Смерть Машерова: “Это было спланированное отстранение от власти большого политика”

Архив 201028/10/2010

Член Политбюро ЦК КПСС погиб за две недели до своего назначения на пост главы советского правительства
На днях исполнилась годовщина события, которое в свое время потрясло весь Советский Союз. В автокатастрофе погиб первый секретарь компартии Белорусской ССР, член Политбюро ЦК КПСС Петр Машеров. Руководители такого ранга, как известно, просто так в автокатастрофы не попадают. Сразу пошли слухи, что Машеров стал жертвой заговора в высших эшелонах власти…

Из воспоминаний Юрия Чурбанова,
зятя Леонида Брежнева

Помню, как тяжело переживал Леонид Ильич гибель руководителя Белоруссии Петра Машерова. Это был замечательный, очень умный человек, я бы сказал — любимец белорусского народа и партии. Машеров попал в чудовищно нелепую автокатастрофу. В МВД СССР об этом узнали незамедлительно, уже через несколько минут: о таких вещах дежурный по министерству всегда докладывает в срочном порядке. Мы тут же сообщили в ЦК КПСС… Много пересудов и сплетен вызвал тот факт, что на похороны Машерова из Москвы приехал только секретарь ЦК КПСС Капитонов. Но что из этого следует?

Из воспоминаний государственного советника юстиции III класса В.И.Калиниченко (в 1980 году — следователь по особо важным делам при генеральном прокуроре СССР)

Хорошо помню тот день, 4 октября 1980 года. Около 20 часов в следственной части раздался звонок заместителя генпрокурора СССР Найденова. Под рукой оказался один я. Поинтересовавшись, нет ли кого-нибудь поопытнее, предложил срочно зайти к нему:
— У нас ЧП. Несколько часов назад в Минске в автодорожной катастрофе погиб Петр Миронович Машеров… Вас ждут в комнате милиции на Белорусском вокзале. Туда подъедет начальник управления ГАИ МВД СССР генерал Лукьянов. Билетами обеспечат. Выезжайте в Минск. С местными товарищами организуйте осмотр места происшествия и вскрытие трупов… Имейте в виду: несколько лет назад так же, в автокатастрофе, уже разбился один из руководителей республики. Но это так, информация к размышлению…
4 октября 1980 года в 14 часов 35 минут от здания ЦК КП Белоруссии в сторону города Жодино выехала автомашина ГАЗ-13 “Чайка” под управлением водителя Зайцева. Рядом с водителем сидел Машеров, сзади — офицер охраны майор Чесноков. Вопреки правилам и существующим инструкциям впереди шла автомашина сопровождения ГАЗ-24 обычной окраски, без мигалок. Спецавтомашина ГАИ, сигналившая сиреной и проблесковыми маячками, двигалась сзади. На трассе Москва — Брест набрали скорость 100-120 км/час… Грузовик, вынырнувший из-за прижимающегося к обочине встречного “МАЗа”, увидели сразу. Старший эскорта резко увеличил скорость, и “Волга” пролетела буквально в нескольких метрах от грузовика. Водитель Машерова вначале попытался затормозить, но затем, повторив маневр “Волги”, тоже резко увеличил скорость… Страшный удар. Взрыв бензобака. Мгновенная смерть. В этот день Николай Пустовит, выполняя обычный рейс, ехал в сторону Минска. Дорога была дальней, уже несколько часов он крутил баранку. Впереди шел тяжелый грузовик “МАЗ-503”…” 

Из показаний
Николая Пустовита

“Дорогу, по которой я ехал в день аварии, хорошо знаю. Спокойная езда не вызывала напряжения. Когда я поднял голову, у меня перед глазами был лишь внезапно возникший задний борт “МАЗа”. Создавалось впечатление, что “МАЗ” внезапно остановился передо мной. Это заставило меня вывернуть руль машины влево. В моей памяти как бы отложился момент столкновения с препятствием, страшный удар, пламя…”…
Около двенадцати часов мы были на месте происшествия. Посередине трассы — исковерканная, засыпанная картошкой “Чайка”. На обочине сгоревший ГАЗ-53Б Пустовита. Осматривая автомобиль Машерова, мы нашли очки с фиолетовыми линзами. Позже выяснилось, что они принадлежали водителю Зайцеву. Он возил Петра Мироновича много лет и не захотел уходить на заслуженный отдых, уговорил первого секретаря и остался на работе. Таким образом, водителем у Машерова был пенсионер с подорванным здоровьем и к тому же с плохим зрением. Все это в совокупности усугубило предаварийную ситуацию. Зайцев не смог адекватно среагировать на действия Пустовита, грубо нарушившего правила дорожного движения. Но была ли у него возможность спасти жизнь себе и тем, кто находился в автомобиле? Опытные водители гаража ЦК утверждали, что была…
Не могу не вспомнить и о том, как родился слух о гибели Машерова в результате “заговора и инсценированной автоаварии”. Милицейский генерал, возглавлявший службу ГАИ страны, после перепоя прибывший в район происшествия, разговаривая с людьми, глубокомысленно изрекал: “Нет, здесь не все чисто. Похоже, кто-то это подстроил”. Мне сказали об этой болтовне работники КГБ, и пришлось довольно круто поставить вопрос о, мягко говоря, несерьезном поведении генерала.

Из воспоминаний
Н.М.Пустовита, признанного
виновником аварии

Если бы он съехал на обочину, ничего бы не случилось, этот “МАЗ”! Кортеж шел без мигалок, встречные машины не обращали на него внимания и не останавливались. И тогда машеровское сопровождение, видимо, решило припугнуть встречное движение и, чтобы сбить поток, въехало на нашу полосу. И двигавшиеся впереди легковушки тут же съехали на обочину. “МАЗ” же, который шел передо мной, почему-то как шел по центру, так и остановился. Я ничего не мог понять, у меня не было обзора, я не видел кортеж. Если бы он съехал на обочину, как положено, я бы увидел кортеж и тут же сориентировался. Водитель “МАЗа” вел себя очень странно. Я очень долго пытался его обогнать, а он, как только я к нему приближался, вдруг давал скорость и уходил от меня. Так продолжалось очень долго. Мне это порядком надоело, и я решил его все-таки обогнать. Сразу за мной ехал еще один грузовик, и он скрылся с места аварии. Никто его так и не нашел. По крайней мере так сказали на суде…

Из воспоминаний Н.П.Машеровой, дочери П.М.Машерова

Я уверена, что это было спланированное отстранение от власти большого политика. По моим подсчетам, это было седьмое покушение… Когда отец погиб, мы знали, что его убили. Но было крайне опасно об этом говорить. У меня маленькие дети были… Отец не дожил две недели до заседания Политбюро, на котором должно было быть принято решение о его переводе в Москву. Он был согласован на должность председателя Совмина СССР.
По материалам
российской прессы