Способствовали победам русским

Архив 200924/11/2009

Исполняется 950 лет со времени первого поселения армян на Руси
“Литературная газета” опубликовала статью своего собкора по странам Закавказья Всеволода Марьяна, посвященную грядущему 950-летию пребывания армян на Руси.

Статья, безусловно, интересная и нужная, и прежде всего для российских читателей. Может быть, ее прочтут и представители поколения, для которого армяне в РФ — это всего лишь пришлый элемент. Кавказцы, одним словом. Но разве только им невдомек, что история армян на Руси имеет почти 1000-летнюю историю, что оба христианских народа все это время отлично ладили, что армяне никогда не оставались безучастными к судьбе Руси-России, что в самую тяжелую пору не уходили в тень.
…Да, мы знаем, что не все наши соотечественники являются идеально законопослушными гражданами России. Но вряд ли продуктивно всех стричь под одну гребенку. Публикация в “ЛГ”, думается, окажет позитивное влияние на россиян, поможет им хотя бы немного углубиться в историю.
В дополнение к этой статье предлагаем читателям отрывок о блистательном русском генерале Валериане Мадатове и его деятельности на Кавказе.
ЧТО БЫЛО БЫ…
То ли действительно невежества все больше становится, то ли преднамеренно такое происходит, но все чаще предаются забвению и исторические события, судьбоносные для целых народов.
Год назад исполнилось 180 лет отвоеванию Российской империей у Персии и Турции восточной части Армении, к тому времени уже более пяти веков находившейся под их владычеством. Так появилась Эриваньская губерния, ставшая затем Армянской ССР. А с 1991 года — суверенной Республикой Армения.
Чтобы понять значимость этого исторического момента, достаточно напомнить: территория, захваченная турками и все-таки считавшаяся до 1915 года Западной Арменией, вследствие геноцида армян, совершенного при явном попустительстве, если не сказать потворстве Германии и Великобритании, практически окончательно закрепилась за Турцией. А ведь соверши тут Россия ровно то же самое, что и в Персии, никакого геноцида не случилось бы. И реально была бы сегодня не одна из самых маленьких стран мира, а большая Армения. С обеих сторон Арарата. С морскими границами. Воспротивились европейцы…
Армяне, слава богу, далеки от кощунственной фальсификации своей истории, творимой нынче в Грузии. Однако думается, что и им было бы полезно поразмышлять над вопросом: а не соверши Россия в 1828 году свою, по сути, освободительную миссию на захваченных персами и турками армянских землях, была бы сегодня вообще страна такая — Армения?
Но и нам, в России, не мешало бы периодически освежать свою историческую память, дабы не совершать ошибок и воздавать должное друзьям истинным, испытанным временем.

РЯД СЛАВНЫХ ИМЕН
Когда армяне появились на Руси? Сошлемся на исследования выдающегося знатока армянской истории Магды Нейман, жившей в ХIХ в. в Петербурге: “Армяне пришли в Россию с оружием в руках в первой половине XI столетия по приглашению великого князя Киевского, находившегося в войне с поляками. Он обратился тогда к помощи одного из армянских удельных князей, обещая его соратникам разные льготы. В 1060 году армяне приняли приглашение великого князя и, поселившись в Киеве и его окрестностях, оказали Киевскому княжеству значительные услуги, как оружием, так и развитием разных ремёсел”. А в летописях сказано, что из числа этих первых армян-переселенцев на Руси вышло также немало искусных врачей. Один из них лечил Владимира Мономаха.
Магда Нейман писала в 1895 году: “В продолжение последних пяти столетий армяне… находились под тяжелым игом персов и турок. Благодаря победам России в 1826-1829 годах над своими магометанскими соседями армяне стали дышать свободнее… В свою очередь… способствовали победам русских войск над персиянами и турками. Турецкие и персидские армяне восторженно принимали русские войска, снабжали их съестными припасами, фуражом, давали перевозочные средства, ухаживали за больными, с почестями хоронили умерших воинов…”
Как утверждают российские и европейские арменологи, армяне дали России множество добровольцев, офицеров, храбрых генералов, искусных военачальников. Приводят данные о “славных русских генералах, вышедших из среды армян”. Среди них — князь Валериан Григорьевич Мадатов, признанный одним из главных героев персидско-русской и турецко-русской кампаний 1826-1829 годов. В Отечественной войне 1812 года он отличился “замечательными военными подвигами, обратившими на него внимание императора Александра и прусского короля Вильгельма III, от которых он получил высочайшие награды”. После победоносного возвращения из Парижа он был назначен императором командующим русскими войсками, расположенными в Карабахской области.
