Об Избирательном кодексе и особенностях национальной смекалки

Архив 201016/09/2010

Внесение поправок в отечественный Избирательный кодекс — это для отечественных законодателей обязательный ритуал. Каждый раз с приближением очередных выборов они берут на вооружение принцип “нет предела совершенству” и приступают к реформе избирательного законодательства. И хотя приступают, как правило, заблаговременно, процесс этот в силу своей болезненности имеет свойство затягиваться, и тогда обновленный кодекс падает как снег на голову в самый канун выборов. Как получится на этот раз, сказать сложно, но на данном этапе представленные в парламенте политические партии еще очень далеки от консенсуса. При том что до конца года Национальное собрание должно завершить процесс реформирования ИК.

Еще на прошлой неделе стало известно, что консенсусом в законодательном собрании пока не пахнет, так как коалиционные и оппозиционные партии направили Венецианской комиссии собственные, не согласованные друг с другом варианты поправок в Избирательный кодекс. При этом каждая из сторон нажаловалась журналистам, что их политические оппоненты действовали втихую, чуть ли не в условиях строгой секретности. Ситуация как минимум странная, если учесть, что обсуждение проекта по регламенту НС должно проходить в государственно-правовой комиссии, в которой представлены и оппозиционные, и коалиционные депутаты. Однако оппозицию то ли не поставили в известность, то ли ее представители пропустили упомянутое заседание, в итоге совместное обсуждение не состоялось. Одна надежда, что прибывшие вчера в Ереван европейские эксперты из БДИПЧ/ОБСЕ и Венецианской комиссии помогут отечественным законодателям, во-первых, найти друг друга в длинных коридорах парламента, а во-вторых, услышать друг друга. Состоявшиеся вчера обсуждения с евроэкспертами, как заявил глава государственно-правовой комиссии НС Давид Арутюнян, были проведены пока на неофициальном, экспертном уровне. Обнаружились ли при этом у коалиции и оппозиции точки соприкосновения, выяснить не удалось.
Для того чтобы оппозиционный проект перестал именоваться противовесом коалиционному, нужно всего лишь, чтобы хотя бы часть предложений парламентского меньшинства перекочевала в проект большинства. Однако это только на первый взгляд просто, на самом деле в принципиальных вопросах речь идет о совмещении несовместимого. К примеру, парламентская оппозиция ратует за 100%-ную пропорциональную систему выборов, считая, что это шаг вперед к становлению политического поля и к новой политической культуре. Особенно преданной сторонницей этого подхода является АРФ Дашнакцутюн. Ее представители убеждены, что в случае со 100%-ной пропорциональной системой можно будет наконец покончить с “аукционом” в мажоритарных округах. Ну, а то, что упомянутый аукцион благополучно переместится в избирательные партийные списки в виде продажи проходных мест, их не слишком беспокоит. “Партии не станут рисковать своим рейтингом и воздержатся от такого способа формирования своих списков” — почему-то уверены они. При том что практика показывает — так называемые “аукционы” нередко разворачиваются с ведома, а то и при участии отечественных партий. И потерять доверие избирателей на будущее они тоже не слишком боятся. Главное — достичь результата здесь и сейчас…
Как бы то ни было, но коалиционные партнеры не готовы отказаться от мажоритарной системы. Их главный аргумент — мажоритарники стоят ближе к народу и представляют интересы регионов, а в случае однопалатного парламента одномандатные округа, выполняющие эту функцию, — необходимость.
Следующим и по традиции главным камнем преткновения между оппозицией и коалиционными партиями является порядок формирования избирательных комиссий. Вариант парламентского меньшинства — избиркомы, сформированные по принципу 50/50, то есть 50% представителей оппозиции и столько же от коалиции. Парламентское большинство категорически с этим не согласно, так как считает, что тем самым нарушается пропорция представленности политических сил в парламенте, и меньшинство, обладающее незначительным числом мест в парламенте получает неоправданно большое число мест в избиркомах. Привлекать же в избиркомы представителей внепарламентских партий, по их мнению, тупиковый путь — очень сложно определиться с критериями отбора. Европейские эксперты, ратующие за права меньшинства, предлагают компромиссный вариант — дать представителям оппозиции возможность занимать одну из трех руководящих должностей в избирательных комиссиях.
У коалиционных партий есть на этот счет альтернативный вариант — формировать комиссии не по политическому принципу, а по профессиональному. Однако оппозиция усматривает в этом еще большие риски для себя, утверждая, что это наверняка будут послушные для большинства профессионалы.
В целом, по мнению оппозиционных фракций, проект поправок, подготовленный коалиционными партиями, “не обеспечивает эффективного задействования механизмов предупреждения и ограничения нарушений, регистрируемых на выборах”. Так, с целью исключения многократных голосований и вбросов бюллетеней предлагается публиковать журналы голосования, копируя и вывешивая их на избирательных участках, сканировать паспорт каждого избирателя, участвующего в голосовании, записывать на видеокамеру организацию голосования и ход подсчета голосов. Собственно, ничего принципиально нового, о чем бы много раз не говорилось в прошлые разы…
К примеру, идея метить избирателей специальными чернилами, отклоненная в процессе предыдущего реформирования Избирательного кодекса, и на этот раз не пользуется популярностью у отечественных законодателей. В частности, они уверены, что прибегать к этому приему не стоит, так как в силу особенностей национальной смекалки способ выведения специальных чернил будет найден достаточно быстро…
Вообще-то, если уж зашла речь о национальной смекалке, то не проще было бы задействовать ее в обратном направлении, а именно — найти способ, который сможет раз и навсегда отвратить всех желающих фальсифицировать выборы? Но, видимо, до этого отечественным законодателям пока слабо додуматься…