О пользе прогулок по утрам

Архив 201024/04/2010

Когда в семье все совы, а жаворонок на всех один, то ты не только ранняя пташка, ты еще и белая ворона со всеми выползающими отсюда тараканами. Да, на таких часто смотрят как на чудаков (не будет же нормальный человек всю жизнь вскакивать с кровати в пять утра и ложиться синхронно со “Спокойной ночи, малыши!”). Да, такой экземпляр в ночном клубе все равно как сова на пионерском утреннике. Увы, с таким товарищем в разведку не пойдешь (если ночью), а если в гости, то лучше в светлое время суток. Но, с другой стороны, и жаворонок в семье не всегда урод, а случается, бывает и интересен. Чем? Ну, например, практическим воплощением телепризыва: “Будьте с Первым и узнаете первыми!” Это во-первых. 

Во-вторых. Еще не проснувшийся город, когда ходишь по нему ранним утром, раскрывается иначе, чем когда видишь его в рабочее время суток. Еще оставаясь в полудреме, он не может притвориться, обмануть, а потому натурален, правдив и не блефует. Таким, кстати говоря, автор открывал для себя не только Ереван, но в нынешний приезд любимый город, продолжавший спать спокойно, показался ему несколько иным, не похожим на прежний, а почему и зачем — не понять. 
В тихой задумчивости автор прошагал от гостиницы, которая для него навсегда “Армения”, до бульвара, что на улице Ханджяна, где его ждали друзья, взявшиеся объяснить возникший дисбаланс особенностями пожилого возраста и наложившимися на него тяготами перелета. С этим, конечно, можно было и согласиться, но зачем, если побывав совсем недавно в Париже практически в том же возрасте и опять же шагая в предрассветной мгле по Елисейским полям, автор испытывал абсолютную гармонию с окружающей его средой. 
Тогда откуда дискомфорт и почему ощущение “не в своей тарелке” не давало автору покоя именно в Ереване, требуя получить ответ на мучающий вопрос? И он, ответ, нашелся. Дискомфорт, неумолимо перераставший в навязчивый невроз — от неожиданной чистоты на улицах. Оглянувшись окрест себя, автор вдруг увидел то, что еще вчера казалось несбыточной мечтой: город был прибран, умыт, местами даже отполирован и с самого утра сдан ереванцам в готовом к употреблению виде. Когда, кто и как успевает приводить его в порядок, сказать не могу, поскольку для этого быть жаворонком недостаточно, надо просыпаться и выходить на улицу в полночь, а автор, как мы уже знаем, этому еще не обучен. 
Вместе с тем он мог бы думать, что радужные перемены, как это часто бывает, затронули лишь центральную часть города, однако по подсказке группы аборигенов выходило, что, к примеру, в Норкском массиве с этим ничуть не хуже, а даже и лучше. Таким образом, можно сказать, что по меньшей мере одно из своих предвыборных обещаний ереванский мэр выполнил, после чего восприятие так называемого “Гаго” в сочетании с исключительно черным цветом перестает быть актуальным. Пусть даже отчасти. (Понятно, что заботы градоначальника не замыкаются только на уборке улиц, но в данном случае мы пока об этом.) 

О других впечатлениях, полученных на ходу. Из города с узнаваемым прошлым Ереван превращается в город с неуловимым будущим. Думать так заставляют всаженные в лучшие куски столицы громады незаселенных домов. Поначалу ощущение такое: до чего же это здорово, когда в Ереване выросли такие дома да в таком количестве, и что дома эти ждут новоселов, которые вот-вот вселятся, обустроятся, зажгут в окнах свет, выведут ребятишек во дворы и дома, наконец, заживут, той жизнью, ради которой и построены. 
Но вот проходит год за годом, а здания как стояли, так и стоят — без всякого движения к жизни. Противоестественность, которая удивляет, но еще больше удручает. Зачем, почему, для чего? Уинстон Черчилль, известно, завещал свой дом Британскому национальному тресту, но при одном условии: кот по имени Джек должен был жить в доме до конца своих дней. Голливудская актриса Дрю Берримор оставила своему лабрадору Флосси апартаменты ценой в три миллиона долларов. Можно и дальше. Не то что автор подбивает владельцев-незаселенцев поступать точно так, нет, он просто хочет сказать, что дом, в котором никто не живет, где ничего не происходит, где не раздаются человеческие голоса и даже не мурлычут коты, — это не дом, а бездушное инженерное сооружение. Или в лучшем случае казенный дом. 
Соглашаясь с автором, собеседник из рядов оппозиции показывал пальцем на одного нехорошего человека, якобы вложившего в безадресную стройку миллионы неправедно нажитых долларов. Так это или не так, никто точно не скажет, но даже если так, строить все равно правильнее, чем разрушать. И вообще, город с погасшими окнами не ноу-хау нынешней власти: разбегаться люди начали еще вчера, другое дело, что возвращаться не спешат и сегодня. На этом фронте, увы, по-прежнему без перемен. (Дополнительный штрих, из беседы двух молодых соотечественников. Вопрос: “Как правильно говорить: уехать на Украину или уехать в Украину?” Ответ: “Правильно уехать в Швейцарию”.) 

…Ранним утром 16 апреля текущего года, возвращаясь с прогулки и обнаружив вокруг непривычно много полицейских, автор заподозрил нечто чрезвычайное. Вглядываясь в лица правоохранителей внимательнее обычного и вызвав тем очевидную нервозность, автор решил не искушать судьбу и не задавать людям в форме лишних вопросов. И не ошибся. Ведь этот день был объявлен международным днем гомосексуалистов, который по обидной случайности совпал с праздником армянской полиции. Позже, если верить распространенному в интернете сообщению: “Главный полицейский Армении Алик Саркисян заявил, что для армянских полицейских отмечать свой профессиональный праздник одновременно с международным днем гомосексуалистов — позор, поэтому он обратился к президенту с просьбой поменять дату профессионального праздника полицейских, перенеся ее на день позже или на день раньше”. 
Пикантность возникшей ситуации: день полиции и день гомосеков один в один совпадал с днем рождения автора. Вот уж воистину: спасибо, ребята! Во всех случаях, поздравляя армянских полицейских с их профессиональным праздником, автор осознает, что изменить день его рождения не сможет даже президент, а чтоб на уступку пошли “голубые”, то тут и вовсе мертвый номер. Так что как карта легла, с тем жить и будем. 
…Вылет в Москву пришелся на день, когда отходы исландского вулкана с трудно выговариваемым названием накрыли пол европейского неба, но самолеты с южных направлений “Шереметьево” пока принимал. Ведущее к “Звартноцу” шоссе было насквозь свободно, тем не менее машины ехали даже не “тихо-тихо”, они плелись черепашьими шагом. 
— Почему так? — спросил я. 
— Потому что глупость, потому что дурь, потому что ГАИ, — отвечал таксист. — Потому что человеку с молотком в руках все кажется гвоздем. Значит, молоток надо отобрать. 
Под молотком водитель имел в виду гаишный жезл, а под гвоздем, как вы догадываетесь, ереванских водителей. 
Ереван-Москва