский художник пришелся ему по вкусу. Он-то и посоветовал пригласить Ахтанака в Барселону. Так, весной 2005 года Ахтанак Шаумян с большой персональной выставкой предстал пред очи художественной публики Барселоны. Успех выставки Ахтанака был так ошеломляющ, что ее продлили вдвое — на целый месяц. И вот что написал “великий и ужасный” синьор Кадена о работах Ахтанака: “Тающие фигуры, обретающие объем, чувственность и чистота женской натуры, ощущение внутреннего равновесия, когда все вовне крушится, цвет, говорящий об органике, но воскрешающий метаморфозы духа, стянутого корсетом материи… Свобода творения и воля к созданию из неустойчивых элементов — вот то, что, на мой взгляд, можно увидеть в работах Ахтанака Шаумяна, художника нового для нас, но с серьезной творческой траекторией за плечами”. Что к этому можно добавить… Интересно, а что бы написал Кадена, увидев эту выставку? Очевидно, отметил бы новую творческую траекторию, более высокую.
Работы Ахтанака Шаумяна можно показывать в любой цивилизованной и продвинутой стране. На любом уровне, желательно на государственном. “Мы можем явить себя миру только через наше искусство и культуру, быть миру интересными”, — убежден Ахтанак. Искусство самого Ахтанака интересно, красиво, современно. Выставка доказала это.