“Состоявшиеся в диаспоре обсуждения чрезвычайно важны для меня…”

Архив 200910/10/2009

Серж Саргсян подытожил панармянское турне
8 октября на созванном президентом расширенном заседании Совета безопасности РА обсуждались нынешний этап процесса урегулирования отношений Армения — Турция и сопряженные с ним вопросы.

Открывая заседание, Серж Саргсян отметил, что пришло время подвести итог длившимся почти шесть недель общественным обсуждениям. А поскольку последняя неделя главы государства прошла в интенсивных встречах с диаспорой, он, естественно, поделился с членами Совета безопасности своими впечатлениями от поездки.

“В течение одной недели я посетил основные центры армянской диаспоры: Париж, Нью-Йорк, Лос-Анджелес, Бейрут и Ростов-на-Дону”, — напомнил Серж Саргсян, подчеркнув, что на встречах в каждом из этих городов присутствовали представители “региональных” национальных структур. Касаясь “методологии” организации дискуссий, президент пояснил, что его визит не ставил цели подвести коллективное мнение диаспоры под цифровое выражение, соответственно и в залах, где проходили обсуждения, не было пропорциональной представленности сторонников каждого из подходов. “Для нас гораздо важнее было услышать все возможные подходы и получить все возможные советы в этом вопросе. Думаю, это нам удалось”, — сказал Серж Саргсян, прежде чем перейти непосредственно к мнениям, выраженным участниками дискуссий. “…В ходе турне часто звучал вопрос, не являются ли эти совещания запоздалыми, учитывая, что протоколы уже парафированы. Считаю, что так могут думать только те люди, кто искренне верит, что урегулирование отношений Армения — Турция завершается парафированием протоколов. Конечно, это не так. Для меня состоявшиеся в диаспоре обсуждения были чрезвычайно важны в аспекте планирования нашей стратегии и тактики по каждому звену сложной и трудоемкой цепочки — от парафирования к подписанию, от подписания к ратификации и от ратификации к реализации…”
“Во время встреч часто звучало опасение, что Армения не имеет достаточных ресурсов — человеческих, финансово-экономических, политических — в плане того, чтобы организовать эти отношения (отношения с Турцией — ред.) как равный с равным, — продолжил С.Саргсян. — Считаю, что это ошибочный подход. Да, у нас есть необходимость мобилизовать наши ресурсы и также полноценно использовать потенциал диаспоры. Но этот довод не может, по-моему, быть достаточным для того, чтобы замкнуться внутри своей страны…”
Развивая тему опасений, президент сказал, что он имел возможность заверить диаспору в том, что протоколы никоим образом не стесняют переговорные позиции Армении по Нагорному Карабаху. “Более того, я подтвердил наш подход к условиям возможного урегулирования: …определение народом Нагорного Карабаха своего правового статуса посредством свободного волеизъявления. Считаю важным, что это в очередной раз подтвердил президент США Барак Обама, с которым я имел телефонный разговор, находясь в Лос-Анджелесе”.
Конечно, в нашем небольшом регионе все процессы способны к взаимовлиянию, добавил президент, но при этом вновь подчеркнул: “Мы не готовы и никогда не пойдем на односторонние уступки в вопросе Нагорного Карабаха, независимо от того, что нам может быть за это предложено”.
Следующее опасение, сказал он, это якобы возможное отступление в деле международного признания и осуждения геноцида. “Думаю, очевидно, что никакой армянин никогда не может не заявлять во всеуслышание о причинах того, почему наш народ рассеян по всему миру и лишен собственного жизненного пространства. В вопросе признания и осуждения геноцида мы имеем обязательство и исполним это обязательство до конца”.
Президент не обошел своим вниманием и известный инцидент в Париже. “Для меня было болезненным то, что на волне эмоций некоторые из наших сестер и братьев утратили идеологическую опору своих действий. Если в отношениях Армения — Турция справедливым требованием для всех нас является провозглашение важности признания факта геноцида, то именно на это была направлена цель (что было символически) — начать мое панармянское турне с того, чтобы воздать дань уважения жертвам геноцида у памятника Комитасу в Париже. Я ожидал, что не провокацией сотни человек, а многотысячной демонстрацией мы должны были оповестить о нашей позиции и сплоченности в этом вопросе”…
И, наконец, было опасение, касающееся вопроса признания существующих границ. “Мой ответ, — сказал президент, — был прежним: предъявление территориальных претензий не лучшее начало для урегулирования отношений. Есть реалии политической культуры XXI века, которые мы обязаны принимать во внимание. Я также имел возможность подчеркнуть и также многократно услышал тот справедливый подход наших сестер и братьев из диаспоры, что армяно-турецкие отношения намного шире, чем отношения Армения — Турция…”
В целом, как признался Серж Саргсян, он получил очень важные импульсы от встреч с соотечественниками. “Я получил возможность еще раз оценить потенциал нашей коллективной самобытности. Я получил возможность еще раз почувствовать, насколько мы различны в зависимости от мест нашего рождения, общин проживания, членства в организациях и одновременно насколько мы похожи благодаря нашей коллективной армянской самобытности”.
Завершая анализ панармянского турне, президент отметил, что в диаспоре он услышал также много слов поддержки и одобрения. Как бы то ни было, “всю ответственность за подписание (протоколов — ред.) несем мы как государство и государственные мужи, и мы не собираемся ни на кого возлагать груза ответственности. Моей целью было совершенно не то, чтобы, вернувшись из панармянского турне, сказать, что вся диаспора за подписание существующих протоколов Армения — Турция”…
Панармянское турне президента было действительно беспрецедентным национальным проектом. Диаспора, “сепаратно” обсуждавшая армяно-турецкие договоренности, наконец-то стала полнокровным участником дискуссии по актуальнейшему вопросу армянской государственной повестки. И это крайне важно как для укрепления ее связей с Родиной, так и собственно для самой Армении и ее руководства, еще более уполномоченного ныне выступать от имени 10-миллионного армянства. Не случайно на всех своих встречах с соотечественниками президент говорил об армянском феномене и о “нашей силе”, которая исключительно в национальном единстве… И, несмотря на протесты против протоколов, несмотря на высказанные в ходе встреч с президентом критические мнения, позитивные эффекты панармянского турне бесспорны, и в ближайшей перспективе они непременно проявятся.
Отдел политики