Новая военная доктрина Российской Федерации

Архив 201023/02/2010

Интервью Чрезвычайного и Полномочного посла Российской Федерации в Республике Армения Вячеслава Евгеньевича КОВАЛЕНКО
— В прессе появились сообщения об утверждении Президентом Российской Федерации новой военной доктрины. Чем этот документ отличается от предыдущей редакции 2000 года?

— 5 февраля 2010 года Президент России Д.А.Медведев утвердил новую военную доктрину нашего государства. Этот документ во многом сохранил положения предыдущей редакции доктрины 2000 года. Одновременно в нем учтены изменения, которые произошли в мире и в стране, а также приняты во внимание перспективы развития военно-политической обстановки на среднесрочную перспективу.
Основная направленность военной политики России — недопущение вовлечения в гонку вооружений, сдерживание и предотвращение военных конфликтов. Учтены там и “классические” задачи военного строительства — совершенствование военной организации, формы и способы применения вооруженных сил и других войск.
Я хотел бы особо обратить внимание на то, что в документе отражена приверженность России к строгому соблюдению Устава ООН, общепризнанным нормам международного права, подписанным Российской Федерацией международным договорам в области обороны, контроля над вооружениями и разоружения. Это фундаментальные принципы мирового значения, и их необходимо непременно отстаивать.
Еще один ключевой момент. Россия считает правомерным применение вооруженных сил и других войск для отражения агрессии против нее или ее союзников, поддержание либо восстановление мира по решению Совета Безопасности ООН, других структур коллективной безопасности.
Особенность нынешней эпохи заключается в том, что существующая архитектура международной безопасности и ее международно-правовые механизмы не обеспечивают равной безопасности всех государств. Многие региональные конфликты не урегулированы. Сохраняется тенденция к их силовому решению, в том числе в регионах, граничащих с Россией. И хотя в целом вероятность развязывания крупномасштабной агрессии сейчас снизилась, на ряде направлений наблюдается усиление военных опасностей для Российской Федерации. Это, конечно, не может не беспокоить нас.
— Какие военные опасности Россия относит к основным?
— В доктрине они изложены ясно — приближение военной инфраструктуры стран — членов НАТО к границам России, создание и развертывание систем стратегической противоракетной обороны, подрывающих глобальную стабильность, распространение оружия массового поражения, ракет и ракетных технологий, увеличение количества государств, обладающих ядерным оружием, распространение международного терроризма.
— Входит ли НАТО в перечень указанных Вами военных опасностей?
— Некоторые эксперты высказывают мнение о том, что НАТО названа в новой военной доктрине чуть ли не основной военной угрозой для России.
Хочу здесь пояснить. Речь о НАТО идет не в разделе об угрозах. Важно понимать, что в качестве опасности рассматривается не сам Североатлантический альянс, а стремление, если быть точным, наделить силовой потенциал НАТО глобальными функциями, которые реализуются с нарушением норм международного права, а также приблизить военную инфраструктуру стран — членов НАТО к границам России, в том числе и путем расширения этой организации. Вот в чем проблема.
Что же касается России, то она не скрывая стремится к сотрудничеству с Западом по всем аспектам проблем безопасности, требующим коллективного подхода к их решению. Хочу прямо сказать, что мы за развитие взаимодействия с ЕС и НАТО в сфере международной безопасности в целях сдерживания и предотвращения военных конфликтов.
— Военные специалисты некоторых стран усматривают в новом документе его нацеленность на понижение порога применения ядерного оружия.
— Это не так. Я бы сказал, что это какой-то поверхностный, популистский взгляд. Обратимся к источнику. В доктрине прямо говорится, что недопущение ядерного военного конфликта — ключевая задача Российской Федерации. Но ядерное оружие будет оставаться важным фактором сдерживания, фактором предотвращения ядерной войны, а также крупномасштабных войн с применением обычного оружия. Никакой иной интерпретации формулировки понижения порога применения ядерного оружия быть не должно. Повторяю — в доктрине ясно говорится, что Россия оставляет за собой право применить ядерное оружие в ответ на применение против нее и/или ее союзников ядерного и других видов оружия массового поражения. Кроме того, ответные действия также возможны и в случае агрессии против нашей страны с применением обычного оружия, когда под угрозу поставлено само существование государства. Какие комментарии здесь могут еще быть?
Словом, положения доктрины ориентированы на задачи ядерного сдерживания. Никакого понижения порога применения ядерного оружия из этого не следует.
— Многим непонятно значение термина “негативные гарантии безопасности”, упоминающиеся в документах ООН и других международных организаций.
— Слово “негативные” не несет здесь отрицательного значения. Это правовой термин, принятый в международных договорах. Так называемые негативные гарантии безопасности предоставляются ядерными государствами неядерным. Например, США и Россия дали такие гарантии всем государствам, не обладающим ядерными арсеналами. Россия в своем одностороннем заявлении, сохраняющим силу и сейчас, обещала не применять ядерное оружие против неядерных государств — участников Договора о нераспространении ядерного оружия, кроме случаев нападения на нас или нашего союзника, осуществляемых неядерным государством совместно с ядерным государством. Такие действия России также не исключены при наличии союзнических обязательств этого агрессора с ядерным государством. Это, кстати, зафиксировано в резолюции 984 Совета Безопасности ООН от 11 апреля 1995 г.
Я, естественно, изложил лишь суть основных положений нового военного стратегического документа России. Тем же, кто хотел бы основательно изучить этот документ, хочу рекомендовать обратиться на интернет-сайт МИД России.
— Спасибо Вам, господин посол, за исчерпывающие ответы.
— Благодарю Вас.
Беседовал
Юрий КАРАПЕТЯН