“Один к одному” — история с Динком повторяется…

Архив 201006/07/2010

Журналистские и правозащитные организации продолжают настаивать на признании незаконным решения Совета телерадиовещания Турции о закрытии программы “Один к одному”, выходившей на телеканале “Хабертурк”. К числу организаций, выступивших с протестом по поводу запрета программы недавно присоединилась влиятельная международная ассоциация “Репортеры без границ”. Причиной того, что цензура прикрыла передачу, стал разговор на тему геноцида армян. Призыв покаяться за события 1915 года прозвучал в прямом эфире из уст нашего стамбульского соотечественника журналиста и публициста Севана Ншаняна, который был гостем этого политического ток-шоу. Давление, оказываемое на него в последние недели, заметно усилилось.

А началось все в марте — в разгар дискуссии о том, каким должен быть ответ Анкары на решение международного комитета Конгресса США о признании факта геноцида армян. Автор и ведущий программы “Один к одному” Фатих Алтайл решил пригласить для обсуждения этой проблемы двух непримиримых оппонентов — обозревателя газеты “Тараф” армянина Севана Ншаняна, последовательно отстаивающего необходимость покаяния за совершенное в 1915 году злодеяние, и бывшего президента Турецкой исторической ассоциации Юсуфа Халачоглу, которого принято считать одним из главных идеологов политики отрицания геноцида. Оба они с готовностью приняли приглашение. Накал страстей с первой же минуты программы был неимоверным. Ншанян прямым текстом заявил, что содеянное младотурками преступление было геноцидом и найти ему оправдание невозможно. Халачоглу еле себя сдерживал, чтоб не перейти на личные оскорбления. Впервые после убийства Гранта Динка армянин в прямом эфире турецкого телевидения решился произнести слово “геноцид”.
Ншанян давал себе отчет в том, что он делает и что ему за это может грозить. “Я решил принять участие в этой программе, поскольку сейчас самое время встать против лжи. Я защитил исторические факты, которые хорошо известны всему миру. Никто не сомневается в том, что случилось в 1915 году. Единственный, кто сомневается, — это Турция, которая проводит планомерную политику отрицания факта геноцида армян”, — заявил он после эфира. Ншанян отметил, что, несмотря ни на что, верит в торжество справедливости. “У турецкого общества есть совесть. Проблема лишь в Анкаре. Нынешнее турецкое правительство катастрофично и недальновидно”. Эти его слова наутро цитировали газеты. Безнравственность оппонента придала аргументам Севана Ншаняна еще большей убедительности. “Халачоглу преднамеренно манипулировал историческими фактами и документами. Например, он говорил о каких-то французских кораблях, которые якобы перевозили армян в Ереван. Есть ли в Армении море, о котором мы не знаем?” — спрашивал журналист своих коллег, берущих у него интервью. Сразу после программы публицисту стали угрожать. Его оскорбляли на улице, ругали в прессе, поливали грязью в интернете. Точно такая же травля в свое время велась в отношении Гранта Динка, которого в январе 2007-го убили ультранационалисты. На вопрос о том, не боится ли звучащих в его адрес угроз, Ншанян ответил: “Такие угрозы являются частью моей жизни, и я знаю, откуда они исходят”.
Показатели рейтинга программы с участием Ншаняна и Халачоглу зашкаливали. Это понравилось руководству канала “Хабертурк”. Через пару недель ведущий ток-шоу “Один к одному” Фатих Алтайл решил организовать потворную “дуэль” с участием тех же участников. Она оказалась еще более напряженной и драматичной. Севан Ншанян на этот раз уже не ограничивался призывами смириться с неизбежностью международного признания факта геноцида. Он позволил себе высказать уверенность в том, что, признав бесспорный факт геноцида армян, турецкое государство сбросит с себя бессмысленное бремя, которое не позволяет ему стать цивилизованной страной. Визави потерпеть такое не смог. Он заявил, что в годы Первой мировой войны в Турции погибло не полтора миллиона армян, а лишь 250-300 тысяч. Причем все они якобы стали жертвами эпидемий и голода. “Вы врете!” — парировал Ншанян. Ведущий почувствовал, что только рекламный блок спасет прямой эфир от потасовки. Но и во второй части программы призывы признать геноцид звучали не менее откровенно.
Националисты, возмущенные решимостью армянина, не знали, в какую сторону направить свой гнев. Расправиться они решили не только с самим Севаном Ншаняном, но и с телеканалом, предоставившим ему трибуну, а также с ведущим ток-шоу. Жалоба с требованием закрытия программы “Один к одному” обсуждалась в Совете телерадиовещания почти три месяца. Наконец в конце июня было вынесено решение запретить передачу. Мотивация следующая: якобы гость программы “унизил Турецкую Республику, перейдя в своей критике границы дозволенного”. Ведущий ток-шоу в свою очередь был признан виновным в том, что не прерывал своего гостя, позволял ему высказываться.
Севан Ншанян, по-видимому, не ожидал подобного вердикта. Иначе он за пару недель до этого в интервью радиостанции “Свобода” не заявил бы: “Отношение к Армянскому вопросу в Турции коренным образом изменилось. Сейчас почти все представители турецкой прессы могут свободно выразить свою позицию по этой проблеме”. Увы, решение Совета телерадиовещания показало истинный уровень свободы слова в Турции…
Против Ншаняна поднялась новая волна угроз. Ранее он получил на адрес своей электронной почты свыше 800 писем с оскорблениями и угрозами только за то, что в одной из своих статей, опубликованной в газете “Тараф”, позволил себе перефразировать известный призыв Мустафы Кемаля, адресованный молодежи. Журналист напомнил о фразе Ататюрка: “Вашим долгом является быть турками и хранить Турцию”. По словам Ншаняна, сегодня актуальнее звучал бы лозунг: “Вашим долгом является быть людьми и хранить человеческое достоинство”. За это его обещали “прибить как собаку”. Это далеко не самое оскорбительное и грозное из полученных им посланий. Некоторые из них Ншанян опубликовал в газете. Вот они: “Я тебя пристрелю, как пристрелили Гранта Динка…”; “Мы заставим тебя написать правильный вариант завета Ататюрка своей же собственной кровью…”; “Я молюсь уже много лет, чтобы мне предоставился шанс убить такого, как ты. Я бы сделал это хладнокровно, без каких-либо угрызений совести и посчитал бы это убийство за честь…”; “Ты представитель малодушной нации. Ты и твои заказчики должны помнить, что ваша защита легко может быть пробита пулей в 9 миллиметров…”; “Сегодня ты пока можешь говорить, но через год-два все изменится. День, когда мы сведем с вами счеты, близок…”; “Главнейшая обязанность турецкой молодежи — убрать с лица земли армян и курдов”… Найти авторов всех этих посланий было совсем не трудно. Любой грамотный системный администратор вычислит местонахождение угрожавших по “ай-пи адресу” компьютера. Но полиция, куда обратился Ншанян за помощью, хоть и выразила ему на словах поддержку и обещала установить и наказать провокаторов, так ничего и не предприняла.

