Про налог на детей мигрантов, “травматику” и голову школьника в унитазе

Архив 201331/10/2013

События в Бирюлево крайне поляризовали российское общество. Рост ксенофобии получил различные оценки и обоснования. Как бы то ни было, но убийство 25-летнего москвича Егора Щербакова и последовавшие вслед за этим массовые беспорядки, поджоги машин вкупе с ответными жесткими мерами со стороны полиции — все это в первую очередь отозвалось и продолжает отзываться на судьбах миллионов ни в чем не повинных мигрантов, в том числе и наших многочисленных соотечественников.

Согласно статданным Федеральной миграционной службы на октябрь этого года, в России находятся немногим более 492 тысяч наших сограждан. В соотношении с мигрантами из бывших “совковых” республик армян в Белокаменной значительно меньше, чем “понаехавших” из Узбекистана (27,5%), Украины(12,9%), Таджикистана(12,8%), Азербайджана (5,5%) и вплоть до Молдовы (4,8%) и Казахстана (4,5%). В данном официальном списочном рейтинге мигранты из Армении довольствуются “почетной” седьмой строчкой. 
При этом, совершенно естественно, выехавших “за хлебом насущным” мужчин вдвое больше, чем находящихся в российских пределах армянских женщин. А с учетом того, что среди наших гастарбайтеров более полусотни тысяч детей в возрасте до 17 лет, то нетрудно предположить — значительная часть армян подалась в Россию вместе с семьей. 
Кстати, как уже писала “НВ”, редкие единицы из общего числа отбывших официально удостоены привычного клише “торгаши” — лишь менее четырех процентов наших соотечественников работают в сфере торговли. Согласно данным отечественного госагентства миграции, почти половина армян, отправившихся в Россию на сезонные работы, трудится на строительстве. Пятая же часть временных мигрантов “осела” в сфере услуг. 
Не секрет, что значительная часть мигрантского заработка направляется проживающим на исторической родине родственникам. Известно также, что трансферты из России уже составляют почти полтора миллиарда долларов, или около 14% ВВП Армении. Так что совершенно очевидно, насколько драматично скажется ужесточение отношения российских властей как к нашим, так, впрочем, и ко всем гастарбайтерам в целом. 
Одним из тревожных звонков в этом направлении можно считать внесенный в Госдуму законопроект единороса Алексея Журавлева и жириновца Сергея Жигарева. Проект предлагает обязать иностранцев, отдающих своих детей в российские детские сады и школы, предоставлять документы, подтверждающие, что они платят налоги в течение всего срока пребывания в стране. Иными словами, если это предложение будет принято, то в учебных заведениях больше не смогут учиться дети тех мигрантов, которые работают “бомбилами”, дворниками, строителями, продавцами и грузчиками на рынках, то есть официально нигде не числятся. Сейчас для поступления их детей в школу достаточно представить только справку о временной регистрации. 
В связи с этим любопытный репортаж провела “Лента.ру” — отправилась в столичные учебные заведения, чтобы посмотреть, как учатся мигранты. Выяснилось, что многие школьники собираются уехать из России после погромов в Бирюлево, а учителя воспитывают своих подопечных, угрожая им миграционной службой. 
По заключению старшего научного сотрудника Института демографии Высшей школы экономики Юлии Флоринской, чаще детей берут с собой выходцы из Армении и Азербайджана, мигранты из Центральной Азии предпочитают оставлять их дома. При этом армяне и азербайджанцы устраивают в садики почти половину своих детей, тогда как общая статистика говорит лишь о двадцати процентах детей гастарбайтеров, посещающих российский детский сад. В школу же, по данным Института демографии ВШЭ, ходят от 70-ти до 80-ти процентов “мигрантских” детей. 
В частности, армянин Самвел (имя изменено), закончивший российскую школу несколько лет назад, утверждает, что мигрантам, чтобы устроить своих детей в учебные заведения, часто приходится работать в школе, в том числе уборщиками и дворниками. “Родители работают за совсем небольшие деньги, тысяч за 20 вместо 35-ти, а взамен их ребенок учится в школе”, — рассказывает Самвел. Он добавляет, что детей школам в принципе брать выгодно, и чем больше, тем лучше: за каждого ребенка департамент образования перечисляет школе средства. По его словам, поборы продолжаются на протяжении всего обучения, но активизируются ближе к выпускному: родителям Самвела предлагали заплатить две тысячи долларов за серебряную медаль… 
