Такси “Тамушка”, ООО “Дуче”, ресторан “Будда” и др.

Архив 201307/12/2013

Разнообразие форм при отсутствии содержания изумляет, но не радует.

Под формой автор подразумевает слова и словосочетания, под содержанием, соответственно, мысль. Первое без второго очевидная глупость, когда же слово не устное, а письменное, то глупость получается в квадрате. Ничего хорошего в этом, конечно, нет. Лучше, если б такая белиберда без спросу не вякала, таилась где-нибудь в укромном месте, а не лезла в глаза беззастенчиво и с вызовом.

Однако…

В Ереване это проявляется особенно отчетливо, потому как чушь переместилась на колеса и если ты ее в дверь, то она тут же в окно. Короче, внимательно читайте все то, что пишут на дверцах, капотах и багажнике колесящих по Еревану такси.

Вслед за серьезными потерями в сфере архитектурно-градостроительной, налицо утрата разумного и в области топонимики. Это когда имена кому-то или чему-то даются не по велению традиций, логике вещей или хотя бы элементарному смыслу, а с балды. ООО “Дуче”, такси “Мендельсон”, “Тамушка” и “Дубровка”, кафе “Шаурма у Маштоца” да и ресторан “Будда” в первозданно христианской стране — тоже не поймешь, с какого боку взялся.

Понятно, когда вся эта чушь мельтешит перед глазами днем и ночью, свежесть восприятия притупляется, глаз намыливается и даже табличка с энергичным призывом “Не свинячить!” уже не вызывает внутреннего протеста, потому как если шаурма мирно уживется с самим Маштоцем, то дальше некуда, дальше, стало быть, приехали. Да, у нас свобода слов и словообразований, но следует ли из этого, что имя Бенито Амилькаре Андреа Муссолини, диктатора, повешенного итальянцами за ноги, уместно на вывеске одного из ереванских офисов? Зачем, почему, с какого, позвольте спросить, бодуна?

Помнится, начиная революционные преобразования, в стране была образована специальная комиссия по переименованию потертых коммунистических символов и понятий в звонкие и содержательные имена. Работу провели в ударном темпе, после чего что-то обернулось площадью Сахарова, что-то проспектом Маштоца, а что-то улицей Корюна и рядом других топонимических новинок, с которыми ереванцы согласились и приняли всей душой. А дальше комиссия то ли распалась, то ли ушла в неоплачиваемый отпуск, после чего началась вакханалия бессмыслия, глупости и абсурда. На сезон, надолго, навсегда?..

Другое. Всю свою более или менее сознательную жизнь автор с глубоким и искренним почтением относился к высеченным, отлитым либо исполненным другим художественным способом знакам памяти о своих именитых согражданах. Чтоб установить их на фасаде зданий, где жили и творили эти замечательные люди, требовалось специальное разрешение властей, а если судить по числу памятных досок того времени, то выдавалось оно очень трудно, крайне редко, но всегда метко. Теперь же, проходя по улицам Еревана, особенно в центральной ее части, невольно ловишь себя на мысли, что еще немного, еще чуть-чуть — и грань между городом и грандиозным мемориальным комплексом-пантеоном окончательно сойдет на нет.

Читая в задумчивой грусти выбитые на плитах имена и фамилии, автор с укором отмечал, что прояви и он в нужное время некоторое упорство, да получи степень кандидата каких-нибудь наук (скорее всего, филологических), то вот вам (мне) и повод для увековечивания еще одного скромного имени на стенах дома своего.

 

Это одна сторона. Есть и другая. Она, честно говоря, отчасти перечеркивает первую и одновременно подчеркивает: родные имена, кровная связь и память о предках — это то, что потомки хотели бы хранить как можно дольше. Для себя. Но не только.

У автора, например, становится тепло на душе и теплее на сердце при каждом прочтении имен, которые для молодых в лучшем случае как строка из энциклопедии городской жизни, но для старожилов — живая частица прожитого. Так что однозначного решения проблемы, видимо, нет. Между тем в мэрии города Еревана есть другое: собрание старейшин, одно из назначений которого — давать советы. Безусловно, дельные, и в том числе по таким вопросам.

Потому что если и дальше так, легко и бездумно, не появится ли у нас вскоре фитнес-клуб “Освенцим”, стоматологическая клиника “Скалозуб” или, почему бы нет, детсад имени Германа Геринга?