Россия: система опознавания “свой-чужой” действует безотказно

Архив 201018/12/2010

Национальная принадлежность как состав тяжкого преступления
Любое событие имеет повод и причину. Не исключение и нынешние беспорядки на национальной почве в России.

Настоящим поводом стало не столкновение футбольных болельщиков, а празднование мусульманами в середине октября Курбан-байрама. У соборной мечети Москвы собралось более 70 тысяч человек. Муфтии не скрывали радостного удовлетворения: такого количества молящихся даже они не ожидали. Повсюду в городе на глазах прохожих, в том числе детей, резали жертвенных баранов, на тротуарах валялись внутренности животных. Грубый натурализм ритуала возмутил русских. Новый мэр Собянин пообещал, что впредь такого не допустит.
Мусульмане промолчали, но были оскорблены до глубины души. Каков бы ни был обычай, его осуждение “чужим” всегда оскорбительно. Поэтому требовалась лишь искра, чтобы все взорвалось. Ею стало убийство молодым кабардинцем русского фаната “Спартака”. А вот причины происходящего не столь очевидны и очень глубоки. Опросы показали, что две трети русских москвичей воспринимают людей всех иных национальностей в качестве “чужих”, даже если эти “чужие” живут в Москве на протяжении не одного поколения. Никакой разницы при этом между чеченцами, армянами, азербайджанцами, грузинами, таджиками не делается. Их воспринимают совершенно одинаково. Если дагестанец совершает то или иное преступление, грех автоматически падает на всех “кавказцев”. Принцип коллективной вины и коллективной же ответственности действует безотказно. Как, скажем, действовал при Сталине, когда “за сотрудничество с немецкими оккупантами” ссылали всех чеченцев, всех крымских татар, всех калмыков и других “предателей”. Национальная принадлежность стала составом преступления. Эта система опознавания “свой-чужой” оказалась очень живучей — альтернативы-то никто не предложил. Власти понимают, что это опасно, но… Ненависть и презрение к чужакам сидят в глубине сознания и у тех, кому ведать и исправлять надлежит. Не зря же российские СМИ писали, что скинхеды, фанаты, националисты действуют едва ли не под негласным патронажем силовиков, пользуются их тренировочными базами и т.п. Вероятно, “штурмовиков” культивировали на всякий случай, на предмет подавления социальных бунтов, но теперь джинн явно вырывается из бутылки. И загнать его обратно вряд ли возможно, тем более что есть и объективные факторы. Число русских явственно и быстро убывает, Россия на глазах “варваризируется”. Нация пытается избежать того, что рано или поздно случается со всеми великими нациями. То же самое несколько десятилетий назад творилось в Англии (само слово “скинхед” — английского происхождения) и во Франции. Увы, историческую закономерность не преодолеть…
Мы, конечно, ужасаемся, переживаем за родных и друзей, волею судеб обосновавшихся в России. Им сегодня приходится очень несладко. Но взглянем на ситуацию под иным углом. Как бы мы реагировали, если бы в Ереване на каждом углу звучала непонятная, а от этого кажущаяся враждебной речь, если бы на глазах наших детей разбрасывали по улицам бараньи кишки, если бы работодатели предпочитали местным трудягам более “дешевых” гастарбайтеров? А если эти гости еще и ведут себя без должного почтения, если дают понять, что почему-то ставят себя выше “хозяев дома”? Вот то-то и оно… На самом деле вся проблема — в уровне культуры и в воспитании. Много лет прожив в Москве, автор этих строк практически ни разу не столкнулся с притеснением или оскорблением по национальному признаку. Потому что вокруг были интеллигентные, культурные, образованные люди — те, которые брезгуют национализмом, воспринимают его как стыдную болезнь. К сожалению, таких становится все меньше, а разного рода скинхедов — все больше. И не только в России. В этом-то и вся беда.