Тифлисская сага Вагаршака Элибекяна

Архив 201007/10/2010

В Национальной галерее показывают интереснейшую выставку — картины Вагаршака Элибекяна, чье столетие исполнилось недавно. Он был необыкновенный человек и выставка под стать ему.
Вагаршак Элибекян — коренной тифлисец, по крайней мере и отец его, и дед были обитателями этого города. Отец Арутюн был весьма уважаем. Не рядовой человек: старейшина амкарства слесарей. А слесари тогда были сильно востребованы. Нарасхват. В экспозицию включены любопытнейшие семейные фотографии, на одной из них, групповой, Арутин красуется среди прочих амкаров.
Вагаршак изначально увлекся рисованием настолько, что три года посещал студию при Айарттуне. Гиго Шарбабчян стал его первым и единственным учителем. Но скоро жизнь выкинула номер: Вагаршаку представился случай стать директором Армянского ТЮЗа и он, конечно, согласился. Живопись осталась в стороне. Правда, иногда оформлял спектакли, но это было не то, не то. А еще он оформлял городские праздники — нестандартно и потому театрально. Дух театра вселился в него однажды и навсегда. (Позже он передал его своим замечательным сыновьям — Генриху и Роберту.)
А потом случилось то, что случилось. Не могло не случиться. Как говорится, в один прекрасный день он взял в руки кисти, кусок холста и… И пошло-поехало. Жизнь обрела новый смысл. Тогда Вагаршаку Элибекяну было уже хорошо за 60, с директорством в театре он уже расстался. Он был свободен и независим. Наедине со своими воспоминаниями о Тифлисе времен юности. Он не особенно мытарился в поисках стиля и языка. Все вышло как по мановению волшебной палочки. Все некогда виденное становилось зримой явью. Он рисовал вдохновенно, по крупицам восстанавливая, воскрешая образы того, ушедшего в небытие Тифлиса. Но кисть Вагаршака Элибекяна вырисовывала вовсе не фотографические картинки, а нечто на тему старого Тифлиса. Более яркого, красочного, необыкновенного. В его небольших полотнах разворачивались целые спектакли. На фоне зданий, церквей, бань, мастерских и прочего городского антуража веселились мастеровые, торговцы, рыбаки, кинто, духанщики, знатные господа с дамами, дети — вся городская публика плюс всякая живность.
Вначале, пока руки и глаза не обрели виртуозную сноровку, он рисовал крошечные сцены с одиночными или несколькими персонажами, но очень скоро его Тифлис стал более многолюдным, люди подчас толпились в городском пространстве: занимались множеством дел, пировали или фланировали, любили и страдали. Мизансценам, поставленным насквозь театральным человеком, Вагаршаком Элибекяном, нет счета. Любая картина мастерски скомпонована и потому убедительна. Убедительности добавляют реальные дома, улицы, приметы городского пейзажа и особенно вывески. Тут он и не знал удержу. Можно только представить, как он усмехался в усы, выводя “Имеица свежи умы”, “Духан. Не уезжай, голубчик мой”, “Духан бедни Сандро”, “Шио. Чусти шио” — они прямо источают ароматы минувших дней. А как замечательно смотрится вывеска “Слесарная мастерская Арутина Элибекянца”!

Впервые свои работы он показал широкой публике в 1976 году. Успех был ошеломляющим. Люди увидели город и людей, растаявших во времени и оживленных художником. Успех вдохновил. Через несколько лет он перебрался в Ереван, зажил в иной среде, но увлечения, ставшего физической потребностью, не оставил. Он работал с новой энергией. Тифлис Элибекяна стал едва ли не хрестоматийным… Он воссоздавал даже то, что никогда не видел, но чувствовал сердцем: Саят-Нову. Целый цикл о великом поэте, любимце Тифлиса. Коллизии из жизни ашуга. В 87-м известный поэт-песенник Евгений Матусовский увидел работы Вагаршака Элибекяна, написал стихи, удивительно точно передающие мелодию искусства художника. “Как шумны его базары, как пестры ряды южан, нас зовет в свой город старый Вагаршак Элибекян”. Стихи появились в “Литературке”, а вскоре Александр Арутюнян написал “Песню о Вагаршаке Элибекяне”.
Бесхитростные и искренние картины Вагаршака нравятся, пожалуй, всем. Их можно рассматривать долго, выискивая мельчайшие характерные детали Тифлиса, прежде всего армянского. Это места, знакомые не только тамошним соотечественникам, но и тем, кто бывал в этом городе. Воспоминания и ушедшие грезы материализовались в картинах Вагаршака Элибекяна, которых он написал по приблизительным подсчетам более полтысячи. Многие разошлись по домам, частным и музейным коллекциям, унося с собой свет доброй и светлой души автора. В сентябре 1976 года, незадолго до эмиграции, в Ереване устроил свою выставку культовый художник Олег Целков — умнейший человек. Потом он поехал в соседнюю столицу и побывал у Вагаршака. Так появились его слова: “Я бы никогда не поверил, если бы не видел своими глазами, что в одном из уголков земли сохранилась преемственность”. Преемственность амкара, преемственность духовной традиции, преемственность настоящего художника.
Он создал осязаемый миф о Тифлисе и оживил его своей кистью. И сердцем.
Карен ТЕРЛЕМЕЗЯН