Прощание с красивой

Архив 201102/04/2011

Необходимое пояснение. Нижеследующее не является посвящением усопшей, а тем более некрологом, к тому же запоздавшим. Автор всего лишь хочет в канун сугубо армянского женского праздника поделиться соображениями по поводу того, как может (и может ли вообще?) красота изменять мир. Только и всего.
Ушла самая красивая. Насчет “самая” нужны доказательства. Доказательств нет. Есть зачарованность, есть магия имени, которые все, что угодно, но только не вещдок.

Да, всегда можно вспомнить красавиц тех лет и спросить: а чем они, собственно, лучше красавиц нынешнего? Возможно, и ничем. Здесь вопрос времени. Так вот, в свое время, а именно — в шестидесятых годах прошлого века, волею судеб самой-самой была назначена Элизабет Тейлор, и это назначение оказалось не только безукоризненно верным по выбору, но и абсолютно точным по времени. После отошедшей на небеса Мерлин требовался новый кумир, и он явился в прекрасном лице Элизабет.
Воздействие Тейлор на женскую половину Еревана заслуживает отдельного разговора, так как сильно помогло сближению армянок с прекрасным. Пусть с переменным успехом, пусть не в одночасье и, разумеется, не всех, но в общем и целом дело пошло. Если кто помнит ереванских барышень до Элизабет и сравнит их с тем, что можно было лицезреть после, то наверняка обратит внимание на заметную прибавку красоты, грациозности, вкуса. Речь, понятно, не о размноженных искусственным способом Клеопатрах из одноименного фильма, а выборе ориентира, на который хотелось бы держать равнение. В одежде, манерах, предпочтениях.
Государство, назначавшее героев социалистического труда как в производстве, так и во всех других сферах, включая моду, в очередной раз оказалось в дураках. Через журналы типа “Работница” и “Крестьянка” в правофланговые шестидесятых была, к примеру, выдвинута славная Валентина Гаганова (передовик производства ткацкой фабрики Вышнего Волочка), между тем молодые дружно разворачивались в сторону голливудской дивы довольно спорного образа жизни и с более чем сомнительными представлениями по части морального кодекса.
Тут возможен вопрос: откуда к нам это? Оттуда вестимо… Здесь автор хотел бы воздать должное нескольким журналам стран народной демократии с польским “Экраном” и “Фильмом” во главе. Именно они стали тогда окном в киномир, в котором было видно больше, чем даже на широком экране, и интереснее, чем в самом крутом фильме. Они, можно сказать, стали окном в мир, и Элизабет, игнорируемая советской прессой, была представлена в них в богатом ассортименте: в фотографиях с весьма смелым показом телесных прелестей, в светской хронике с головокружительными сюжетами, в придуманных или реально происходивших историях.
Правда, даже достаточно открытая по тем временам польская пресса не очень педалировала определенные нюансы поведения Элизабет, что, кстати говоря, пошло ей на пользу. Потому что высочайшие стандарты красоты с трудом сопрягаются с вздорным характером, пьяными драками, наркотиками и начавшимися развалами браков, которых у мегазвезды набралось аж восемь. Таким образом, стараясь во всем уподобиться кинодиве, ереванские девушки не нарушали принцип, согласно которому вкус — одно из проявлений нравственности. Наши были и красивы, и нравственны. С небольшими, конечно, исключениями…
Завершая воспоминания о прессе. Среди иностранных СМИ было одно самое буржуазное, за которым охотились с особенным азартом, а заполучив, передавали из рук в руки и в буквальном смысле использовали до дыр. Это — журнал “Америка”. Сметливые модницы наловчились сворачивать из нарезанных глянцевых листов удивительно красивые бусы и вешать эту чужеродную бижутерию себе на шею. И вот вам еще один сбой советской идеологической машины, подтвердивший ту мысль В.И.Ленина, что “мы не умеем вести классовой борьбы в газетах так, как ее вела буржуазия”.

Возвращаясь от политики к жизни. В годы царствования Элизабет на экранах мира в Ереване заметно вырос спрос на правильных парикмахеров и достойную косметику. Парикмахеров отбирали из репатриантской среды, косметику — из заграничных посылок. Одновременно молодой женский люд занялся поиском всяких модных штучек оттуда, поступавших сюда главным образом по линии родственных и просто дружеских связей с зарубежными армянами.
В результате ереванские девушки быстро выдвинулись на передовые позиции и стали желанными невестами на просторах родины прелестной. О чем можно судить хотя бы по количеству нынешних москвичек-армянок — невест, жен, затем матерей, а сегодня уже бабушек. И пусть в каждой из них, будь то в Ереване или Москве, по-прежнему живет и побеждает стремление к красоте. А ей, как доказала своей жизнью и своей смертью Элизабет Тейлор, все возрасты покорны.
Вот, собственно, и все…
Москва