Трое армян, не считая Дали

Архив 201316/07/2013

Первое и, пожалуй, главное отличие каталонцев от карабахцев состоит в том, что, собираясь отделиться от Испании, каталонцам хорошо и c ней, в то время как в нашем случае все было иначе. Но мы сейчас не о нас, мы преимущественно о них, правда, с неизбежными попытками все сравнивать, а что и где лучше, пусть решает читатель.

Имея под собой тридцать две тысячи квадратных километров и более семи миллионов свободолюбивых граждан на них, Каталония могла бы быть и попокладистей. Из того, что Карабах отвоевал кровью, она многое получила бескровно: статус, в котором слово “автономная” — ключевое, свой флаг, свой герб, свой каталанский язык и свое каталонское правительство. Живи — не хочу! А ведь, и впрямь, не хотят!
Первая попытка отколоться Испанского Королевства была предпринята еще в 1871 году, но переговоры на больную тему оказались безуспешными. В тридцатых годах прошлого столетия все пошло по новому кругу, но с тем же конечным результатом, однако промежуточные результаты все-таки были. В виде официального признания каталанского языка государственным, расширения финансовой самостоятельности, образования своего правительства, однако проведенный несколько лет тому назад опрос-референдум показал — более девяносто процентов каталонцев по-прежнему жаждут самостоятельности, им всего этого мало.
Способны ли каталонцы в случае ожидаемого успеха жить самостоятельно? (Вот тут сравнения с Карабахом, образующим с Республикой Армения по существу одно целое, не кажутся уместными.) Впрочем, судите сами. Составляя всего около шестнадцати процентов всего населения Испании, Каталония производит двадцать три процента ее валового национального продукта и равна по этому показателю ВВП Финляндии и Дании. Ударные направления экономики — текстиль, автомобили, сельское хозяйство, но еще больше и лучше здесь производят услуги, привлекая в Каталонию огромное количество отдыхающего люда.
В этом году только русскоязычных туристов здесь собираются принять до миллиона человек, и если, оставив Барселону в стороне, пройтись по улочкам неповторимого Плаче де Аро, то все сомнения по поводу приведенной выше цифры мгновенно улетучатся. И это как раз тот случай, когда клич “Русские идут!” не вызывает замешательства, а только приятные ожидания.
Почему идут? Ну, во-первых, потому, что если “Над всей Испанией безоблачное небо”, то над Каталонией оно безоблачное вдвойне. Как известно, наша жизнь зависит от расположенного в ста пятидесяти миллионах километров от Земли “ядерного реактора”, который дает нашей планете свет и тепло, и если температура на поверхности Солнца составляет пять тысяч пятьсот градусов, то здесь, в этом безукоризненно точно избранном Богом месте, она одаривает народ ровно той мерой тепла, которое позволяет считать Каталонию благословенным краем, что опять же подталкивает к сравнениям с Карабахом.
Плаче де Аро. Главная улица. Предрассветное утро. Автор бодрым шагом рассекает пространство, которое трудно назвать безжизненным: по улочкам, отгуляв, отплясав и откричав до полного упаду, растекаются стайки молодых каталонцев. Перед кафе-баром с самобытным названием “Иван” нарисовалась парочка. Находятся по отношению друг к другу в позиции, которую обычно называют “боксерской стойкой”, однако раньше чем видно, парочку стало слышно. Парень, стройный и красивый (их здесь в изобилии), убежденно твердит “Си!”. Девушка (по стати и отчасти по красоте уступает юноше) так же уверенно говорит “Но!”. О чем речь, не понять не только из-за незнания каталанского, но и отсутствия предмета разговора вообще. Можно только предполагать. (Возможно, это именно то, о чем вы сейчас подумали.)
Завершив половину маршрута, автор поворачивает обратно и на том же месте в той же диспозиции видит ту же парочку.
— Си! — продолжает стоять на своем каталонец.
— Но! — с той же убежденностью не соглашается каталонка.
Упрямство, как мы знаем, свойственное не только каталонцам.
Диалог, если помним, происходил у кафе “Иван”, но это не единственное свидетельство того, что русскоязычных здесь привечают (“Русский магазин”, “Говорим по-русски”, “Сдается в аренду”, “Продается”, русское меню в ресторанах). Ждут, конечно, и англоязычных, но чего-нибудь на языке Шекспира почему-то не пишут и не называют. Почему, автор не знает, и тоже может только догадываться.

Насчет армян. Понятно, что встретить их можно везде, и в Каталонии тоже. Состоятельные товарищи имеют собственную недвижимость либо снимают ее на постоянной основе. Другие приезжают на сезон, который здесь как в песенке “я так хочу, чтобы лето не кончалось…”. Не кончается!
Нескольких соотечественников автор встретил в Фигейросе, в музее Сальвадора Дали, художника, признаваемого в Испании великим, в чем, судя по репликам тех самых соотечественников, они сильно сомневаются. Что ж, сколько людей, столько мнений. А людей в музее тьма, но мнение двух увиденных и услышанных армян удивительно точно согласуется с мнением самого Дали. “Я богат, потому что мир полон кретинов” — заметил однажды живописец. Не забыть отметить, что автор отчасти с этим согласен, и таким образом армян с особым мнением по данному вопросу становится уже трое. Не считая самого Сальвадора Дали.
Хотя, почему “не считая? Те же, уже известные читателю земляки, высказываясь о творческих поисках художника, предположили, что Дали вытекает из армянской фамилии Далян. И это резко меняет дело.
Плаче де Аро
(Испания)