“С точки зрения нуворишей Шекспировский фестиваль предприятие нелепое”

Архив 201127/01/2011

До начала театрального фестивального сезона еще далеко, но есть немалые опасения, что Международный шекспировский фестиваль этого года не состоится. В прошлом году дамоклов меч с трудом удалось отвести. Как сложится ситуация в этот раз? Президент этого фестиваля, председатель СТД Акоп КАЗАНЧЯН надежды не теряет.

— Прискорбно, но в этом году ес
ть куда более серьезные опасения за судьбу фестиваля. Хотя я, конечно, и не теряю надежды и собираюсь вскоре встретиться с мэром Кареном Карапетяном. Ведь этот яркий фестиваль в какой-то мере детище мэрии. Напомню, что в первые годы своего существования фестиваль активно поддерживался бывшим мэром Ервандом Захаряном, он был одним из тех, кто дал жизнь нашему начинанию.  
— Специфика шекспировского фестиваля всем понятна. А есть у него другие отличительные черты? Особые.
— Особое отличие в том, что в рамках фестиваля никогда не было самодеятельных изысканий, предлагаемых в качестве “шедевров” современного театрального искусства. Мы стараемся приглашать людей с мировыми именами. В Ереван приезжали Брук, Калягин, Стуруа, МХАТ… — список длинен. Нынешний год не стал бы исключением — мы запланировали два спектакля всемирно известного режиссера Деклана Доннеллана — “Буря” и “Двенадцатая ночь”.
— Может быть, проблема шекспировского “съезда” в том, что все надежды возлагаются исключительно на государство? Многие при этом сетуют, что у нас нет отлаженного продюсерского механизма. Вы, например, пытались привлечь внимание частных спонсоров?
— Конечно, пытались, и порой не безуспешно. Но давайте посмотрим на вопрос глобально. У нас не будет продюсерских центров до тех пор, пока компании, которым под силу финансово поддерживать серьезные проекты, будут продолжать действовать исключительно по велению сверху. И потом у нас напрочь отсутствует культура независимого меценатства. При таком раскладе о каком “отлаженном продюсерском механизме” может быть речь? Сегодня потенциальному меценату не столь важны сама идея и ее наполнение, сколько то, чтоб приказ “оплатить” исходил из высокой инстанции. И это в порядке вещей. В результате спонсоры с удовольствием оплачивают низкопробные проекты, типа “Новый год на армянском ТВ”. И это пугает. Отклонюсь немного. Кто-нибудь задумывался, почему в армянской рекламе так часто звучит дворовый сленг? У меня свое объяснение: и продавец, и покупатель рекламируемого товара общаются именно на этом уродливом суррогате нашего языка. В том велика “заслуга” именно и людей с весьма сомнительным вкусом. Молодежь живет каким-то уродливым телевизионным днем. Поэтому для большинства молодых история Армении начинается с конца двадцатого столетия, но и о ней они толком не знают. Естественно, на этом фоне фестиваль, представляющий произведения какого-то там далекого и “чужого” Шекспира, с точки зрения нуворишей предприятие, мягко говоря, нелепое, если не смешное.
— Но ведь вы шеф не только Шекспировского фестиваля, но и Союза театральных деятелей, разве ваш союз не предпринимает усилий для поддержания театральных фестивалей?
— В наше время творческие союзы, увы, приравнены к общественным организациям. Несмотря на многолетние обещания, законы о творческих союзах, равно как и о театре, так и не приняты. Создается стойкое ощущение, что союзы мешают определенным структурам (да и, кажется, конкретным людям) спокойно жить. Иначе говоря, они некий атавизм, который необходимо отсечь. Ликвидировать. Не хотелось бы сравнений, но и удержаться не могу. К примеру, украинский СТД получает огромную госдотацию для проведения всевозможных фестивалей и координации театрального процесса в стране. Результаты более чем впечатляющие. У нас же приходится с грустью констатировать, что творческие союзы бессильны против шоу-бизнеса и телевидения. Бессильны и беспомощны!
— И все же каким вам представляется ближайшее будущее?
— Я оптимист, да и сдаваться не собираюсь. Думаю, надо положить конец застольным речам, стать более лояльными к критике, да и вообще — начать реально оценивать арт-ситуацию в Армении. Проблемы надо решать, а не передавать по наследству от одного чиновника другому. Надо просто научиться слышать критику и делать адекватные выводы, а не рубить с плеча. Наконец, надо покончить с провинциальным мышлением. Так, уверяю, прочитав это интервью, представитель оппозиции решит, что я переметнулся в их стан, а госчиновник решит, что я под него копаю. Все намного проще. Я просто думаю о будущем нашей страны. Никто из нас не имеет права не быть оптимистом и не думать о том, что мы оставляем нашим потомкам — какие ценности.