Развод по-карабахски

Архив 201423/08/2014

Состоявшаяся по инициативе президента России встреча лидеров трех стран в Сочи в минувшие выходные помогла снизить градус напряжения в нарастающем противостоянии между Азербайджаном и Арменией, однако не привнесла коренных перемен в позиции сторон по Нагорному Карабаху. За комментариями по ситуации в регионе и о том, какие противоречия не позволяют прийти к мирному решению конфликта и что может стать отправной точкой для карабахского урегулирования, “Красная звезда” обратилась к первому главе посреднической миссии России по Нагорному Карабаху Чрезвычайному и Полномочному Послу Владимиру КАЗИМИРОВУ.
— Владимир Николаевич, прежде всего следует отметить, что инциденты на линии соприкосновения армянских и азербайджанских сил происходили и ранее. Однако подобного обострения ситуации в зоне нагорно-карабахского конфликта не происходило, пожалуй, с момента вступления в силу режима прекращения огня. И каждый раз в подобных ситуациях справедливо возникают вопросы: кто виноват, как и почему это могло произойти?
— Беда в том, что за последние 20 лет у некоторых руководителей сторон этого конфликта выработалась привычка не выполнять обязательства, официально взятые в процессе мирного урегулирования. Судите сами, 18 февраля 1994 года (за два месяца до полного прекращения огня) по итогам совещания в Москве министров обороны Азербайджана и Армении и представителя Нагорного Карабаха при посредничестве России был подписан протокол, где стороны договорились при достижении прекращения огня развести свои войска от линии соприкосновения. Это обычная международная практика в урегулировании конфликтов.
Все подписали этот документ, но при перемирии азербайджанская сторона сорвала развод войск. Противостоящие стороны остались на близких позициях, что объективно стало одной из первопричин частых инцидентов. Более того, позднее в некоторых местах Баку еще приближал свои передовые позиции к армянским. К тому же эта сторона уклонилась от подписания соглашения о нормализации ситуации на армяно-азербайджанской границе на переговорах, которые мне довелось вести между личными представителями президентов Армении и Азербайджана.
— Безусловно, как и 20 лет назад, Россия сейчас не может отказаться от усилий с целью разрешить этот конфликт мирным путем. Как, на ваш взгляд, российское посредничество может повлиять на ситуацию?
— Это очень важно, что руководство России во главе с президентом Владимиром Путиным, несмотря на массу внутренних дел и осложнение международной ситуации, быстро откликнулось на потребность созвать встречу президентов Армении и Азербайджана. Оглашения итогов этой встречи практически не было, но то, что она оказалась очень важной и своевременной, — несомненный факт.
В целом пробуксовка переговорного процесса давно зависит не от посредников, а от сторон конфликта, цепляющихся за максималистские, иногда явно нереалистические требования. Ни одна из сторон не сможет добиться выполнения всех своих притязаний. Стороны конфликта должны договариваться, думать о результативности процесса, искать разумные компромиссы путем сбалансированных взаимных уступок. На мой взгляд, сейчас основные усилия нужно приложить к тому, чтобы сдвинуть стороны с их чересчур жестких позиций, мешающих компромиссам. Стоит добавить, что Баку полностью игнорирует подписанное по прямому указанию Гейдара Алиева соглашение об укреплении режима прекращения огня от 4 февраля 1995 года, даже делает вид, будто его и не было. А оно имело целью как раз локализацию и устранение инцидентов.
— Сейчас много спекуляций насчет того, что Россия таким образом пытается продемонстрировать авторитет миротворца в решении различных конфликтов. Особенно в контексте общего обострения международной обстановки, активизации политики Запада на Украине и других антироссийских акций и санкций.
— Россия не нуждается в пиаре своего миротворчества. Достаточно вспомнить, что кровопролитие во всех шести вооруженных конфликтах на постсоветском пространстве было остановлено при решающей роли Москвы, потому что они затрагивали ее интересы больше, чем многих других стран. Сейчас масса домыслов и спекуляций вокруг встречи в Сочи. Кое-кто из экспертов подает версию, будто глава Российского государства намеренно проводил ее без участия представителей Франции и США (стран-посредников по Минской группе ОБСЕ — Ред.). А ведь было немало таких встреч втроем и с участием предыдущего президента Дмитрия Медведева. В Париже и во Флориде наши партнеры по Минской группе также самостоятельно проводили такие встречи на самом высоком уровне.
Повышенное внимание России к карабахскому конфликту вполне естественно. К тому же у нас проживает значительная часть азербайджанцев и армян. И напряженность на Южном Кавказе не в интересах России. Не для того она боролась за прекращение огня в карабахском конфликте, чтобы через 20-30 лет безучастно воспринимать угрозу возобновления там военных действий.
— А вы не исключаете, что в контексте последних событий в мировой политике значительное обострение отношений между Азербайджаном и Арменией могло бы быть на руку отдельным игрокам, находящимся далеко за пределами этих стран?
— Руководителям стран — участниц конфликта следует очень серьезно взвесить, прежде чем окунаться в подобную авантюру. Потери для всех сторон были бы гораздо ощутимее, чем в предыдущие десятилетия. Мощь вооруженных сил всех сторон конфликта значительно возросла. Есть и множество других соображений. Поэтому не думаю, что руководители Азербайджана, Армении или Нагорного Карабаха готовы на это пойти.
На мой взгляд, в сложившейся ситуации нет сторон, заинтересованных в возобновлении военных действий, в том числе и по экономическим соображениям. В то же время большую опасность представляет эскалация инцидентов, тем более что многие из них возникают не случайно. К сожалению, одна из сторон придерживается установки “не давать противнику покоя”. Ее руководству хочется доказать соотечественникам свой патриотизм (что оно, мол, не смирится с утратой контроля над семью районами), а с другой — подкрепить сложившуюся систему своей власти. Указанная установка и является второй первопричиной инцидентов. Каждый инцидент может иметь свои конкретные причины, но, если бы не было двух обозначенных первопричин (отказ от развода войск и установка “не давать покоя”), инциденты стали бы редкостью и не грозили перерасти в крупные баталии. О многом говорит и тот факт, что все та же сторона уклоняется от проведения расследования инцидентов.
— В обстановке, когда нет ни универсального решения конфликта мирным путем, ни политической воли к поиску компромиссов, что может способствовать выходу из сложившейся ситуации?
— Одни говорят, что потребуется смена поколений. Другие “скромнее” — нужна, мол, смена руководства. И то и другое займет время. А ведь можно руководству ОБСЕ гораздо четче и настойчивее поставить вопрос об абсолютной необходимости выполнения сторонами взятых обязательств. Пока же он есть лишь в публикациях политологов и журналистов, а должен стать элементарным требованием руководства ОБСЕ к сторонам конфликта.
Фактически в сердцевине этого конфликта — судьба Нагорного Карабаха. При этом одновременно приходится учитывать как его географическое положение внутри бывшей Азербайджанской Советской Социалистической Республики, так и национальный состав коренных жителей Нагорного Карабаха, где явное большинство за армянским населением. Но эти факторы должны взвешивать не столько страны, оказывающие содействие в урегулировании конфликта, сколько сами конфликтующие стороны.