Сфта — юзгяр, бирик — сиктир и др.

Архив 200927/10/2009

Немного занимательной лингвистики на злобу дня
В принципе армяно-турецкие протоколы можно и не ратифицировать.

Разорвать на мелкие кусочки, сжечь, предать анафеме, и ничего страшного не произойдет: как жили с южным соседом до сего дня, так будем жить и дальше. Или наоборот. Захотим превратить напряженное соседство в умеренное добрососедство — превратим, а не захотим — будем удивляться дальше: “за что нам Бог послал в соседи турок?”
Все зависит от нас. То, что одни ждут, когда станет теплее, а другие требуют держать температуру на нуле, понятно, даже если речь не о вине, а международном климате. Одни поют осанну толерантности, другие вплетают свои голоса в хор антитурецкого. Кому-то хочется открытых границ, чтоб к синему морю в Анталию (хотя и сегодня в Анталию без проблем), а кому хватает и горных вершин Цахкадзора, не говоря уже о Севане. Словом, при обсуждении самого животрепещущего и остросюжетного возможно очень разное, очень противоположное и очень неожиданное, но хотелось бы еще и одного — не говорить при этом глупости. Даже если с пафосом. А когда и то, и другое в одном наборе, это формирует о народе, от имени которого говорят, очень странное представление.
Вот смотрите. “Турки придут и уничтожат нас”. А вот чуть позже, опять о том же, но с санитарно-эпидемиологическим уклоном: “Турок — вирус, он заразил всю Европу. Давайте не допустим, чтобы он заразил и нашу республику. Турки — семидесятимиллионная нация, она вырежет нас”. Во времена товарища Сталина это называлось распространением панических слухов и капитулянтских настроений, за что расстреливали без суда и следствия. Впрочем, не гладили по головке и в мирное, объясняя просто и доходчиво: “Нерушимой стеной, обороной стальной разгромим, уничтожим врага!”
А теперь, спрашивается: “Придут и вырежут” — это как? Объясните. Очень нужны подробности. Мы что, ягнята на заклание, чтоб как увидим на марше вирусоносителей, так лапки кверху и головку набок? И как понимать “придут”. Если с войной — одно дело, если в рамках торгового сотрудничества и во имя роста товарооборота — это уже другое. Но и тут ухо надо держать востро, чтоб все на взаимовыгодных началах. То есть не бояться надо, что придут, а суметь по максимуму извлечь из этого пользу, выбрать и проводить правильную экономическую политику (демографическую, культурную, национальную и т.д.) и смотреть, чтоб не обдурили. Как делает любое государство всегда и везде. Чтоб было еще понятнее: как ведет себя та же Турция по отношению к нам, только нам надо делать лучше, умнее, эффективнее.
А вот еще кое-что из странного. Запомнившийся по телепередачам в режиме “non stop” один уважаемый партийный товарищ, ударившись в воспоминания, напомнил о топонимической несуразице: куда, мол, не так давно ни глянь, то тебе Дарачичак, то Камарлу, то Ахта… Тут снова вопрос: а кто, собственно, разрешал на своей земле называть свои города и свои села туркоязычными, а не армянскими именами, почему это происходило так долго и надо ли гневаться на янычаров, когда сами дураки?
Автор тоже родом из лучших времен жизни отмеченного партийного геноссе и тоже помнит свои молодые годы, когда почти все радиоприемники Армянской ССР были настроены на бакинскую волну, по просторам родины чудесной лились преимущественно турецкие мугамы, народ ломился на концерты Зейнаб Ханларовой, а учащиеся старшего школьного возраста посылали друг друга с помощью ставшего почти родным “сиктир”. Не в том, конечно, дело, что мугамы — неправильная музыка, ханума Зейнаб — недостаточно сладкая женщина, а “шеш у беш” на устах у всех и поныне и потому все это надо запретить. Нет, не запрещать было надо, а пропагандировать, продвигать, утверждать свое национальное. Делали? Если да, то мало, робко, от случая к случаю. Отсюда: сфта, юзгяр, бирик и все другое подобное.
И вот еще одна странная история. Сея панику и смятение в рядах отцов, мужей и братьев, партийный товарищ предупреждает: “Турок не будет равнодушно относиться к нашим девушкам. Вы этого хотите?” Вообще-то, хотим. Очень. Чтоб и турки, и нетурки, и все мужчины всего мира не оставались безразличными к нашим девушкам, а дальше, извините, как карта ляжет. Если девушки в известном деле профи, они не станут ждать, чтоб кавалеры приглашали дам и без всякой ратификации возьмут курс на Стамбул. А если нет, то и вопроса нет.

Что имеем на сегодня? Тревогу, местами переходящую в испуг. Первое трудно считать беспричинной, второе должно быть исключено вообще: согласимся ли открыть новую страницу в отношениях с Турцией или оставим ее незаполненной.
Чего боимся? Ситуация в чем-то напоминает российско-китайскую, когда, как считает журнал “Эксперт”, “даже невинные переговоры вызывают у нас истерические реакции и тут важно преодолеть некий психологический барьер”. Правда, стать сырьевым придатком какой-либо страны Армения не может, даже если захочет, но вот несколько мин из тех, которые замедленного действия. Известно, экономика Армении нуждается в модернизации, на что потребуются инвестиции со стороны, чтоб строить новые предприятия, дороги, транспортные узлы и т.д.
Вопрос: надо ли привозить для этого людей из Турции? Если да, в каком количестве, чтоб не оставлять без рабочих мест своих, или ровно в том же количестве на абсолютно равноценных условиях социальной, медицинской защиты и личной безопасности обеспечивать их работой в Турции.
Или другое. С открытием прямого транспортного сообщения на наш рынок хлынет море товаров с меткой “Сделано в Турции”. Чтоб не превращать Армению в один большой Черкизовский рынок, понадобится плотный и честный таможенный заслон. В ином случае бюджетные поступления от сборов на таможне резко пойдут вниз, а доходы таможенников, породнившихся с турецкими юзгярами-контрабандистами, взлетят до фантастических высот. Отдельная головная боль — защита собственных производителей, проблемы технологического сотрудничества, нюансы юридического оформления бизнеса и т.д.

Словом, открывается широкое поле для включения интеллекта как данной Богом национальной особенности. Если так, то дело за тем, чтоб принимать правильные решения и побеждать в дипломатии, экономике, культуре, получать от этого реальные дивиденды и даже эстетическое наслаждение. Последнее возможно, если первое, второе и третье исполняется не просто точно, разумно, грамотно, но и красиво.
Сергей БАБЛУМЯН
Москва