Роман БАЛАЯН: “Люблю жить между фильмами”

Архив 201115/01/2011

Роман Балаян, народный артист Украины, приступил к работе над новым фильмом. Пока сценарий держится в секрете, но кое-что корреспондентам украинского издания “Подробности” узнать все-таки удалось. Рабочее название картины — “Ангел-хранитель”. По словам одного из самых известных украинских режиссеров, она будет существенно отличаться от предыдущих работ. О новых проектах, предстоящем юбилее и о своих кино-крестниках Роман Балаян рассказал в своем эксклюзивном интервью.
— Когда в воздухе витает Новый год, Рождество, как-то принято подводить итоги. Чем для вас, Роман Гургенович, был 2010-й?
— Ничем абсолютно. Впустую прошел, но я люблю эти пустоты. Все мои друзья знают, что я больше люблю между фильмами жизнь, а когда фильмы — это какое-то обязательство появилось. А так я кайфую, ничего не делаю.
— На 2011-й у вас уже запланирован проект стоимостью в 2 миллиона евро, как говорят. Вам предложили быть режиссером фильма о Сергее Параджанове. А вы выбрали…
— Как вам сказать… Мне кажется, Параджановым многие пользуются — уже 50 фильмов существует документальных. Еще можно пару лет на этом делать. Я не подмазываюсь к этому, я о нем снял “Ночь в музее Параджанова” про коллажи и на этом свою дань его гению отдал. А в то же время еще 100-200 человек есть, которые хорошо знают Параджанова и будут говорить — ну не похоже, ну не так, ну Сергей был другой. Ну зачем мне в это играть? Поэтому я сказал — вы снимайте сами. Я предложил артиста, он же и режиссер французский, армянин по происхождению. Сама Фетисова тоже сорежиссер. А я со стороны так, ну чтобы не наваляли.
— Расскажите о проекте, который запланирован на этот год, о вашем проекте.
— В 90-м году я должен был в Париже снимать французский советский фильм. Мы поссорились по мелочам с продюссершей, и я помню в час ночи вышел, пошел на пешеходный мост и придумал то, что я сейчас должен снимать. Это про ангела-хранителя. Меня удивило, что продюсер московский захотел это. Потому что я случайно ему рассказывал, потому что это арт-хаус такой по большому счету. Ну в смысле не принесет ему денег. Но это его дело. Он захотел, я закончил сценарий, вчера послал смету. Сценарий ему нравится, он очень сдержанный. Я его спрашиваю: ну тебе нравится — то, что ожидалось? Посмотрим. В мае съемки.
— В вашем кабинете на киностудии Довженко, где мы сейчас находимся, очень много фотографий с Олегом Ивановичем Янковским. И, наверное, в большинстве ваших фильмов он сыграл. Каким вы его запомнили?
— Мне сложно говорить, потому что, кроме того что он у меня играл, — он мой товарищ, мой друг. Я с его уходом потерял ориентиры, потому что, когда я собирался писать, я думал о нем в первую очередь. А так у меня уже тема поиска себя в жизни — я этим уже не занимаюсь, поскольку основной, кто олицетворял это, — Олег Янковский. Сейчас эта тема у меня угасла. Поэтому снимаю про ангела-хранителя.
— А вот еще один ныне тоже очень знаменитый российский актер тоже называет вас своим крестным отцом в кинобиографии. Это Олег Меньшиков. Правда ли, что вы дали толчок в его кинокарьере?
— Я первый начал его снимать, меня мой товарищ позвал помочь. Вернее — это я снимал, но без титров. А то мало ли чего, это надо было для военных снимать. Надо было гасить фантазию. А они уже взяли сниматься этого студента Олега Меньшикова. Мне он не понравился. Они мне показали материал, пробежки, походы. “А кто это такой?” — “Главный герой”. — “Да ну вы что! Какой это главный герой? Надо менять”. И я случайно пошел в гримерную, сидит какой-то парень, поет на гитаре. А кто это? Это наш — как это вы его снимали? Совершено не похоже. И я сказал: “Он остается”. Так что первые киноуроки давал я. Есть у меня еще крестный — Машков. Меня, говорит, не хотели утверждать на киевской студии. Утверждать в первом моем фильме, а вы пошли сказали — “утверждаем”.
— В этом году мы ждем серьезного юбилея 15 апреля. Вообще есть какие-то традиции?
— Не, я уеду. Там один человек хочет его справить, как 60 лет — тогда в Октябрьском справляли. Я и тогда был против, я сказал нет — мы уедем, с семьей, с детьми, удерем из Киева. У меня слишком много людей. Слишком много звонков. А если что-то делать, как просят официально, то я кого-то не учту, не назову. Будет много обиженных, а мне это и не надо, тем более что я и 60 не хотел, потому что кругом бедствовали мои коллеги, а тут мне справляли. Вон они — вот видите — это все приехали на мой юбилей, и мне было не очень комфортно. А сейчас тем более — мои коллеги вообще не работают, а тут еще хотят мне справить. Мне почему хотят справить — потому что приедут мои московские знаменитости, на этом можно заработать, ну, тот кто хочет. А мне это не надо.