Саммит в Сочи: главная задача — укрепление сложившейся стабильности

Архив 201224/01/2012

“Непростые региональные вызовы” заставляют Москву активизировать свою посредническую деятельность
Вчера в Сочи состоялся очередной трехсторонний саммит президентов Дмитрия Медведева, Сержа Саргсяна и Ильхама Алиева, посвященный обсуждению процесса карабахского урегулирования. Состоялись также двусторонние переговоры российского лидера с закавказскими коллегами.

Во время переговоров с Медведевым Серж Саргсян отметил, что такие встречи “очень полезны” и являют собой хорошую возможность обсудить межгосударственные отношения, которые позитивно развиваются. Он также поблагодарил Медведева за усилия по разрешению карабахского кризиса. Очень важно, что эти усилия “позволяют иметь на Южном Кавказе более-менее контролируемую ситуацию”. В свою очередь российский лидер отметил, что прошедший год был неплох с точки зрения расширения товарооборота и деловых взаимосвязей. Но, заглядывая вперед, “нам, конечно, нужно думать о крупных проектах, помимо развития традиционного бизнеса, который и так пронизывает всю ткань взаимоотношений между российской и армянской экономиками”, — считает Медведев. Обсудили президенты и общерегиональную проблематику, причем легко предположить, что в центре их внимания были, в частности, вопросы, связанные с положением вокруг Ирана и ситуацией в арабских странах, где, кроме прочего, имеются многочисленные армянские общины. Дмитрий Медведев отметил, что “есть в регионе ряд непростых вызовов”. Вокруг них и велась беседа.
У российского президента состоялась отдельная встреча и с Ильхамом Алиевым. И в этом случае также Медведев подчеркнул интерес России к региональным коллизиям. “Мы посмотрим на то, как развивается обстановка в регионе. Мы крепко-накрепко связаны с Кавказом, все, что здесь происходит, нам небезразлично, как и происходящее в некоторых прилежащих регионах”, — отметил он. Что касается отношений Москвы с Баку, то, по оценке Кремля, их прошлогодние итоги выглядят “неплохими”, а Ильхам Алиев выразил надежду на дальнейшее их укрепление “по всем направлениям”, особенно в деловой сфере, где имеется явный прогресс. И в этом контексте уже вполне естественным показалось сообщение о том, что российская сторона вдвое увеличит закупки азербайджанского газа. Казалось бы, России своего газа некуда девать, но бизнес есть бизнес: азербайджанские “кубы” всегда можно прибыльно перепродать европейцам.
Затем состоялась трехсторонняя встреча, по итогам которой было принято совместное заявление. В этом документе главы государств, в частности, отметили, что за время, прошедшее после принятия Московской (2008 г.) декларации в деле урегулирования проведена ощутимая работа, “в результате интенсивных переговоров достигнуто продвижение в согласовании Основных принципов нагорно-карабахского урегулирования”. Теперь же, “принимая во внимание важность перехода к разработке Мирного соглашения”, президенты Армении и Азербайджана “выразили готовность ускорить достижение договоренности по Основным принципам с учетом проделанной до сих пор работы”. В заявлении содержится высокая оценка посреднической деятельности как российской стороны, так и других стран — сопредседателей Минской группы ОБСЕ и выражается надежда, что Москва, Вашингтон и Париж будут “и далее играть активную роль в урегулировании вплоть до утверждения окончательного мира и стабильности в регионе”.
Президенты также приняли к сведению доклад послов-сопредседателей о разработанном ими совместно с Личным представителем Действующего председателя ОБСЕ механизме проведения расследований вдоль линии прекращения огня и поручили продолжить эту работу. Было подтверждено, что одной из мер укрепления доверия является развитие гуманитарных контактов между сторонами. В этой связи лидеры двух противоборствующих сторон заявили о своей готовности способствовать дальнейшему налаживанию диалога между представителями интеллигенции, научных и общественных кругов.
Саммит уже вызвал ряд официальных и экспертных комментариев. Так, глава российского МИД Сергей Лавров заявил, что на встрече стороны “обменялись мнениями по конкретным сложным темам и высказались за продолжение усилий по сближению своих позиций”. При этом глава российской дипломатии считает, что Ереван и Баку, обсудив весь комплекс вопросов, которые пока остаются несогласованными, согласились “отойти от максималистских позиций” и выразили готовность “ускорить работу над общими принципами, чтобы затем на этой базе перейти к разработке юридически обязывающего мирного соглашения”. При этом просьба президентов Армении и Азербайджана к российскому коллеге стать также посредником в налаживании гуманитарных связей была встречена позитивно.
Эксперты сходятся во мнении, что несмотря на отсутствие существенного прорыва, положительное значение нынешней встречи умалять неуместно. Очень важно, что, во-первых, как считает, например, замдиректора института Кавказа Сергей Минасян, совместное заявление фиксирует “статус-кво”, а во-вторых, есть надежда на некоторое снижение напряженности непосредственно на линии противостояния. Действительно, если заработает реальный механизм расследования инцидентов, “снайперская война” неизбежно пойдет на убыль. Да и фактическое согласие Алиева на сохранение существующего положения вещей само по себе означает, что нагнетать милитаристскую риторику и с прежней интенсивностью предаваться провокациям смысла нет.
Видимо, большего на сей раз Москва и не планировала достичь. Кремлю крайне важно сохранить стабильность в Закавказье на фоне сложнейшей обстановки вокруг Ирана и на Ближнем Востоке в целом, причем сохранить при любом варианте развития событий. В этом случае Россия, осуществляя контроль над процессами на Южном Кавказе, останется важнейшим игроком (а в ряде случаев — и арбитром) в большой партии, которая ныне разворачивается в Передней Азии. Управление конфликтом, его стабилизация — вот основная задача российского посредничества, которую, кажется, Кремлю удалось решить в Сочи.