Перед встречей с экватором

Архив 200905/11/2009

“Армения” подошла совсем близко к экватору. Жарко… Штормит… Начальник экспедиции Зорий БАЛАЯН передает с борта корабля
…Перед тем как сесть за этот репортаж, позвонили по спутниковому телефону из Чили.

Как всегда — плохая слышимость. Сплошные помехи, которые увеличиваются во время шторма. Учитывая, что это был не первый звонок из Чили, я понял, что речь идет о настоятельной просьбе наших соотечественников не обойти их стороной. Ибо никто никогда из матери-родины (не считая, наверное, посла) их не посещает. Порылся в архивах. Узнал, что армяне появились в Чили в тридцатых годах прошлого столетия. В основном из Индии, Турции, Палестины, Ближнего Востока. Отмечаются известные предприниматели, общественные деятели. Самые свежие данные (2003 год) дает энциклопедический словарь “Спюрк”. Около 1500 армян, есть община. Снимок симпатичного общественного здания — Армянский дом. Может, за последние годы число их уменьшилось (или увеличилось). Теперь уже не имеет значения. Если мы обойдем их стороной сейчас, то в маршрут второго кругосветного плавания Чили никак не сможет войти. Будем считать, что решение принято. Тоже ведь долг.

Итак “Армения” уже огибает северо-восточный участок Южной Америки, оставив позади все “конкретные” и условные границы Карибского моря, которого при всех пережитых нами мытарствах не хотелось бы поминать лихом. Храни его Господь. Уже идем, соблюдая законы географии, по водам Южноатлантического океана. В эти минуты у нас на траверзе находится порт Парамариба. Старшее, а может, очень старшее поколение, наверное, хорошо помнит страшно популярный шлягер (пятидесятые-шестидесятые годы) об этом городе. На первый взгляд, незатейливые слова, но миллионы людей день и ночь на протяжении нескольких лет пели и слушали. Если не изменяет память, вот как звучал припев той песни: “Парамариба, Парамариба, Парамариба — город утренней зари. Парамариба, Парамариба — матрос матросу, улыбаясь, говорит”. Или в другом куплете: “Он о любви и дружбе говорит”. И вот мы встретились с моей, нет не юностью, а зрелой молодостью.
Трудности у нас все те же. Духота и влажность тропиков с проливными дождями и грозами. И проклятый встречный ветер. Вообще о нашем маршруте и о вечных встречных ветрах и течениях надобно поговорить отдельно. Ведь мы вовсе не случайно идем вот так — наперекор стихии. Если хотите — речь о долге. Мы полностью вышли из запланированного графика только потому, что уже прошли (выполняя именно долг перед программой экспедиции) дополнительные многие тысячи миль. А теперь вот соскучившиеся по соотечественникам чилийские армяне просят нас завернуть к ним. Это значит, новые тысячи и тысячи миль. Надо подумать. Хотя чего думать. Сказано же, что решено.
Собственно, о каких трудностях можно говорить, если скоро мы встречаемся с самим Нептуном. К черту все остальное! Нет сомнения, что все знают, кто такой этот самый бог морей, океанов и морских стихий. Но два слова все-таки как об этом языческом боге, так и о самом празднике, носящем его имя. Справедливости ради надо напомнить, что Нептун — древнеримский последователь древнегреческого бога морей и океанов Посейдона, который, как и многие языческие боги, имел прорву других обязанностей, в том числе и покровитель — коней и конских бегов. Но у истории свои причуды. Нептун оказался популярнее своего предшественника. Может, это от того, что Посейдон не очень хорошо вел себя в быту. Вот строка из мифологии: “Как и Зевс, Посейдон имеет наряду с законной супругой множество возлюбленных (как морских, так и земных)”. Сам виноват, нечего было ходить налево, надо было сохранять свой моральный облик. Ведь у него была просто-таки божественная супруга — Амфитрита, которая поражала всех своей синеокой красотой и всегда спешила на помощь тонущим морякам. Нельзя. Никак нельзя изменять женщине, которая спасает тонущих моряков. Ее даже называли “вечнопоющей, как океан”. Словом, что ни говори, а такой жене грешно было изменять. Вот история и наказала Посейдона, выдвинув вперед Нептуна. Хотя и Нептун был не ахти какой моралист. Вообще все эти языческие боги одним миром помазаны. Но все равно они нам симпатичны.
Известно, что праздник Нептуна стали торжественно отмечать в XVI веке. Исследователи отмечают, что поводом (или причиной), чтобы торжественно молиться Богу о спасении, было то, что многие моряки в жутких условиях прохождения по экваториальному поясу погибали. Виной чаще всего был все тот же мертвый штиль. Все то же безветрие, когда подолгу приходилось дрейфовать или стоять на якоре, или вертеться вокруг да около, когда уже закончились все припасы — и еда, и вода. Погибали толпами. Однако когда морякам везло, то в этом видели только божий перст. И вот тогда попутный ветер, дождь со своей дистиллированной водой уже приписывали молитве богу океанов и морей. Так что молитва переросла в праздник.
Сохранились не документальные факты, а легенды, сказания и песни, из которых можно было получить представление о сути, скажем нынешней терминологией, сценария самого праздника. Приведу один из самых древних вариантов “сценария”. Моряки молились Нептуну, который неожиданно для всех одного из членов экипажа забирал к себе на дно в свои “царские” палаты. Там он узнавал о том, что за корабль, кто эти люди, куда следуют и с какой целью. И лишь потом вручал приведенному к себе моряку копии своего трезубца и короны, давая право провести крещение всех моряков морской водой. Есть другие версии. Сам Нептун являлся на судно с чертом или чертями, дабы изгонять зло. А остальное — уже местная импровизированная самодеятельность. Праздник Нептуна отмечают даже на суше, где принимают участие до десятка тысяч человек.
Учитывая, что все известные великие армянские адмиралы и мореплаватели были выходцами из русского (советского) флота, напомню, что впервые праздник Нептуна сами русские отметили в 1803 году во время кругосветного плавания на шлюпах “Надежда” и “Нева” под командованием капитан-лейтенантов Крузерштерна и Лисянского. Еще шире, еще театральнее отмечали русские праздник Нептуна во время экспедиции Белинсгаузена и Лазарева (1819-1821 гг.) на шлюпах “Восток” и “Мирный”.
Сценарии всегда бывают разными. Чаще всего это зависит от количества членов экипажа, которое давало возможность распределять разные и различные роли. Зачастую занимались не только импровизацией, но и даже “оперативным” творчеством по ходу спектакля. Мы хотим попроще. Возьмем за основу самый древний вариант. Сейчас трудно сказать, что и как будет в деталях во время праздника. Одно могу сказать твердо. Я предложил для исполнения роли Нептуна Гайка Бадаляна. Не правда ли, в словосочетании “исполнение роли” есть явная театральная суть? Так кому, как не родному племяннику великого артиста Мгера Мкртчяна (Гайк — сын его сестры Рузанны), сыграть роль Нептуна!? Это ведь заодно и память о нашем Фрунзике. Вспомним и о нем на экваторе. Кстати, именно Гайк готовит на компьютере дипломы, которые будут вручаться каждому. О том, как в реалии пройдет праздник и, главное, где он пройдет, в какой точке, читатель узнает уже из репортажа, отправленного с борта “Армении” после пересечения экватора. По секрету могу сказать, что это будет недалеко от устья величайшей реки в мире — Амазонки. А пока — генеральная репетиция.