В 1826 году наследный принц Аббас-Мирза во главе многочисленной персидской армии вторгся на русскую территорию. Его 10-тысячный авангард, состоящий из личных гвардейцев шаха и отборной кавалерии, стремительно продвигался к Тифлису. Генерал Мадатов всего с двумя батальонами, двумя ротами егерей, четырьмя легкими орудиями и дружиной карабахских всадников, то есть почти десятикратно меньшими силами, встретил персов у реки Шамхор и 3 сентября 1826 года разбил их наголову. Не дав неприятелю опомниться, он с подоспевшим подкреплением и с помощью ополченцев из местных армян преследовал их до персидской области Карадаг, которую занял. Магда Нейман: “Эта славная кампания кончилась Туркманчайским миром, по которому часть персидской Армении, между Араксом и Курой (навсегда), переходила к России”.
Почти сразу после персидско-русской войны началась турецко-русская (1828-1829 гг.). Мадатова вызвали в Дунайскую армию, в действиях которой участвовал под личным руководством императора Николая Павловича. И в продолжение всей военной кампании был одним из ее самых видных героев. Граф Воронцов писал ему: “Ура, любезнейший князь! Я знал, что герой Дагестана будет героем и в Балканах…” А фельдмаршал Дибич сообщил в своем донесении императору: “Князь Мадатов был везде первый, указывая путь к победам”. Скончался этот доблестный военачальник скоропостижно 4 сентября 1829 года. Погребен этот доблестный русский генерал армянского происхождения в Санкт-Петербурге, в Александро-Невской лавре.
А в Русско-турецкой войне (Крымской) 1853-1855 годов отличился другой русский генерал, армянин по происхождению, князь Василий Осипович Бебутов. Согласно описаниям русских и западных историков, командуя отдельным отрядом, он одержал ряд решительных побед над целым турецким корпусом, стремительно наступавшим на Кавказ. Как пишет Магда Нейман, “Князь отличился настолько, что император Николай Павлович написал ему: “Ты удивил Россию, а Я удивлю тебя”. И с этими словами государь наградил его высшим орденом Святого Андрея Первозванного. Не имевшему еще для такой награды ни соответствующего по ее статусу чина, ни необходимых для ее получения очередных орденов. В последних боях в Дагестане под началом Бебутова значилось 18 тысяч русских воинов против 60 тысяч турок. Кроме завоевания вражеских позиций было взято 2500 пленных и 24 орудия. Живущие тогда очевидцы тех событий свидетельствовали, что таких блестящих результатов генералу Бебутову удалось достичь в значительной мере благодаря горячему участию турецких армян, доставлявших ему ценнейшую информацию о дислокации и передвижениях неприятеля.
Многолетняя война на Кавказе особенно прославила имя князя Моисея Захаровича Аргутинского-Долгорукова. Свидетельством его боевых заслуг перед Россией явился великолепный памятник, воздвигнутый ему царским правительством в Темир-Хан-Шуре, где находилась его штаб-квартира как командующего русскими войсками в Дагестане.
Генерал-адъюнкт Михаил Тариэлович Лорис-Меликов командовал отдельным действующим корпусом, генерал-лейтенант Арзас Артемьевич Тер-Гукасов — Эриваньским отрядом. Генерал-лейтенант Иван Давидович Лазарев, опять же русский генерал армянского происхождения, стоял во главе отряда, взявшего ночным штурмом считавшуюся неприступной крепость Карс.
Журнал “Русский инвалид” писал по этому поводу в 1897 году: “Многие были поражены этим известием… Лазарев обратился к солдатам: “Я буду с вами. Отступления нет”. Солдаты знали своего начальника, шли с ним уверенно и, конечно, об отступлении не могли и думать… Карс пал. Это повлияло на дух противника не только в Азии, но и в Европе”. Одной из штурмовавших Карс колонн командовал генерал Алхазов, ранее выбивший турок из Сухум-Кале.
Увы, и они, и генералы Тер-Асатуров, Денибеков, Кишмишев, Кетхудов и другие русские военачальники армянской национальности, щедро одариваемые русскими императорами высокими наградами и почетом, прославленные русской и западной прессой, оказались сегодня незаслуженно забыты. И в России, которой самозабвенно служили, и в Армении, которую возвеличивали своими подвигами, будучи этническими армянами. Хотя именно они победоносно командовали русскими войсками при овладении Кавказом.
Забыто и другое. То, что за радушное отношение, содействие и помощь русским войскам персидским и турецким армянам всегда приходилось жестоко расплачиваться. С уходом русских войск из занятых областей им нельзя было оставаться там.
“При всей привязанности к своей земле и святыням предков, — писал петербургский арменолог, — армяне должны были разорять свои гнезда, бросать имущество, церкви и густой массой следовать за уходящими русскими войсками в неведомые края”. Ожесточение против них вылилось в роковые 1894-1896 годы. Когда в Турции, по разным данным, были убиты от 300 до 600 тысяч армян. И это явилось началом геноцида — массового истребления армянского населения.