К чести коллег Севана Ншаняна следует признать, что многие турецкие средства массовой информации отреагировали на звучащие в адрес армянина угрозы весьма адекватно. “Нам очень серьезно следует отнестись к письмам, которые получает Ншанян, чтобы предотвратить второй случай убийства журналиста-армянина”, — писала газета “Заман”. Ее обозреватель отмечал: “Расследование этих угроз и поиск стоящих за ними заказчиков — моральный и правовой долг нашего правительства. Ншанян — талантливый человек, и нам очень повезло, что он, несмотря на угрозы, продолжает жить в Турции и работать на демократизацию нашей страны…”. Недавно выяснилось, что за Севаном Ншаняном охотились и каратели из террористической группировки “Эргенекон”, связанной с заказчиками убийства Гранта Динка. Проходящая по делу “Эргенекон” в качестве обвиняемой Фатьма Чингиз созналась в том, что ей было поручено собрать досье на армянского журналиста и передать его руководству организации. В ходе обыска был обнаружен принадлежащий ей блокнот, в котором написано: “Севан Ншанян. Один из авторов “Тарафа”. Вероятно, из “Агоса”. Следует провести расследование…”
Оказывается, параллельное “расследование” в отношении Ншаняна вело и государство. Об этом свидетельствует решение Совета телерадиовещания Турции о запрете программы “Один к одному”. Так чем же тогда государство отличается от националистов, которые сидят сегодня на скамье подсудимых по делу “Эргенекон”?