Седьмой президент пятой республики

Архив 201208/05/2012

Лидер социалистов Франсуа Олланд избран главой Франции
Через неделю Франция обретет нового главу. За инаугурацией Франсуа Олланда, победившего в минувшее воскресение во втором туре президентских выборов, последует формирование нового правительства и пересмотр политического курса по многим направлениям. В какой мере это затронет наши интересы?

Второй тур выборов, впрочем, как и первый, разделил французских армян на два почти равных лагеря. Если в 2007 году предпочтения наших соотечественников были более или менее отчетливы и большинство армян склонялось к поддержке кандидата от правящей партии, то на этот раз все было иначе. В то же время минувшие выборы были беспрецедентны по настойчивости попыток обоих кандидатов завоевать симпатии французов армянского происхождения. За их голоса претенденты боролись аж до самого последнего дня предвыборной гонки. Буквально накануне “дня молчания” действующий президент воспользовался последним поводом привлечь к себе армянский электорат. Осознавая, что даже сто тысяч голосов могут предрешить исход второго тура, Николя Саркози вспомнил про одно из самых многочисленных этнических меньшинств. (400 тысяч голосов армянских избирателей порой становились залогом успеха на выборах.) Саркози обратился с посланием к директору европейского офиса Всеармянского армянского благотворительного союза Алексису Говчяну и председателю Координационного совета армянских организаций Франции Ара Тораняну, в очередной раз подтвердив свое обещание представить на рассмотрение парламента новый законопроект о криминализации отрицания геноцида армян. Причем на этот раз он назвал конкретные сроки — июнь. Президент отметил, что новый законопроект может быть принят парламентом в начале следующего срока полномочий, то есть в сентябре, когда к работе приступят депутаты новой каденции. (Парламентские выборы состоятся во Франции в июне.)
На фоне столь четкого обещания Николя Саркози заверения Франсуа Олланда могли показаться менее убедительными. Имея в виду это обстоятельство, проживающие во Франции турки решили поддержать оппозиционного кандидата. Издающиеся в Анкаре и Стамбуле газеты в один голос утверждали, что победа на выборах Олланда в интересах Турции. Аргументы в пользу этого на первый взгляд выглядят слабыми. Ведь, как и Саркози, Олланд также обещал добиться принятия закона о криминализации отрицания преступлений младотурок. Турок, вероятно, привлек в Олланде факт того, что он в отличие от соперника, говоря о криминализации отрицания геноцида, не называл конкретных сроков. (Лидер социалистов заявил, что эта проблема, которую нужно решать без спешки. Он сказал, что намерен возобновить рассмотрение вопроса об уголовном преследовании негационизма в течение своего срока правления.) То есть в Анкаре полагают, что у них будет время для того, чтобы найти механизмы воздействия на новоизбранного президента, в то время как на уходящего главу Елисейского дворца воздействовать уже нечем. Если так, то логика понятна и вполне уместна.
Впрочем, сам новоизбранный президент не давал поводов для того, чтобы его можно было заподозрить в готовности подыграть туркам. Пока Николя Саркози накануне второго тура писал письмо лидерам армянской общины, Франсуа Олланд готовил обращение представителю турецкого меньшинства Демиру Онгеру. За два дня до решающего голосования председатель действующего в Париже культурного центра “Анатолия” получил от лидера социалистов послание, в котором лишний раз продемонстрировал свою принципиальность и последовательность. Хотя письмо и было призвано привлечь на свою сторону французских турок, эффект от него получился скорее обратный. Обещая добиться нормализации отношений между Парижем и Анкарой, которые в годы правления Саркози чуть было не вошли в тупик, Олланд в то же время подчеркивает, что от него ни в коем случае не следует ожидать пересмотра гражданской позиции по армянскому вопросу. В письме Демиру Онгеру Олланд подчеркивает, что полон решимости добиться криминализации отрицания не подлежащего сомнению факта геноцида армян. При этом он заверяет, что это его стремление недопустимо воспринимать как проявление туркофобии. По его словам, эта инициатива продиктована лишь желанием “продемонстрировать одинаковое отношение ко всем геноцидам, официально признанным во Франции”.
Хотя его обещание вернуть в повестку закон о криминализации отрицания геноцида и вызвало негативную реакцию Анкары, Демир Онгер, оценивая содержание послания, все-таки склонился к тому, что туркам следует поддержать Олланда. Выбор среди двух зол пал на меньшее. В данном случае, по убеждению турок, это Олланд, поскольку в отличие от Саркози он не так категоричен в вопросе недопустимости членства Турции в ЕС. Если действующий президент справедливо полагает, что туркам не место в семье европейских народов и переговоры на этот счет бессмысленны и нецелесообразны, то его преемник убежден, что диалог на этот счет вести все-таки следует. “Мое мнение по этому вопросу не изменилось с 2004 года. Европейский союз, который согласился начать переговоры по вопросу членства Турции, всегда был привержен принципу объединения разных народов, культур и религий. Стремление Турции стать полноправным членом нашего сообщества свидетельствует о ее желании усовершенствоваться”, — отметил Франсуа Олланд в своем письме Огнеру. Но обратим внимание на очень важный аспект, который в письме, разумеется, не был затронут. Лидер социалистов не упомянул о предварительных условиях, выполнение которых он считает обязательным, если Турция действительно желает вступить в ЕС. В своем недавнем интервью журналу “Le Nouvel Observateur” Олланд высказался на этот счет достаточно определенно, назвав в числе условий и признание Анкарой факта совершенных младотурками преступлений. Настаивая на необходимости возобновления переговоров с Анкарой, он отмечает, что даже при самом положительном настрое сторон процесс не увенчается успехом так быстро, как этого хотели бы в Анкаре. “Это непременно будет длительный процесс, который не завершится в ближайшие пять лет, так как остаются многие препятствия: в Турции должна быть укреплена демократия, кипрский вопрос должен быть решен, турецкие власти должны признать реальность геноцида армян”, — отметил Франсуа Олланд.
Тем не менее в Турции связывают с приходом в Елисейский дворец нового правителя определенные надежды. Однако, если политологи и обозреватели активно делятся своим оптимизмом, то премьер-министр Реджеп Тайип Эрдоган высказывается осторожнее и даже позволяет себе колкости в адрес новоизбранного президента. “Надеемся, что новый глава Франции не станет переносить в реальную политику свои популистские идеи, озвученные на площадях. Если французский лидер, осознав реальность, будет проводить рациональную политику, это, безусловно, положительно скажется на турецко-французских отношениях”, — заявил турецкий премьер.

Что же касается армяно-французских отношений, то изначально было очевидно, что при любом исходе президентских выборов никакой угрозы нашим интересам быть не могло. Политика Франции в регионе Южного Кавказа вряд ли будет подвергнута принципиальным изменениям. Взгляды новоизбранного президента, его пройденный путь, стиль его работы, обещания, данные французским армянам, содержание бесед, которые он имел в Ереване в ходе своего единственного визита в Армению семь лет назад, позволяют заметить, что Францию возглавит принципиальный, грамотный и нравственный человек. Единственная трудность в том, что его команда армянским дипломатам практически не знакома. Отношения придется строить почти с нуля.