Символично, что и по сей день официальная оценка турецким руководством этих и последовавших в 1915 году еще более трагических событий заключается в утверждении: “Не было никакого геноцида. Армяне помогали противнику и мешали побеждать русских. За что и понесли заслуженное наказание”.
Как отмечали русские арменологи Амфитеатров, Нейман, их французский коллега Ришардо, армяне, которые получили возможность “развиваться под русским владычеством, в экономическом и культурном преуспеянии далеко опередили другие народности в Закавказье”. И стали “хорошими пионерами русской культуры, и русский язык распространяется в их массе легче и быстрее, чем между другими кавказскими народностями”.
Но кто нынче, кроме турок, помнит, что армяне — единственный неславянский народ, который участвовал во всех 11 Русско-турецких войнах, длившихся более 44 лет? Всегда на стороне России. А кто вспоминает не только в России, но и в самой Армении о том, что величайшего русского полководца Суворова родила армянка, дочь православного священника Ашхен Тер-Манукова, упокоенная в Москве, на армянском кладбище в Ваганькове?
Многое еще можно было напомнить из истории русско-армянских отношений, приближающихся к своему тысячелетию. Ограничимся еще одним фактом. К началу Великой Отечественной войны население Советской Армении составляло 1 млн 320 тыс. человек. Из них 500 тысяч отправились на защиту нашей общей Родины — более половины всего взрослого населения. Живыми вернулись лишь 300 тысяч. 115 стали Героями Советского Союза, 64 — генералами (впоследствии их число достигло 200). Четверым было присвоено маршальское звание, одному — адмирала флота. А летчик Арменак Хамберян, назвав себя в честь спасшего его ценою своей жизни русского парня, под его именем — Сергей Худяков — дослужился до маршала авиации.
Увы, катастрофическое разрушение СССР почти стерло из нашей памяти эту великую историю…
ЧТО Ж НЫНЕ?
И сегодня значительная часть жителей Армении старше 30 лет не просто знают, понимают русскую речь, но и активно общаются на русском языке, смотрят русские фильмы, читают московские газеты, журналы, предпочитают российские телеканалы, слушают радио на русском.
Русский театр, русская музыка, русская литература полнокровно живут в Армении. В Ереване можно услышать русскую речь по любому поводу. Десятки улиц городов Армении по-прежнему носят русские названия. Русский язык преподают как обязательный предмет во всех школах Армении — скоро уже два века.
Ощущение такое, будто мы по-прежнему находимся в общем пространстве. И языковом, и государственном. А ведь Армению от Российской Федерации отделяют сотни километров грузинской территории. Поэтому армяно-российские связи подвержены постоянному воздействию, давлению. Ведь весь товарооборот, все перевозки людей и ресурсов производятся через Грузию. И это не только значительно осложняет их осуществление между Россией и Арменией, но и приводит к удорожанию ввозимого и вывозимого в разы. Что делает, в частности, многие виды высококачественной армянской продукции неконкурентной на российском рынке. И все из-за больших транспортных расходов, таможенных пошлин и других вынужденных “накладных” трат по пути в Россию через Грузию.
И по-прежнему значительное число армян воспринимают русских как родственный народ, переживают по поводу ослабления духовных и братских отношений между нами, произошедшего за последние 20 лет, радуются каждому проявлению их возрождения.
В горечи нашего времени, когда корысть и погоня за маржой от всего стали главенствовать в повседневной жизни на постсоветском пространстве, возможно ли поверить, что директор одного из чудом уцелевших в Армении домов творчества писателей готов предоставить любому русскому литератору самые благоприятные условия для работы над новой книгой? Бесплатно.
Построивший этот дом на знаменитом курорте Цахкадзор, сберегший его от олигархического и иных захватов, бессменный директор этого великолепного гостиничного комплекса Мовсес Манукян свой бескорыстный проект уже осуществляет. И просит передать писателям России: “Добро пожаловать творить — в Армению!”

P.S.
В Закавказский корпункт “ЛГ” обратился армянский художник-ювелир Акоп Циликян с просьбой о содействии в безвозмездной передаче Патриарху Всея Руси произведений церковной живописи, похищенных из православных храмов России и вывезенных в Турцию в 90-е годы, ныне выкупленных Циликяном у стамбульских антикваров.

ЛЮБЕЗНЫЙ МОЙ МАДАТОВ…
…Генерал-лейтенанту Алексею Ермолову требовалось назначить соответствующего военно-окружного начальника, который бы, по мнению Алексея Петровича, с административным тактом соединял в себе боевую опытность, отвагу и предприимчивость. На эту должность проконсул Кавказа выдвинул генерал-майора князя Валериана Мадатова, вызванного из России.
