Отец Александр: “Если человек стремится к Богу, язык — не преграда”

Архив 201112/04/2011

Отец Александр: “Если человек стремится к Богу, язык - не преграда” Мало кто знает о существовании в Ереване Грузинской Православной церкви (храм Воскресения Иисуса Христа), затерявшейся в Норагавите. Рядом с ней армянская — Сурб Геворг. Как бы там ни было, но храм есть, он действует. И имеет своего настоятеля — протоиерея Александра ШКАРБАНЕНКО. К дому Божьему его привела тернистая, более чем извилистая дорога.

— Отец Александр, вы, русский, родились в Армении и возглавляете Грузинскую церковь… Как так у вас сложилось?
— По воле Божьей родился в Ереване в 1958 году в семье летчика. С материнской линии у меня потомственные кубанские казаки, с отцовской — донские. С детства познания о Боге были весьма смутные. Видел, конечно, иконы, когда посещал родину отца город Батайск. В детстве мне никто не мог дать ответа на вопрос, кто есть Бог, для чего мы пришли в этот мир, но помнится мне одно детское впечатление — будучи мальчиком, в день Святой Пасхи я всегда чувствовал какое-то особое пробуждение всей земли — щебетание птиц, яркое солнце… Во всем этом есть какое-то Божественное проявление. У меня была сложная жизненная ситуация: первая семья (невенчанный брак) распалась. Впервые обратился к Богу в 1983 году, когда пришел с сыном-первенцем в церковь Сурб Геворг и принес свою коллекцию икон в дар. Это потом я понял, что иконы коллекционировать нельзя, они существуют для того, чтобы через них поклоняться святым, Господу Богу, Иисусу Христу и Силам Небесным… В 1984 году мой сын умер в возрасте трех лет и трех месяцев, а через два года на могиле сына я обратился к Богу: “Господи, если ты есть, пошли мне другого сына, чтобы он в точности был похож на первенца”. И произошло чудо — моя вторая жена принесла мне сына. Это первое чудо, которое мне, как человеку, показал Бог. После этого соприкосновения с Богом я стал искать Его. Поскольку в Ереване не было православных церквей, я десятилетним был крещен в церкви Сурб Саркиса. В середине 80-х сюда начали пробиваться различные секты, показывать свои фильмы (я посмотрел один фильм, он мне не понравился), я познакомился с человеком, который затащил меня в свою, так называемую, общину. Это были “пятидесятники”, и когда я увидел, как они впадают в экстаз, что-то бормочут, плачут, я ушел. После этого ушел к кришнаитам и задержался на полгода. Задал одному из них вопрос: “А исцеляет ваш Кришна от каких-либо физических недугов?” Он ответил: “Нет”. Я отвернулся от них. После этого стал ходить в Церковь Воскресения Христа, настоятелем которой был игумен отец Георгий, который в настоящее время является настоятелем Церкви Александра Невского в Тбилиси уже в сане архимандрита. Вначале был прихожанином, потом пел, читал Псалмы. Принял крещение по Православному обряду. В 1999 году отец Георгий меня повез к Патриарху Всея Грузии Илие, который дал мне сан дьякона. Потом рукоположили в иереи, в сан протоиерея. В 2003 году наградили Золотым Крестом и дали право ношения Митры.
— Ваша церковь, судя по всему, мало кому известна. Вы знаете ее историю?
— Раньше на территории церкви Сурб Геворга располагался монастырский комплекс. До 1973 года здесь находились военные склады, церкви, понятно, были недействующими. В 1983 году открылась церковь Сурб Геворга, а потом была восстановлена и наша церковь, которая с 1987 года стала действовать как Грузинская Православная. Когда приход отрылся, было много русских прихожан, даже было невозможно всех вместить. Когда в конце 80-х — начале 90-х произошел отток населения, приход очень сократился. Сейчас он в основном русский — есть и православные армяне. Грузинская община — в Ереване около 250 человек — церковь активно не посещает, хотя есть, конечно, прихожане грузины. Поскольку церковь у нас Воскресная, служба совершается по субботам и воскресеньям, а также по великим и двунадесятым праздникам.
Когда произошли известные события в Приднестровье, я беседовал с беженцами из Молдавии, которые укрылись в монастыре в Одессе — они, не зная церковно-славянского языка, после службы сказали: “Мы стояли в церки и не понимали языка, но нам так было хорошо и у нас текли слезы благодати”. Поверьте, если человек стремится к Богу, язык не будет являться преградой. Главное — стремление, потому что Бог касается каждого человека.
— Наша газета часто обращается к проблемам беженцев из Азербайджана, которые, оказавшись в очень затруднительном положении, пополнили ряды сект. Как, по-вашему, их можно вернуть в лоно истинной церкви?
