От Астрахани до Астаны: миротворчество без компромиссов

Архив 201004/11/2010

Посредники стремятся дополнить переговорный формат участием Степанакерта?

Ведущие зарубежные эксперты и политики продолжают комментировать итоги трехсторонней астраханской встречи российского, армянского и азербайджанского президентов. При этом однозначно признается, что ее содержание так или иначе отразится на результатах предстоящего саммита ОБСЕ в Астане.

Достаточно свежо выглядит в этом ряду прогноз обычно очень хорошо осведомленного эксперта Германского совета внешней политики Александра Рара. По его словам, в Астане можно ожидать подвижек в виде некой декларации, в которой стороны призовут самостоятельно искать пути решения конфликта. Дело в том, что хотя переговоры в Астрахани показали “приверженность сторон к продолжению мирных переговоров, они пока не готовы идти на компромисс”. В этих условиях, полагает Рар, единственная возможность кардинально разрешить кризис — предоставить Карабаху независимость. Но сделать это сегодня не удастся, надо дождаться, когда стороны “изменят свои позиции”.
Ясно, что дожидаться этого можно еще очень и очень долго. Тем более, считает аналитик Российской торгово-промышленной палаты Сергей Гриянев, очевидно “отсутствие желания Евросоюза повлиять на переговорный процесс между Арменией и Азербайджаном… Европейцы всегда “за”, когда речь идет об энергоресурсах, и постоянно уклоняются от практического участия в разрешении карабахской проблемы”. Да и вообще “мировые центры в геополитических играх на пространстве Евразии учитывают лишь собственные эгоистические интересы, забывая, что в странах региона также живут люди и что это их земля, их страны и их история”. Аналогичной точки зрения придерживается и популярный российский телеведущий и геоаналитик Максим Шевченко. От также убежден, что карабахский конфликт останется в “замороженном” состоянии по крайней мере до тех пор, пока в Азербайджане не закончатся ископаемые энергоносители. Произойдет это лет через 15, что, заметим, идеально укладывается в формулу Мадридских принципов о проведении в Карабахе референдума о статусе именно в это время. То есть в тот период, когда заинтересованность в азербайджанских нефти и газе (пресловутые “эгоистические интересы”) сойдет на нет за их отсутствием. Можно будет порадеть о праве и справедливости…
Однако могут ли стороны сами найти решение, если одна из них — Арцах — официально в переговорах не участвует? Разумеется, нет. Это все понимают. Встречаясь с представителями армянской диаспоры в США, американский посол в Ереване Мари Йованович заявила: “Существует общее признание факта, что справедливое и долговременное урегулирование конфликта невозможно без участия народа Нагорного Карабаха… На каком-то этапе Нагорный Карабах будет вовлечен в переговорный процесс, но с этим должны согласиться все стороны, включая Азербайджан”. Значит, “общепризнанный факт” состоит в том, что нынешний переговорный формат без участия Степанакерта бесплоден. Не об этом ли в той или иной форме будет упомянуто в готовящейся Астанинской декларации? И не в контексте ли подготовки такого документа посетит Баку президент Франции Николя Саркози? Наблюдатели (по наводке, заметим, азербайджанской стороны) склоняются к мнению, что французский лидер обсудит на Апшероне вопросы, связанные с назревшей ротацией посла Бернара Фасье в Минской группе ОБСЕ, его замену на экс-представителя Парижа в Ереване Сержа Смессова. Типа поедет согласовывать кандидатуру нового сопредседателя. Очень сомнительно: согласование таких вопросов не происходит на уровне глав государств, ради этого не организуют официальные президентские визиты. Другое дело, что Николя Саркози может попытаться развить и конкретизировать те или иные элементы встречи в Астрахани, в том числе относительно возможности привлечь к переговорам непосредственно Арцах.
Нельзя не признать: в подобном подходе международного сообщества содержится плохо скрытая угроза. Очевидно, что призыв к сторонам конфликта самостоятельно искать компромисс пахнет войной. Видимо, предполагается, что этого участники конфликта убоятся и “возьмутся за ум”. Что ж, угроза войной — проверенный механизм из арсенала принуждения к миру…