Странности армянского туризма

Архив 201329/08/2013

В начале августа в очередной раз нагрянули французские родственники, и не одни, но с друзьями-французами. Цель и задача — познать историческую родину и показать ее красоты тем, кто видит Армению впервые. Странности армянской туриндустрии их удивили…

Кроме хорошо известных туробъектов, в этот раз решили также увидеть новые, не столь популярные. Вначале, вооруженные французским путеводителем, совершили блиц-бросок в Армавир — посмотреть древнюю армянскую столицу. Вскоре после Эчмиадзина-Вагаршапата обнаружилось, что “диким” туристам здесь особенно делать нечего. Дорожная информация еле теплилась, а то и вовсе затухала. Добрались до Армавира, бывшего Октемберяна, и далее до исторического села Армавир, то есть ту самую столицу. Холм, на котором пращуры обустроили город, едва не полностью окружен современными захоронениями, которые из года в год — так показалось — все плотнее сжимают памятник истории. Вид с холма на Арарат был великолепен и наповал сразил и французов, и армян. Как и раскопки, вернее, то, что они выявили, — руины Армавира. Но… Вся соль в этом “но”. Памятник не благоустроен, не музеифицирован, не охраняется, нет никакой даже простейшей информации, текстов и т.д. Хочешь, копай по-новому — что хочешь делай. Гости изумились и сочли это проявлением местной труднообъяснимой специфики. В полутора километрах расположился урартский Аргиштихиними, где-то рядом знаменитая роща “Сосяц антар”. Опять же нулевая информация, разбитые дороги, мусорок и грязь. Идея была отставлена.
Следующую поездку совершили в сторону Ехегнадзора и далее в Горис. В том же составе. Разумеется, заехали в монастырь Амагу-Нораванк. Расписывать красоты природы и архитектуры смысла не имеет — аксиома. Реставрированная главная церковь Сб.Карапет и двухэтажная церковь-усыпальница Сб.Аствацацин вызвали полное одобрение моих “камрадов” и “ами”. Они, однако, были смущены, что множество людей беспрепятственно и гурьбой лезут по великолепным наружным лестницам зодчего Момика на второй этаж. Шум, крик, гиканье, вопли. Заплакал ребенок, свалившийся с метровой высоты — лестницы-то перил не имеют и очень опасны. И никаких служителей, охранников. Почему разрешают карабкаться на второй этаж усыпальницы с риском для жизни и конечностей — неизвестно.
Двинулись в Татев. Там, конечно, воспользовались услугами канатки, длиннейшей в мире. Очень все здорово. Оценили. Увы, дороговато, если с семьей, то можно и разориться. Территория монастыря аккуратно ухожена, несмотря на несметные толпы верующих и атеистов. Свечи, сувениры и т.д. Женщинам, желающим войти в церковь, вручали головные платки. “А гигиена?” — задали вопрос европейцы. Ответа не последовало. Дорога к Храму в пределах села Татев пока оставляет желать лучшего. Не смогли интуристы также понять, почему половина дороги, ведущей в село, асфальтирована, а другая — нет. Кто-то местный объяснил — мол, тут глина, земля ползет. Прозвучало не слишком убедительно. Отметим, что с дорожными указателями и информацией здесь обстоит вполне благополучно. Но Сюник — это не только Татев. Пожелали увидеть Зорац Карер, он же Караундж, он же армянский Стоунхендж. Шутка ли — мегалитический памятник, загадочный и древний. Возраст от 5000 до 7500 лет. Приехали, протопали пешком. Граждан навалом, некоторые и вовсе заехали на территорию, вроде бы охраняемую. Фига с два. Никто эти 7 гектаров не охраняет. Жаждущий сильных ощущений народ был предоставлен сам себе и вовсю пользовался свободой. С энтузиазмом лезли и впрыгивали на камни-памятники, утоляли на камнях и между ними голод — остатки были повсюду. Вольному воля. Желаешь выдернуть из земли камень — пожалуйста, желаешь оставить “монограмму” — милости просим. Остается добавить, что указатели от VivaCell исчезли, растворились в чистом горном воздухе. Уперли, одним словом.
После гор отчаянно захотелось водной стихии, которая под носом — водопад Шаки. Указателей нет, единственная дорога к памятнику природы разбита. Тем не менее цель была достигнута. Дорога, кстати, проходила через территорию электростанции, почему-то никем не охраняемую. А ведь стратегический объект! В окрестностях бродил угрюмого вида дядька. Ответив на наводящие вопросы типа куда и как, он произнес: “Спешите, пока льется”. Мы поспешили изо всех оставшихся сил до конца дороги. Машину оставили на площадке, за которой был обрыв. По узкой тропинке и опять с риском для здоровья — нет ни ограды, ни поручней — дотопали до водопада. Еле успели сделать несколько кадров, как на гребне водопада мелькнул человек, махнул рукой — и скоро чудо армянской природы стало усыхать на глазах. Пока совсем не усохло. Как потом выяснилось, Шаки “работает” не всегда. По часам: открыт — закрыт. Вырабатывают энергию. А туристы и прочие пусть катятся подальше… Переночевать задумали в Горисе и поэтому без Хндзореска не обошлось. Французы-романтики захотели узреть его вечером, но не вышло. Было темно, как… Короче, ни зги. Романтика к утру развеялась: было красиво, но замусорено. Также не получилось вкусить сюникской кухни. Это глобальная внутренняя проблема: повсеместно вся национальная пища сводится к хоровацу, кябабу и хашламе. Региональные кухни — они не для туриста — будь организованный или дикий. Все одно. Разве что в Гюмри.
Французские “ами”, люди, объехавшие полмира, с одной стороны — обалдели от нашей природы, памятников, людей, с другой — обалдели не меньше — но никак не могли понять, как, имея такой турпотенциал, мы так любительски им распоряжаемся, не совершаем простейших действий, необходимых для совершенствования турпродукта. Почему так плохо преподносим себя миру? В итоге ведь оказывается, что для туризма страна недостаточно оборудована. Впрочем, в Министерстве экономики так не считают.