«Российский регион, умирающий у порога Европы”

Архив 201119/05/2011

“Приложившись к первой бутылке водки раньше обычного, Анатолий Жбанов, местный художник, днем отправляется за второй бутылкой. Его путь лежит по грязной проселочной дороге через умирающую деревню Лопотову, расположенную на западной окраине России, в Псковской области. Середина апреля; на обочине у покосившейся избы, где живет местная самогонщица, все еще лежат глыбы снега. Тут Жбанов останавливается и заглядывает внутрь. На подоконнике стоит пластиковая бутыль, наполненная мутной жидкостью. На горлышко надета резиновая перчатка, которая как будто приветственно вам машет. «Так можно определить, что она готова,- говорит Жбанов.- Газ от брожения заставляет перчатку надуваться. Мы называем это «хайль Гитлер»»…
По местным меркам в деревне Лопотовой дела обстоят неплохо. Деревенские жители говорят, что их осталось несколько сотен (десять лет назад было около тысячи), есть и продовольственный магазин, где продавщица большую часть времени подсчитывает на деревянных счетах выручку от продажи спиртного. Неудивительно, что самый ходовой товар — это водка…
Позади магазина, в конце безымянной деревенской улицы Жбанов встречает группу молодых людей в возрасте от 20 до 30 лет, которые сидят на бревне возле будки из листового железа. Они не бездомные, но выглядят именно как бездомные. Через неделю-другую погода улучшится, и они начнут собирать грибы и ягоды и продавать их на обочине дороги. Это самая стабильная здесь форма трудоустройства с 2003 года, когда обанкротилась местная ферма. Кроме этого они могут собирать металлолом, а могут и сходить к Жбанову, который зарабатывает достаточно на продаже своих картин в Санкт-Петербурге и время от времени подкидывает им что-нибудь.
Один из них, уроженец Лопотовой по имени Алик Матвеев, озадаченно чешет затылок в ответ на вопрос о том, когда он в последний раз видел в деревне след правительства. «Да я не помню,- говорит он.- Больницы у нас нет, а школу закрыли в 2006 году. Вроде бы это было государственное здание».
В том самом году Путин провозгласил политику финансирования образования с учетом численности учеников. Это означало, что школы, в которых слишком мало детей, вынуждены были закрыть двери. Во многих малозаселенных районах это просто разрушило систему образования, и молодые семьи побежали в города, чтобы отдать детей в школу…
Губернатор региона Андрей Турчак признает, что исчезнуть придется еще многим деревням. В области более 4000 деревень, где население составляет менее 10 человек, говорит он: «Обычно это означает, что где-то в глуши живут один-два старика… Но мы не в состоянии обеспечить каждого».
Но связи Турчака дали Псковской области хоть какое-то облегчение после его назначения Кремлем в 2009 году. Этот 35-летний мужчина с детским лицом, бывший чемпион по борьбе — сын одного из петербургских друзей Путина, и он разделяет любовь премьер-министра к дзюдо. Оба — обладатели черного пояса, а в клановой политике России такие связи очень сильно помогают…
«Люди знают: работа тракториста — это подняться в полшестого утра, умыться, одеться, быть все время трезвым и сидеть за рулем весь день,- говорит Турчак.- А здесь у людей менталитет таков, что они спрашивают себя: «Зачем мне так унижаться?»».
В Лопотовой это очень похоже на правду. На закате мимо проходит один из друзей Матвеева. Он пьян и спотыкается на ходу. Этот человек целый день пахал на комбайне. «Вот идет наш трудоголик»,- шутит Матвеев, и компания молодых людей хохочет, вновь рассаживаясь на бревне…»
Time, Нью-Йорк, США