На траверзе, справа от борта “Армении”, остались Суринам — по территории 90-я страна в мире, по населению — 170-я, площадь пресноводной поверхности — 1,1 процента; Гайана, по территории — 81-я, по населению 161-я; питьевая вода — 3,2%. Напомним, в Армении — 4,7 процента. Всегда буду без устали об этом напоминать, давая понять, что предостережение об опасности судьбы Севана — это не назойливость, в данном случае — не мой писательский зуд, а нестерпимая боль всего нашего народа. Я слишком хорошо знаю драматическую историю Севана. Опубликовал более ста материалов о проблеме нашего озера. Как уже ранее отмечалось, будучи многие годы сопредседателем международной экологической организации “Байкальское движение” (о мировой проблеме питьевой воды), поднимал вопрос не только в СССР и в частности Армении, но и в различных странах. Я уже в одном из репортажей заметил, что в те годы написал небольшую книгу о Севане, назвав ее “Последний родник”. Севан — это мать всех наших родников. Причем кормящая мать. И это все более чем серьезно.
Сейчас мы как-то успокоились. Видите ли, остановилось падение уровня воды Севана. Это самообман. В свое время мы преступно выпустили воду, снизив уровень на 18-20 метров. Специалисты знают, к чему это приведет и чем это кончится в будущем. Если при таком, скажем так, неестественном, неприродном, негенетическом уровне мы будем и далее продолжать загрязнять последний родник — наш священный колодец, в который нормальные люди не плюют, то беды не миновать. Количество опасной грязи непременно рано или поздно перейдет в качество, и проклянут нас потомки. Ведь, к несчастью, мы не успели в советское время достроить спасительный кольцевой коллектор, который решил бы проблему загрязнения.
И вот сейчас, сколько лет уже путешествуя по белу свету, я не могу не обращать внимание на то, как остро стоит этот актуальнейший вопрос во всем мире. Я ведь вовсе не случайно собираю материал на тему “Мир и питьевая вода”. К ней я вернусь вновь непременно. Конечно, писать можно будет уже только по возвращении домой. Кстати, возвращение это, по всей видимости, может быть относительно скоро. Как уже было сказано, изменения маршрута у нас были объективные и закономерные. Ибо в экспедиции маршрут не может быть догмой. Вот и теперь, как видим, еще прибавляется огромный отрезок в несколько тысяч миль из-за посещения Чили и острова Пасхи. О них подробный разговор — в будущих репортажах. Так что, как это было во время плавания на “Киликии”, нам придется в плавании хотя бы раз вернуться, чтобы обновить экспедиционные материалы.

Мы скоро одолеем 18 тысяч миль. Если учесть зигзаги, то это уже длина экватора Земли. Впереди, по новому маршруту, не считая тех же зигзагов, остается 22-23 тысячи миль со сложнейшими отрезками пути.
А пока подумаем о самом важном в эту минуту. О встрече с экватором. Ведь это будет впервые — Армянское судно с государственным флагом пересечет экватор. Все — впервые. Говорят, Бог любит первых.
Зорий БАЛАЯН