К тому времени имя Валериана Григорьевича было уже внесено в боевую летопись русской конницы и занимало видное место в плеяде отечественных кавалерийских начальников. Уроженец Карабаха, из когда-то знатной, но обедневшей армянской семьи, он начал службу в 1799 г. в пехотном полку. В Русско-турецкую войну 1806-1811 гг. Мадатов на полях Молдавии и Валахии командовал ротой. Менее чем за два года за отличия в боях он был награжден орденами Св.Анны и Св.Владимира с бантами, получил Св.Анну на шею (как говорили тогда), золотую шпагу и чины капитана и майора. В те времена подобные награды для командира роты представляли большую редкость, и о Мадатове сразу заговорили в российской армии.
В марте 1810 г. по его собственной просьбе он был переведен в Александрийский гусарский полк. В первом же бою 12 июля 1810 г. уже в новом качестве Валериан Мадатов при Чаушкой отбил со своим эскадроном турецкое орудие. 26 августа этого же года под Батином с двумя эскадронами он наголову разбил четырехтысячный конный отряд турок.
Отечественная война 1812 г. застала Мадатова уже командиром Александрийского гусарского полка. Любимая поговорка его в то время была: “Берегу полк, как невесту; но придет час — и я не пожалею ни людей, ни лошадей”. И такой момент наступил 11 ноября 1812 г. под Борисовом. Русский авангард, разбитый французами, отступал в беспорядке по длинному мосту, загроможденному орудиями и брошенными обозами. Мадатов выдвинул вперед все четыре эскадрона александрийцев. “Гусары! — крикнул он. — Смотрите: я скачу на неприятеля, и если вы от меня отстанете, меня ожидает смерть или плен!” Подчиненные устремились за командиром. В этом бою александрийцы понесли тяжелые потери, однако успех полка позволил спасти артиллерию и предоставил возможность пехоте осуществить организованный отход.
Мадатов принадлежал к числу тех весьма немногих русских офицеров, которые, будучи в чине полковника, носили Георгиевский крест на шее (III степень ордена) и имели золотую, осыпанную бриллиантами саблю. В бою под Лейпцигом Мадатов был тяжело ранен (пуля пробила ему плечо). На тринадцатом году офицерской службы его произвели в генералы.
Мадатов, за 16 лет перед этим покинувший родину бедным сиротой, вернулся в край правителем трех мусульманских ханств: Ширванского, Щекинского и Карабахского. С 1819 г. начинается славная боевая деятельность Валериана Мадатова на Кавказе, навсегда связавшая имя его с целым рядом выдающихся событий ермоловской эпохи.
Так, в начале августа 1819 г. Мадатов принял командование над экспедиционным отрядом, назначенным для обороны богатой Кубинской провинции. Ермолов не считал отряд Мадатова способным вести серьезные наступательные действия и поэтому рекомендовал князю ограничиться наблюдением за Табасаранью, где вызревало восстание горцев.
Мадатов, однако, имел разведданные, что противник пока не готов к активным действиям, и решил перенести борьбу на его собственную территорию, с тем чтобы разгромить неприятеля, пока тот не собрался с силами. План Мадатова был достаточно рискованным, причем Валериан Григорьевич не счел даже нужным ставить в известность о нем Ермолова, поскольку дорожил каждой минутой, и взял всю ответственность за операцию на себя. Российский отряд внезапно переправился через реку Самур и, быстро пройдя Кюринское ханство, стал на самой границе южной Табасарани.
Сподвижник Ермолова решил в ту же ночь напасть на непокорных горцев, чтобы захватить в свои руки основных руководителей восстания. До селения Хошни было около 30 километров. В целях внезапности нападения это расстояние отряду Мадатова нужно было преодолеть в течение всего одной ночи. Выступая в поход, князь отобрал из всего отряда только 500 бойцов, на силы, волю и безусловную храбрость которых он мог вполне положиться. Кроме того, Мадатов взял с собой три орудия, сотню донских казаков и туземную конницу. 
На рассвете показалось селение Хошни. Кавалеристы стремительно ворвались в неприятельский лагерь и произвели в нем полное смятение. Таким образом, одним решительным и смелым ударом, почти без пролития крови, была усмирена вся Табасарань. Мадатов вернулся в Марагу и оттуда именем императора объявил прощение всем участвовавшим в бунте. 
Ермолов был чрезвычайно доволен действиями князя Валериана. “Целую тебя, любезный мой Мадатов, и поздравляю с успехом, — писал он ему, — ты предпринял дело смелое и кончил его славно…”
Лучшего помощника Ермолову и желать было нельзя.
По материалам российской прессы