— Для того чтобы привести людей, во-первых, церковь должна заниматься миссионерской деятельностью. Во-вторых, в наше тяжелое время в секты людей завлекают чисто материальными путями, многие секты оплачивают приход каждого члена, в частности иеговисты, в которой “ставка” от 15 долларов. Многие люди, попавшие в их сети, остаются без средств к существованию. В частности, распространена охота за их имуществом, многие теряют крышу над головой. И вообще они становятся людьми зомбированными. Что же касается того, как привлечь людей к Церкви, то в России, к примеру, есть православные ТВ-каналы, вещающие круглосуточно, выпускаются газеты и журналы, которые ведут духовную подготовку к приходу в лоно истинной Православной церкви. К сожалению, в Армении этого пока нет.
Человека привести в лоно церкви можно своим личным примером, частыми проповедями церкви, чтобы в итоге поняли — спасение и вход в Вечную Церковь могут произойти только посредством церкви. Только в церкви присутствуют великие таинства, которые оставил нам Иисус Христос. В Русском Православном храме в Зейтун-Канакере много прихожан-беженцев. К нам тоже приезжают люди, которые живут в дальних районах, согласитесь, очень непросто в холодные месяцы добраться в Норагавит на службу к 9 утра. Но это тоже своего рода подвижничество. Само христианство, истинное христианство православия, — это прохождение подвига на земле.
— На ваш взгляд, можно говорить о некоем преимуществе Православия? Корректно ли это в отношении других церквей
— Благодатный огонь во время Православной Пасхи получают только православные патриархи, истина и торжество веры присутствует только в православии. Это подтверждает сам Бог, потому что мощи святых, мироточивые иконы есть только в православии. Сколько мощей святых находится в Киево-Печерской лавре, на Святой горе Афон, в православных странах! В частности, величайший святой Николай Чудотворец, мощи которого до сих пор источают миро. Мощи Александра Свирского, которые сохранились нетленными с 1540 года, кожа его до сих пор эластична. Вот так Бог показывает торжество и истинность вероисповедания, присущие православию.
— В Армении тоже немало святых мест, но ощущение их святости не всегда заметно. Почему?
— Увы, приходится констатировать тот факт, что святые места Армении, к примеру, Гегардский монастырь, слишком задействованы в туризм, я бы сказал приземлились. Простой пример: женщины заходят в храм не только без головного убора, но и в шортах и топах. Разве можно так приходить в дом Божий?! Нужны ограничения, чтобы люди, даже приезжающие из-за границы посмотреть армянские святыни, как-то понимали и осознавали, что они входят в святое место. Это вопрос глобальный и очень болезненный, но его должно решать прежде всего армянское духовенство. Его нельзя решить в одночасье. Думаю, этому должны помочь и СМИ.
— Библия ясно свидетельствует, что когда люди погрязли в грехах и бесчестии, их постиг потоп. Не являются ли нынешние катаклизмы свидетельством грехопадения?
— Катаклизмы, происходящие на земле, показывают, насколько возросли грехи человека, что нет у людей покаяния, поэтому Господь пока вот так предупреждает, призывает — покайтесь, очнитесь… Ученые предупреждают, что к 2050 году население земного шара достигнет такого количества, что не сможет прокормиться. Конечно, чисто по человеческому сознанию земля не сможет выдержать. Но только по одной простой причине: мы далеко ушли от Бога. Технический прогресс не приближает человека к Богу, а удаляет, поэтому человек надеется на свой разум… И конец придет тогда, когда оскудеет любовь. Происходит глобализация, а глобализация — это уничтожение духовности, культуры, традиций, языкового барьера. Это приход к строительству Вавилонской башни, когда человек, забывая Бога, объединяется якобы под сознанием общего дела, но все это не очень хорошо закончится. Армения перестанет быть Арменией. Россия Россией. Грузия Грузией. И так далее. Или, к примеру, экуменистическое движение, которое есть движение сатаны. Как может православный молиться с сатанистом, с мусульманином?! Это все равно что небо и земля. К сожалению, в этом действе сейчас принимают участие также представители Армянской Апостольской церкви, представители и Православных церквей, которые говорят, что это хорошо. А это реальный раскол внутри церкви. Если мы вспомним Советский Союз с общим пространством — что из этого получилось?! Развал. Сейчас стерли границы в Европе, ввели единую валюту и говорят, что это хорошо, но из этого тоже ничего хорошего не выйдет.
— Многие сейчас — верующие и даже неверующие — с ужасом ожидают 2012 года. Кто-то говорит, что будет конец света, кто-то указывает на начало новой эры…
— В 2012 году произойдет смена эпохи. Конечно, это повлечет много катаклизмов, много негативного, но конца света не будет. Бог терпелив, он терпит нас, призывает к покаянию. И даже во время Страшного суда не Бог нас будет судить, а наша совесть. По нашей совести будем давать отчет Господу. Воля самого человека, как ему жить. Но надо стараться жить в мире, любви и согласии, потому что любовь иссякает очень и очень быстро и создается царство зла, где правят только деньги, а человек должен быть не рабом, а хозяином. Хозяином над деньгами, над страстями, чтобы их побежать.
Елена ШУВАЕВА-ПЕТРОСЯН,
Николай БАБАДЖАНЯН