14-летний азербайджанец Зафар (имя изменено) не боится испортить отношения с учителями, потому что скоро уедет учиться в Баку. Его отец работал продавцом на овощебазе в Бирюлево, но ее закрыли после погрома. “Кроме того что отец остался без работы, а значит, денег у нас теперь нет, просто опасно стало, — объясняет Зафар. — В те дни большинство азербайджанцев не выходили на улицу. А теперь многие собираются уехать. А многие уже уехали”. 
Его одноклассница, 13-летняя Самира (она тоже азербайджанка, имя изменено), рассказывает, что после погромов ее родители попросили хозяйку квартиры снизить арендную плату (отец работал на овощной базе и остался без работы), та в ответ предложила им куда-нибудь переехать. После событий в Бирюлево Самира стала меньше гулять: то мужчины косо смотрят, то бабушки у подъезда рассматривают с осуждением. 
У самого Зафара есть приятель, которого он называет “скинхедом”. Они вместе часто гуляют по Чертанову, даже когда “скинхед” собирается кого-нибудь бить. “Он хороший парень, добрый скинхед. Говорит, просто от жизни веселья не получает, — объясняет Зафар. — Он в школе не дерется, не любит только тех, кто носит красные мокасины, и тех, кто на улице лезгинку танцует. Мы таких тупаками называем”. 
Зафар и Самира ездят домой только во время летних каникул. Большинство их одноклассников тоже проводят лето не в Москве, потому что разъезжаются по родным странам — в Азербайджан, Армению, Узбекистан, Украину, Молдавию, Таджикистан, Сербию. 
В школе N 1076, которая находится в районе Гольяново, иностранных граждан больше половины. В первом классе из 26 учеников — 18 мигрантов. В шестом из 31-го — 22 мигранта. В целом больше всего в школе выходцев из Киргизии (91 человек), Таджикистана (91 человек), Азербайджана (31 человек), Узбекистана (27 человек); в этом году записались два ребенка из Сирии. 
По словам директора школы Светланы Фомичевой, на мигрантов есть особенные рычаги влияния. “Вот подрались недавно вьетнамец и азербайджанец, я сразу написала бумагу в ФМС. Для тех, кто нелегально живет, она многое значит, — откровенничает директор. — Была обычная драка, без национальной почвы. И бумаги лежали, но одноклассники вступились, написали обращение, чтобы их простили, что берут их на поруки”. 
Информация о некоторых конфликтах с участием школьников-мигрантов попадает в социальные сети. Есть, например, ролик про то, как школьника ставят на колени и заставляют сказать: “Анжи” — чемпион, а русские *******”; есть записи, на которых учителям непосредственно во время урока угрожают травматическими пистолетами… 
Ученик гольяновской школы N 1076 Арбоб (имя изменено), наполовину таджик, наполовину иранец, уверен, что учебное заведение скоро ликвидируют, потому что “все рынки к **** позакрывали”. Впрочем, гольяновскую школу посещают не все местные дети мигрантов.
16-летний таджик в оранжевой жилетке, работающий дворником неподалеку, возле станции метро “Щелковская”, жестами и кивками объяснил корреспонденту “Ленты.ру”, что никогда не ходил в российскую школу.  16-летний узбек Шерзод (имя изменено) прогуливается по спортивной площадке школы на юге Москвы. Его родители перебиваются непостоянными заработками. Отец то бомбит на старой “шестерке”, то продает фрукты в палатке. Мать тоже торговала, некоторое время работала уборщицей в школе сына. Старший брат не может устроиться на работу. Раз в месяц или реже на одноклассников Шерзода, как он сам говорит, “что-то находит” — они хватают его, тащат в туалет и засовывают головой в унитаз, но не бьют. В остальное время Шерзод с ними дружит и не конфликтует. Даже иногда дает списывать… 

Против инициативы Журавлева-Жигарева выступил председатель Профсоюза трудящихся-мигрантов Ренат Каримов. По его словам, квота ФМС установлена в 1,7 миллиона человек, тогда как в стране около одиннадцати миллионов мигрантов, для детей которых путь в школы и детсады будет закрыт. Его поддерживает президент федерации мигрантов России Мухаммад Амин Маджумдер. “Думаю, это бредовые идеи, — сказал он в эфире телеканала ТВ100. — Если хотим жить с открытыми границами, не нужно так делать. Иначе нужно закрыть границы. 90 процентов мигрантов находятся нелегально в России”. Солидарен с ними также уполномоченный по правам ребенка в России Павел Астахов. “Это глупо, потому что Господь Бог создал всех людей разными. Раньше была государственная политика — интернационализм, — заявил Астахов. — Ее надо возрождать, учитывая ошибки Европы”.
По материалам российских СМИ
Подготовил