Россия и Турция договорились о многом

Архив 201013/05/2010

Как нынешнее сближение “заклятых друзей” скажется на ситуации на Южном Кавказе
Вчера завершился визит президента России Дмитрия Медведева в Анкару. Поездка, в ходе которой было подписано почти 25 двусторонних документов, стала, по единодушной оценке экспертов, важнейшим этапом в процессе стремительно улучшающихся российско-турецких отношений и формирования между двумя государствами стратегического партнерства.

Много говорится в этой связи об укреплении и расширении экономического партнерства сторон, особенно в энергетической сфере. Речь идет о строительстве в Турции атомной и газотурбинной электростанций, сотрудничестве в прокладке газопровода “Южный поток”, развитии туристического обмена и многом другом. Однако политическая повестка не менее важна, и симптоматично, что она в ряде пунктов напрямую увязывается с экономическим взаимодействием. Как накануне заявили в Кремле, вполне вероятно, что стороны “обсудят вопросы развития армяно-турецких отношений”. И это обсуждение выглядит естественным в свете пояснения, что “Россия традиционно заинтересована в реализации взаимовыгодных проектов сотрудничества с Арменией, Турцией и между ними”. Нет никаких сомнений, что армяно-турецкие отношения в Анкаре обсуждались, причем именно в контексте “взаимовыгодных проектов”. Об этом можно судить уже по тому, что стороны достигли очень важного соглашения об “организации смешанного железнодорожно-паромного сообщения через порты Кавказ и Самсун”. Напомним, что сегодня практически все транспортное сообщение между Арменией и Россией, за исключением воздушного, происходит по грузинской территории. Основой его является паромная переправа “порт Кавказ — Поти”. Не секрет, что такая ситуация не устраивает и раздражает Москву, поскольку укрепляет монопольную роль Грузии в региональном транзите. Начало паромного сообщения между Россией и Турцией само по себе — а в сочетании с деблокадой армяно-турецкой границы тем более — принципиально изменит положение вещей. Поэтому распространенные утверждения, будто процесс армяно-турецкой нормализации отложен в очень долгий ящик, вероятно, не совсем правомерны. Чем активнее станет развиваться российско-турецкое сотрудничество, тем больше шансов, что заинтересованность и Москвы, и Анкары во включении Армении в региональные проекты объективно будет возрастать.
Не секрет, что в Армении российско-турецкое сближение вызывает некоторые опасения у части аналитиков. Проводятся параллели с 1920 годом, когда наша страна была принесена в жертву идее “мировой революции”, застрельщиком которой в регионе, по идее Кремля, должен был стать режим Ататюрка. Некоторые эксперты опасаются, что “может усилиться роль Анкары в процессе карабахского урегулирования”, российская сторона станет требовать от Еревана и Степанакерта “неприемлемых уступок” и т.п. Думается, аналогии такого рода, как и указанные опасения, не вполне обоснованны. Ведь речь сегодня все-таки идет не о мировой революции, а о развитии многосторонних региональных проектов. Это не может происходить за счет интересов какой-либо из сторон предполагаемого сотрудничества. В таком случае просто ничего не получится. Основа новых подходов — взаимная выгода и, следовательно, компромисс, базой для которого в немалой степени должна стать прямая экономическая заинтересованность всех сторон. И, конечно, как Москва, так и Анкара предпочли бы еще сто лет видеть тот же карабахский конфликт нерешенным (хотя это и нежелательно), чем выдвигать заведомо неисполнимые требования, способные лишь окончательно накалить обстановку и обрушить хрупкий статус-кво. Кстати, именно поэтому Москва вряд ли будет настаивать, скажем, на признании Турцией независимости Абхазии и Южной Осетии, ибо это испортит отношения Анкары с Тбилиси. Но представить ситуацию, при которой турецкая сторона станет развивать торговые и гуманитарные отношения с Сухумом на неофициальной основе вполне возможно. Как бы то ни было, не исключено, что уже вскоре Россия вновь активизирует карабахское миротворчество в рамках Минской группы ОБСЕ, а Турция в свою очередь станет добиваться у Баку согласия на реанимацию нормализации отношений с Ереваном — без ратификации протоколов. Речь может пойти, например, об открытии консульских учреждений, скажем, в Карсе и в Гюмри, “тестировании” железной дороги и иных пограничных инфраструктур и тому подобных “чисто технических” шагах. Тех самых, с которых начинается любой путь.