Рукопожатие и кулак

Архив 200907/11/2009

В Швейцарии, к которой автор испытывает нежные чувства, произошло нечто вполне обычное для них и крайне необычное для нас. Власти Конфедерации обратились к своим гражданам с просьбой не выступать против того, чтобы рядом с мусульманскими мечетями поднимали еще и минареты. Для ясности: сегодня в Швейцарии проживают около трехсот тысяч мусульман (четыре процента населения страны), действуют сотни мечетей, но минаретов рядом — сосчитать на пальцах. Усмотрев в том непорядок, местные муллы решили диспропорцию устранить, однако самим швейцарцам это показалось не очень здорово, и вопрос о том, быть новым минаретам или не быть, вынесен на назначенный референдум. В случае если большинство проголосует против, новых минаретов не будет, но в таком случае, считают в правительстве, будет другое — ущемление свободы и прав человека, а это чревато всплеском религиозного экстремизма в стране. Сказать, что швейцарцы против минаретов только из-за того, что муэдзины по пять раз на дню затейливо, долго и зычно выкликают единоверцев к молитве и тем самым напрягают их утонченный слух, наверное, не скажешь. Дело скорее в проценте мусульманского населения, который стремится к бесконечности везде и всюду, но в странах с высоким прожиточным минимумом — особенно. Прибавьте к этому здоровый интерес граждан некоторых стран СНГ быть поближе к Альпам, чтоб кататься там как сыр в шоколаде, и вы поймете, откуда у швейцарцев нервный тик. Это с одной стороны. С другой: понимая ситуацию, власти Швейцарии желают добиться ожидаемого не через колено, а подсказывая обществу, как надо поступить, чтобы в стране оставался мир и не начиналась война. Да, тут возможны обвинения: правительство хочет снять с себя ответственность и переложить ее на общество. Но это же хорошо, когда ответственными за все, что происходит в стране, приучают быть граждан, народ, общество. Правда, политическая культура в Швейцарии достигла очень высокого развития, она давно и широко открыта всему новому, включая сферу вероисповедания, где главное — терпимость. Это удерживает страну от радикализма и позволяет рассчитывать на трезвые и взвешенные решения референдумов. Кто спорит, и в Швейцарии иноземцев (иноверцев) признают не все и не всегда, а иной раз и вовсе ведут себя как в самолете: тошнит, да не выйдешь. Но, во-первых, это частные случаи, а во-вторых, такое никогда не говорится в лоб. В Москве, где этническая напряженность по-прежнему высока, больше всего не хватает как раз культивируемой со стороны власти терпимости. Недавний главный милиционер столицы генерал Пронин в открытую называл кавказцев “черными”, и ничего особенного, ходил при своих погонах и даже умножал на них число звезд. Или вот придумали новшество: карту, на которой нарисуют наиболее сложные с точки зрения межнациональных отношений районы Москвы. Затем каждому из них присвоят “коэффициент межнациональной напряженности”. И что? А ничего. Как считают некоторые эксперты, “московские власти пытаются решить проблему, которую сами создали, и эта карта не что иное, как карта военных действий”. Любое государство, если оно желает не слыть, а быть современным, демократичным, открытым, должно объяснять и приучать своих граждан к тому, что терпимость силу не умаляет, а только ее увеличивает и подчеркивает. Как говорил Макс Фриш, известный швейцарский писатель, “терпимость всегда свидетельствует о том, что данная власть считает себя упроченной”. В нашем случае “терпеть” и “переносить” не синонимы. Та терпимость, о которой речь, означает учитывать, прислушиваться, признавать право и на иное мнение, не игнорировать возможность идти друг другу навстречу. Это не всегда получается и не всегда легко, особенно с учетом исторического прошлого, предостерегающего от опасности стать страной невыученных уроков. Тем не менее… В Курске, где в годы войны немцы нельзя сказать чтоб учили детей играть на скрипке, открыто кладбище солдат вермахта, а в Германии, где после наступления Советской армии тоже не скажешь чтоб расцветали яблони и груши, захоронения советских солдат взяты на содержание властей Германии. В Армении и Турции после встреч двух президентов стало ясно: пожимать друг другу руки со сжатыми кулаками не получается. Значит, надо либо от рукопожатий отказаться, либо разжать кулаки. Что правильнее, пусть каждый решает сам. Сергей БАБЛУМЯН Москва